По ту сторону вселенной - Антонова Ирина

Я заметила, что наш сопровождающий был в сером комбинезоне, так же, как и все, кто находился в лаборатории, а вот конвоиры были в черных. Наверняка черные это военные, а серые это врачи.

Мужчина, приведший меня сюда, оглядел нас с Кхалом с головы до ног, о чем-то раздумывая, потом посмотрел в сторону кабины с креслом и решительно махнул на нее рукой. Подойдя к кабине, заглянула туда, ничего вроде нет подозрительного. Кхал тоже туда заглянул, понюхал, ничего не нашел и сел рядом. Дверей вроде тоже нет. Нерешительно оглянулась на врача. Он ободряюще мне улыбнулся и предложил залезть в кресло. Я демонстративно посмотрела на себя, всю такую грязную и замусоленную, забывшую, когда последний раз мылась, на белое кресло, потом опять на врача. Он усмехнулся и, махнув рукой на кресло, всё равно предложил залезать. Пожала плечами — хозяин барин, если что — я предупредила. Залезла в кресло, устроилась поудобней. Кхал положил мне голову на колени. Вопросительно глянула на врача, он поглядел на нас, всё так же добродушно улыбаясь, утвердительно покачал головой. Потом жестами показал мне, чтобы закрыла глаза. Мысленно попросила Кхала следить пока за всем происходящим и закрыла глаза. Пару мгновений ничего не происходило. Потом я почувствовала теплый ветерок на висках. Кхал засопел, машинально погладила его по голове. Ещё через пару мгновений ветерок прекратился и что-то тихо щелкнуло.

— Можете открыть глаза. — Услышала я.

Потрясенно открыла глаза и уставилась на мужчину врача. Разговаривал он всё на том же языке, только теперь я понимала, что он говорит. Доктор улыбнулся и продолжил:

— Я вижу, что Вы меня понимаете. Можете вставать, только без резких движений.

Я осторожно встала.

— Меня зовут доктор Фаро, а Вас?

— Мира. — Сипло выдохнула я. Доктор нахмурился, но я, подойдя к нему поближе, продолжила. — У меня сорван голос, мне больно говорить.

Говорила я на своем родном языке, поэтому доктор Фаро улыбнулся и покачал головой:

— Попробуйте говорить не на своем родном языке, а на моем. Вначале немного будете путаться, но обычно все достаточно быстро привыкают.

Я медленно и неуверенно попробовала повторить уже на другом языке, получилось, но с небольшим акцентом. Было удивительно осознавать, что теперь я знаю еще один язык. Сначала доктор хотел отправить меня еще в одну капсулу на лечение, но услышав от меня вопрос «Нельзя ли мне сначала помыться где-нибудь?», понимающе улыбнулся и провел меня к кабинке в углу лаборатории:

— Знаете как пользоваться?

— Нет. — Честно ответила я.

Тогда он показал, как ей пользоваться:

— Вот здесь раздеваетесь, вот сюда нажимаете, чтобы пошла вода, вот здесь гель, а потом встанете вот сюда, под воздушные потоки для просушки, здесь система снимет параметры тела и выдаст комбинезон на ваш размер.

Улыбнувшись, заверила его:

— Я очень постараюсь быть там недолго.

Потом подозвала Кхала, посмотрела на его грязную шерсть, убедилась, что вместе мы поместимся в кабинке и спросила:

— А я могу его с собой взять?

Доктор добродушно ответил:

— Можно.

Мы закрылись с Кхалом изнутри, я разделась и включила воду. Боже, как же давно я об этом мечтала! Чувство блаженства и счастья накрыло с головой. Кхал мужественно терпел, когда я намыливала его грязные бока. Но когда пена смылась, он остался доволен. Постояв еще немного под упругими струями, я вышла и начала сушиться. Через пару мгновений на полочке передо мной упал сверток с вещами: комплект нижнего белья — женский, между прочим, — трусики и короткий эластичный топ, мягкие тапочки и комбинезон серо-синего цвета — нечто среднее между врачами и военными. Одевшись и причесавшись, забрала свою сумку и пушистого от сушки Кхала — теперь его шерсть была белой с серо-голубым отливом — и открыла дверь.

Доктор с удивлением взирал на меня. От пристального внимания немного покраснела и спросила, морщась от боли:

— А могу я забрать потом свои вещи, в которых пришла?

— Конечно, только сначала лечиться.

Меня подвели к кабине в которой была кровать с куполом.

— Ложитесь, я подключу к Вам датчики, не бойтесь, это не больно. Купол я закрою, поэтому нейр останется снаружи. Процедура займет минуты четыре. Главное расслабьтесь и не шевелитесь.

Согласно кивнула, позволив уложить меня в кабину и подключить ко мне датчики. Мысленно успокоила Кхала, но ему было не до меня — он старательно прилизывал свою распушившуюся шерсть. Лечение в этом ящичке прошло быстро и незаметно. От меня отсоединили все проводки, и помогли осторожно выбраться из кабины. Оглянувшись по сторонам, я поняла, что горло больше не болит и даже близорукость моя исчезла. Пока я это осознавала, доктор Фаро подошел к столу, засыпал какие-то порошки в большую непрозрачную колбу. Затем закрыл её крышкой, побултыхал, перемешивая содержимое, прям как заправский бармен шейкер, обратно открыл и протянул её мне:

— Вам нужно это всё выпить. Сейчас.

Осторожно понюхала содержимое колбы — пахло чем-то свежим и летним. Попробовала — на вкус как молочный коктейль с какими-то травками — приятно и очень вкусно, особенно если учесть, что я была очень голодной. Доктор улыбнулся и, указав на рядом стоящий стул, произнес:

— Вы сейчас посидите вот здесь, а я допишу заключение и провожу Вас к капитану Тэкру.

— А мои вещи?

— Не беспокойтесь. Их вернут Вам, но чуть позже. Капитан Эрус сказал, что Вы выпали из сумеречной зоны — это правда?

— Если сумеречная зона — это то, что было отделено той странной туманной стеной, то да.

— Ну, можно и так назвать энергетическую стену, огораживающую мертвую сумеречную зону. — Улыбнулся доктор. — Сколько Вы там пробыли?

Достала телефон из сумки, посмотрела на дату — семнадцатое июня.

— Три недели. — Ответила я.

Доктор нахмурился:

— Вы уверены?

— Да.

Фаро сделал какие-то пометки на плоском сенсорном экране, затем поднялся и произнес:

— Пойдемте, нет смысла спрашивать у Вас то, что капитан Тэкру будет повторно переспрашивать.

Я поднялась и последовала за доктором. Кхал шел рядом и нес мою сумку. Конвоиры, стоявшие всё это время за дверью, удивленно переглянулись и пошли вслед за нами. Всю обратную дорогу я чувствовала два любопытных взгляда в спину. Мы дошли до лифта и поехали не обратно вниз, а наверх. Когда двери лифта открылись, мы с Кхалом восторженно выдохнули. Коридор здесь был гораздо шире, темно-серый пол, покрытый чем-то мягким и скрадывающим шаги. Такие же стеклянные кабинеты по бокам, только некоторые из них зашторены. Кое-где стоят в горшках изящные тонкие растения. Огромный этаж был залит светом, проникающим из куполообразного прозрачного потолка. Купол создавал непередаваемое ощущение простора. Но самое поразительное это три больших бледных луны в небе, хотя больше всего они были похожи на три разные по величине живые планеты. Наши с Кхалом эмоции перемешались и вибрировали вокруг нас. Не замечая удивленных лиц и недоумевающих взглядов, я следовала за доктором и с живым интересом всё кругом рассматривала.