Багряные крылья (СИ) - Лисовская Лилия

Медленно приблизившись к алтарю, я подняла с пола нож, перерезала путы Оллы. Тот сел на жертвенном столе, импульсивно потирая запястья.

— Я слышал тебя, — произнес он будничным тоном, опуская босые ноги на пол. Вздрогнул от холода, когда ступни коснулись ледяных плит. И все, никаких более эмоций, ни единого слова благодарности.

Кивнув, я развернулась к нему спиной. Не хотелось, чтобы он увидел, что у меня в глазах сверкнули предательские слезы. Какая же я дура! Думала, что спасу его, помогу ему вырваться из лап Каина, верну ему былое могущество, а Олла поймет, что не все курпусы предатели и убийцы.

И что в итоге? Да ничего. В сухом остатке — я по-прежнему презираема.

Кожа зудела, стянутая чужой подсыхающей кровью. Я остервенело скребла ее ногтями, пытаясь очиститься. Со спины неслышно приблизился Олла. Теплые ладони коснулись плеч, скользнули к локтям. Ткань платья зашипела, исходя бурым дымом. Кровь испарялась, но вины моей это не уменьшило. Слишком много невинных жертв.

Я развернулась к Привратнику лицом. Горячее дыхание обожгло кожу лба.

Протянула руку, коснулась ран, исказивших красивое лицо Оллы. Дыхание захватило, сердце защемило. Чувства были новые, так давно забытые, что слезы готовы были брызнуть из глаз.

— Закрой глаза, — Олла улыбался.

Я послушно смежила веки, почему-то безоговорочно ему доверяя. «Только не вздумай начать испытывать что-то, кроме рабочего интереса» — шептала я себе, совершенно забыв, что полубог читал мои мысли так, словно я произносила все это вслух.

— Чувства — это всегда прекрасно, — шепнул Олла мне на ухо, обнимая сильными руками, прижимая меня к себе так тесно, будто бы собирался поглотить, впитать и слиться со мной. — Грусть, или тоска, или даже ненависть. Они показывают, что ты все еще жив, что все еще может случиться.

И тут я услышала. Тихий шепот, раздавшийся в моей голове, сначала показался мне если не игрой воображения, то галлюцинацией. Но нет, голос этот был вполне реален.

«Я благодарен тебе.»

Распахнув глаза, я взглянула в лицо Олле. Он улыбался. Восторг, захвативший меня, был никак несравним с тем экстазом, что я испытывала четверть часа назад под чарами сестричек. Он был чистым, искренним, как восторг ребенка, впервые увидевшего солнце, небо и яркую летнюю зелень.

Но все хорошее имеет свойство рано или поздно заканчиваться. И наш момент трогательного единства тоже был окончен.

Западная стена зала содрогнулась, окутавшись магическим светом, а затем лопнула, брызнув во все стороны каменной крошкой. В образовавшийся проем хлынул яркий свет, в воздухе повисла пелена пыли. Я закашлялась, опускаясь на колени и утягивая за собой Оллу. Тело сотрясала неконтролируемая дрожь: я знала, что сейчас будет.

Тишина еще некоторое время висела, никем ни нарушаемая, но вскоре раздались шаги. Их было четверо, может, пятеро. Они протиснулись в узкую щель, переговариваясь между собой. Я выглянула из-за осколка стены, за которым мы укрылись, буквально за секунду до.

— Чего копаемся?! — рявкнул Каин, выходя из-за спин четырех дуболомов с эмблемой синдиката на выпуклых лбах. — Ищите их!

Часть 1. Глава 6. На волоске от смерти

Прижав палец к губам, я жестом показала Олле, что стоит затаиться. Не сомневалась ни на минуту, — если не унесем ноги, то уносить будет нечего.

— Хватит копаться! — Каин был вне себя от бешенства. В такие моменты он мало себя контролировал, исходя злобой и ненавистью, как ядовитое растение соком. Я беззвучно опустилась обратно. Одно неверное движение — и наше дело труба. Что же делать?

Олла дотронулся до моей руки. В голове радужными нитями соткалось только одно слово, выступая из сизой тьмы. «ИЩ И»

Я улыбнулась и закрыла глаза. Я — Даная, я — Ищейка, я могу найти все, что угодно. Будет непросто, но я смогу нас спасти.

