Избранница для принца крови. Похищенная ночь (СИ) - Коваль Дарья

Всё перемешалось…

Новый огненных шквал от уцелевших посланников Хелы вынудил уклоняться, повторный выброс магии крови отшвырнул в сторону откатом, ещё один удар от Брона вовсе сбил с ног. Земля расходилась, зазмеилась бездонными провалами, пространство наполнилось предсмертными криками, запахом пролитой крови, агонией боли. В голове шумело, внутренности словно наизнанку выворачивало: сдавило, скрутило в тугой узел. Сосредоточиться и подавить неприязненные ощущения никак не выходило, сколько бы ни пыталась.

Меня снова отшвырнуло в сторону откатом от боевого заклинания!

На этот раз приложило спиной об обломки недавно грохнувшейся лодки.

— Вот ты ещё не родился, а уже такой же своенравный и вредный, как папаша! — проворчала в сердцах, обратившись к собственному чаду, являющемуся виновником происходящего.

Ответом мне послужила новая безудержная ализариновая волна силы. На этот раз настолько сокрушающая, ослепляющая, сметающая на своём пути всё и вся, что меня не просто придавило к обломку лодки, буквально намертво впечатывая в кусок когда-то летающего дерева. Вместе со ставшим почти родным обломком, я пролетела ещё какое-то расстояние, прямиком к Чертогам Возрождения, и… всё закончилось.

Жаль, для всех остальных, но не для меня.

У меня всё худшее как раз только начиналось!

Ведь на этот раз я не ударилась. Меня поймали прямо на лету. Сперва поймали, после прижали к сильному мужскому телу, а затем… поцеловали. Жадно. Требовательно. Властно. Не оставляя ни шанса на сопротивление. Вытягивая из меня взбесившуюся магию крови. Обнимая крепко-крепко. Как в последний раз.

Мне же ничего не осталось, как с самым откровенным ужасом взирать на... повелителя огненных пустынь Аксартона, запоздало вспоминая предупреждение Хейма о вторжении.

Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский всё-таки пришёл за мной.

Глава 4

Глава 4

Земля всё ещё содрогалась. Огненный шквал с небес раз за разом только усиливался. Чужие крики становились лишь громче. Но всё это словно осталось в каком-то другом мире. Не моём. Там, за пределами накрывшего нас ализаринового щита главы рода Эльрилейрдских.

Мужчина так и не отпустил, до сих пор крепко прижимал к себе, растягивая наш поцелуй, казалось, в целую вечность, на самое дно которой я ушла с головой, буквально утонула в этом безвозвратно затягивающем омуте. И, очевидно, отпускать меня эйн не намеревался вовсе, потому как совсем не отреагировал на мой жалкий протест. А может стоило быть более решительной, не просто положить ладони на его грудь, чувствуя сколь быстро и громко колотится чужое сердце. Нужно было оттолкнуть его от себя... что самым прискорбным образом не получалось. Пальцы словно судорогой свело.

Да-да, во всём виновата судорога! Ну, не я же сама, добровольно в него вцепилась, в конце концов?!

Тем более, что даже зов подоспевшей на подмогу Демет не помог мне избавиться от мага крови. Я, как смотрела в глаза оттенка самой тёмной глубокой ночи, так и не смогла отвести взор.

— А что, целовать обязательно? — спросила тихо, до сих пор ощущая на своих губах жар прикосновения эйна.

Он ничего не сказал. Едва уловимо улыбнулся, взял меня за руку и мне же самой её продемонстрировал. Конечность, ожидаемо, больше не окутывала магия крови. Зато от былых ожогов не осталось ни следа. Как и на другой руке. Да и в целом я чувствовала себя намного лучше. От приступа, когда собственные внутренности просятся свернуться узлом и покинуть свою хозяйку, ни следа не осталось. А я только тогда осознала, что даже за пределами ализаринового щита давно наступила тишина. Осознала именно потому, что в этой самой тишине раздалось деликатное покашливание, после чего у меня очень уж заинтересованно вопросили:

— Мы вам тут не мешаем, не?

