Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли! (СИ) - Екатерина Ильинская

Полная решимости, я спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Раннее утро радовало прохладой и не радовало безлюдностью. Мне нужен был крепкий мужчина, способный убрать с глаз долой дирхов шар, но мимо шли только редкие офисный служащие, которым точно было не до подработки грузчиками.

Когда я уже отчаялась и собиралась вернуться в салон, дверь дома 27 открылась, и на Книжную вышел Бруно Верс.

— Утречка, соседка! — крикнул он и пошёл в мою сторону. — Никак помощь нужна? Так я завсегда рад.

В голове промелькнули воспоминания, как Бруно роняет книжный шкаф, как заваливает улицу хламом, и как его помощь не пережил мой сервиз. Тут же захотелось ответить, что я жду утреннюю газету, но возвращаться в кабинет и видеть шар…

— Да, пожалуй, нужна… — нерешительно сказала я. Бруно же не может постоянно всё портить?

— Тык, идёмте! Чего стоять, ворон считать?

— Да, идёмте.

Мы с соседом уже зашли внутрь, когда меня окликнули с улицы.

— Госпожа Ковальд, стойте! — Джейк вынырнул из переулка и нёсся по мне со скоростью галопирующей лошади. — Вы что… эт самое… надумали?

Он остановился, опёрся о колени, пытаясь отдышаться, а потом протиснулся в дом и строго посмотрел на нас с Бруно.

— Мне надо шар отнести на чердак. — Почему-то хотелось оправдываться. И снова накатило смущение от воспоминаний о вчерашнем зрелище, так что я едва удержалась, чтобы не начать нервно разглаживать ткань юбки.

— А, ну, эт самое, не беспокойтесь, я всё устрою, что ж вы раньше не сказали? — затараторил Джейк и начал выталкивать соседа из салона. — После обеда его уже не будет. Спасибо, господин Верс, ваша помощь не требуется. Извините за беспокойство, хорошего дня.

И как только Бруно перешагнул порог, тут же захлопнул дверь.

— Ты что творишь? — Я, наконец, пришла в себя и даже разозлилась. Слегка. И на самоуправство мальчишки, и припомнив его обидные вчерашние слова. Хотя мне тоже стоило извиниться, что своим поведением я заставила его и Анну поволноваться, но сейчас это было не ко времени.

— Вы что, госпожа Ковальд, это ж Бруно — третий раз! — Джейк округлил глаза, на что-то намекая, но я ничего не поняла.

— Какой третий раз?

— Ну, третий раз. — Всё так же непонятно объяснил Джейк. — Он же за первые две попытки всё тут порушит. У него хорошо только на третий раз выходит. Вот вам не жалко салон? Бруно его этим шаром, эт самое, по досточкам раскатать успеет.

— Но так не бывает, — возразила я, хотя припомнила, что и с моими просьбами сосед справлялся только на третий раз, первые два доставляя исключительно проблемы. — В этом нет логики. Это также невозможно, как монетка, которая выпадает императором только на третье подкидывание.

— Логики нет, одни факты, — закивал Джейк. — Но вы, эт самое, не переживайте, я вам нормального грузчика приведу, унесёт шар на чердак. Всё будет, эт самое, в лучшем виде.

— Ладно, — сдалась я. — И побыстрее, а то скоро клиенты придут.

— Только в обед, раньше никак, — пожал плечами секретарь. — Да и, эт самое, куда торопиться? Вы с шаром несколько дней обнимались, потерпите ещё пару часов… Или у вас с этим какие-то проблемы? — Джейк бросил до того подозрительный взгляд, словно готовился прямо сейчас бежать за лекарем. Я даже отступила и сглотнула, вдруг перепугавшись десятилетнего мальчишку.

— Никаких проблем. В обед, так в обед.

И поспешила скрыться в кабинете от внимательного смотрящего на меня Джейка, чтобы тут же наткнуться взглядом на хрустальную сферу. Вчера, убегая в панике, я её не накрыла, и теперь очень чётко вспомнила, что именно там увидела. Дыхание сбилось, щёки полыхнули, и я отвернулась, как будто действительно застала кого-то за переодеванием.

Так! Надо накрыть этот дирхов шар и пережить ещё несколько часов до обеда, когда его, наконец, унесут на чердак. Я взяла расшитую звёздами ткань и аккуратно накинула сверху. Подоткнула получше. Платок соскользнул, пальцы коснулись хрусталя.

* * *

Хантли умывался. Капли воды стекали по лицу, на шею и грудь. Он потянулся за полотенцем…

— Дирх! — Я отдёрнула руки, но картина продолжала стоять перед глазами. Капля воды, линия шеи, ключицы. — Джейк!

— Что, госпожа Ковальд?

— Накрой это тканью. И получше!

А я пойду выпью успокоительного чая! Он как раз должен был настояться за ночь, а мне очень-очень надо успокоиться! Похоже, что предыдущие дни Ошур берёг меня от потрясений, а сейчас решил поиздеваться. Вот только за что он так со мной?

Клиентам, жалеющим погадать на шаре, я отказывала под предлогом, что он сломался, игнорируя взгляды, полные сомнений. Я просто боялась прикоснуться к хрустальной поверхности и снова увидеть Хантли, вместо ответа на вопрос посетителя. Стоит ли говорить, что до обеда я едва дожила?

Сидеть и смотреть на шар, пока его не унесли, не хотелось. Так что я освободила ящики стола, на случай если тот всё-таки развалится, переложила камушки к себе в сумку, а заодно газету со статьёй про завод, которая оказалась там же, и отправилась допрашивать Нику. Подруга так и не дала о себе знать за прошедшие дни, и я винила себя ещё и в том, что совершенно отключилась не только от происходящего в городе, но ещё и от её проблем.

Радости моей не было предела, когда я обнаружила кондитерскую открытой, а Нику обслуживающей двух пожилых дам. Подруга выглядела… невыспавшейся. Под глазами залегли до того тёмные тени, что казалось, она специально чем-то подкрасилась как на праздник кошмаров. Но нет — при ближайшем рассмотрении стало понятно, что круги вполне натуральные. Впрочем, чем-то этот образ напоминал мне вчерашнего монстра в зеркале. И если я довела себя до такого состояния постоянным глядением в шар, то Ника, видимо, из-за попыток найти во сне Винса.

— Ты что, вообще не спишь? — ужаснулась я.

— Сплю. — Ника подняла на меня горящие нездоровым блеском