Сначала дар мой артачился и не шел на контакт: никак не получалось сосредоточиться, помимо воли прислушивалась к чужим шагам, которые то приближались, то снова отдалялись. Олла все время держал меня за руку, и это придавало сил.

Наконец, картина прояснилась. Забрезжил крохотный огонек на горизонте, с каждым мгновением становясь все четче. Я кожей ощущала его тепло, как будто низко склонилась над горящей свечой.

— Она должна быть здесь! Притащить мне ее! Сейчас же! — голос Каина донесся издалека, миновав концентрацию и все выстроенные барьеры. Огонек затрепетал, грозясь вот-вот погаснуть. Я мысленно рванулась вперед, обхватывая его ладонями, оберегая от чужого вмешательства. Теперь я знала, где находится выход.

В Городе, помимо основных порталов, Дверей, были и скрытые, так называемые Арки. Обнаружить их, не зная точно расположения, практически невозможно. Но для Ищейки нет ничего невозможного: я нашла ее. Арка была совсем рядом, свежая, переливающаяся радужным многоцветием. Только руку протяни, но, к сожалению, на открытом пространстве. Рядом шуровали люди Синдиката, даже странно, что они еще не добрались до нашего укрытия. Стоит вылезти, буквально на долю секунды, нас с Оллой тут же схватят и под белы рученьки доставят к Каину. Кстати, где он? Голоса что-то не слышно, да и звук шагов отдалился на приличное расстояние.

В тоннелях, подводящих к залу, послышались яростные крики, по стенам заскакали отблески вспышек, магических и световых. На несколько секунд повисла тишина: в моем сознании все залило ярко-красной кровью. Дрожь сотрясала тело, я всегда была слишком чувствительной к чужим смертям. Курпусов натаскивают на смерть как собак на кость — однажды учуяв, уже не ошибешься.

— Ведьмы тщательно охраняют свои территории. Вставайте, здесь никого уже нет. Либо свалили, либо померли, — чей-то ласковый, вкрадчивый голос мурлыкал над самым ухом.

Я выпрямилась в полный рост, чтобы взглянуть в глаза предателю:

— Что ты здесь делаешь, Мариус?

Наемник злобно оскалился:

— Тебя ловлю, что же еще? И рыжего. Кстати, где он?

Я оглянулась, точно зная, что Олла стоит за спиной, совсем рядом, прикрывая тылы. Но там было пусто.

Мариус расхохотался, доставая из кармана свою неизменную трубку:

— Уже смылся? Ну, а чего еще ожидать того, кто многие тысячи лет назад обманывал и строил козни?

Я мысленно попыталась коснуться Оллы, обнаружить его присутствие, но образ уплывал из-под носа, таял призрачной дымкой. Даже если он и протянул мне руку, позволив нашей связи завершиться, это не означало, что мне позволено наглеть. Но, все же, было что-то обнадеживающее в том, как Олла ускользнул от Ищущего взора. Если этот прохиндей, как о нем отозвался Мариус, скрылся от меня, то Каин его и подавно не найдет.

— Я не знаю. И что ты имеешь ввиду под «строить козни»? — я все еще растеряно оглядывалась, но видела только осколки битого камня. — Итак, я здесь. Где Привратник? Понятия не имею. Сразу меня убьешь, или пока поболтаем?

Мариус сморщился, изображая на лице колоссальные нравственные страдания. Мой тон ему претил, но и покончить со мной у него не было возможности. Поудобнее устроившись на огромном валуне, наемник запалил трубку, выпуская в высокий свод зала пухлые облака дыма. Запах стал горше, в горле встал комок. Я часто-часто моргала, стараясь сдержать катящиеся по щекам слезы, настолько дым был едким.

— Так и будешь в гляделки играть? Мне это надоело еще позавчера, — прошептал Мариус. Глаза его — медленно тлеющие угли — стали разгорающимся пожаром, злым и сильным. Еще чуть-чуть, и он начнет боевое превращение. Запах опасности игриво дразнил ноздри пушистым хвостом адреналина. Все мышцы напряглись, ожидая атаки, жаждая ее. Я плавно отставила ногу назад, пригнулась, не опуская глаз.

Только новички и сумасшедшие нападают сразу, не разобравшись и не прощупав, как следует, противника. Опытные бойцы, все равно, что игроки в шахматы. Каждый ход тщательно продумывается, просчитывается и выверяется. Любой бой — красивая партия.