Пришлось сосредоточиться на насущном и оглянуться. Воины и йотуны, до этого момента старательно убивающие друг друга, похоже, подзабыли зачем сюда явились, и теперь, как один, с довольно откровенным любопытством наблюдали за такой несчастной мной. Некоторые — в обнимочку вовсе. И это я имела в виду сейчас конкретно генерала Снорре, подзабывшем о недодушенном им противнике, беспомощно болтающегося в захвате могучего локтя, пока великан с самым благопристойным видом подслушивал меня и эйна.

Неудобно как-то вышло!

Отвлекаю тут всех.

А у нас тут, вроде бы бой на смерть… со смертью. Которой, к слову, почему-то не наблюдалось. Костяная ладья Хелы пропала с линии горизонта. Впрочем, в той стороне вообще, кроме бледно-зелёной плотной туманной дымки, больше ничего особо не наблюдалось, поэтому вполне вероятно, что я просто не видела богиню.

— Ладно, раз уж ты сам сюда заявился, забирай то, зачем пришёл, — вздохнула я, возвращая внимание эйну.

Даже рукой махнула в сторону Чертогов Возрождения, указывая направление, где находился огненный цветок. Вот только мужчина с места не сдвинулся. Хотя согласно кивнул. И меня к себе ещё крепче прижал.

Это определённо намёк?

Что ж…

— А я-то тут причём? — возмутилась, когда меня аккуратно подхватили под руку, взяв направление — совершенно противоположное месту нахождения похищенной ночи.

— Видишь ли, красавица моя, — любезно отозвался Амитиас. — Я не за похищенной ночью. Я за тобой пришёл.

Одарила его мрачным взором. Тот, конечно же, не проникся.

— Я предупреждал тебя Фрейя. Не стоило доводить ситуацию до критического предела. Но ты не послушала. Старые Боги пробудились, поэтому я не могу забрать пребывающий в активном состоянии цветок прямо сейчас. Это слишком опасно. Эсма и Шаккар присвоят его себе ещё до момента, как я смогу усмирить огненную стихию.

Не то чтоб я с прозвучавшими обвинениями была полностью не согласна… Как минимум потому, что помнила об огненных провалах в аксартонской пустыне, которые сопроводили мой уход. И прокатившуюся по всему измерению дрожь я тоже помнила. Очевидно, то и способствовало пробуждению Старых Богов.

Однако!

— То есть, сперва нужно вновь усмирить Старых Богов? Только потом ты сможешь забрать похищенную ночь? — уточнила нервно.

Эйн едва уловимо скривился. Но кивнул. Я же тоскливо вздохнула. Натравить на этих его Старых Богов что ли Хелу? Она их быстренько укокошит, а мне тем самым перепадёт бонус в качестве возвращения эйна вместе с его треклятым цветиком восвояси. Если повезёт, она и эйна заодно тоже пристукнет, тогда он перестанет меня столь регулярно доставать и преследовать.

Эх, размечталась!

Слишком опасно выпускать богиню смерти в иные миры. Потом все будем хлебать и не расхлебаем.

А ещё!

Что куда более существенно…

— То есть, сперва я должна была тебя терпеть, чтобы забрать у тебя похищенную ночь, а теперь, чтобы её тебе же вернуть, я тебя снова терпеть должна? Так что ли получается?

Вот где справедливость в этих Вселенных?!

Глава 4.1

Поскольку тащил меня эйн, как оказалось, в сторону Демет, то особо сопротивляться я не стала. Лишь холодно усмехнулась, наблюдая за тем, как гневно сужаются небесно-голубые глаза валькирии, а в её правой руке формируется S-образный клинок.

— Кстати, против убийства этого, — произнесла я мстительно и на всякий случай уточняюще ткнула пальцем в повелителя огненных пустынь Аксартона, — я не возражаю.

Сперва сказала. Потом пожалела.

Молчать надо было!

А то теперь валькирия рассматривала эйна уже с откровенным интересом. Убивать его явно перехотела.

В отличие от меня!

И совсем не потому, что бессовестный Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский в последнее время мне жизнь своим существованием постоянно портил, да и вообще раздражал. Просто именно в этот момент я поняла, каким именно образом повелитель Огненных пустынь Аксартона умудрился попасть в мой мир.

— Ты… — вырвалось из меня тихим шипением само собой.