Счастье за грош (СИ) - Бурова Дия

Он не остался в долгу. И что самое ужасное, это было сказочно! Ни один «чмок» Эдуарда ни в одну скоротечно оголённую часть её тела доселе не принёс такого восторга и головокружительной радости.

В тот же миг небеса откликнулись первым февральским громом. Настя в испуге отшатнулась, Эдуард тут же подставил ей руку, в которую судорожно вцепилась, словно утопающая — за спасательный круг.

— К ветрам, — успокоил Волоцкий, глянув вверх, и продолжил. — Сезам! Открой дверь!

Это и не замедлило случиться.

— Ну, что? Доволен? — бросил Эд Олегу прежде, чем последовать в машину.

— Вполне. Мы в расчёте, — отозвался Волоцкий и полез за очками.

Дипломат чертыхался, но в конце концов устроился, Настя юркнула в спасительный внедорожник следом.

— Для фарсу что ли? Ведь ночь кругом! — раздался всё ещё сердитый голос Эдуарда.

— Сезам! Закрой дверь, пожалуйста! — усмехнулся Олег и поспешил за руль.

Настя же с некоторым удивлением и даже разочарованием успела глянуть ему вслед из машины:

«Стоп! Стоп! А где же всякие там ласковые слова? Ведь Эдик, да и Валентин… Не сработал, значит, план!?» — и с этими мыслями она даже достала из сумочки зеркальце, ведь никакого иного объяснения отказа до сего момента исправно служившей ей полезной мелочи у Насти не было. — «Кроме одного! Эд своими чмоками слизал с губ всю фирменную помаду. Не иначе».

— Кого мы видим?! — взвизгнула всеми позабытая Светка, неожиданно выныривая из темноты сзади и обнимая их с Эдиком. — Я так за вас рада!

— Привет! Сколько лет, сколько зим, — весело отозвался дипломат и приложился к вытянутой в его сторону кисти.

— Ой, лучше и не считать… Не дуйся, Настюха! Я на твоего Эдуарда не претендую! — засмеялась польщённая Светланка.

— Волоцкий! Ты свет в салоне можешь сделать? — обратилась Настя к водителю, всё еще не выпуская зеркальца из рук.

— Сейчас, только шлагбаум проедем. Да, собственно, вот, уже! Пожалуйста!

Эд воспользовался моментом и, просунув загребущую руку вдоль спинки сидения, приобнял любимую за талию, хотел было положить и физиономию ей на грудь, но та вдруг раздражённо отстранилась, и глянула в зеркало. Во-первых, с сиренево-фиолетовыми устами под цвет вечернего платья всё было в порядке

«А, во-вторых, этот белобрысый козёл с претензией на высокий статус дипломата, одноклассник Эдуард, реально достал своими приставаниями!» — подумала она. — «И что ты, Настя, вообще потеряла на этих богом забытых дачах, когда уже за полночь!?»

— Настенька! Что-то не так? Чем я тебя обидел? — возбудился Эд, живо ощущая перемены.

— Просто я устала, — вымолвила она, лихорадочно соображая, и как ещё десять минут назад была влюблена по уши в эту посредственность!

— А я выспалась! — весело вставила Светка, но решила тоже навести марафет, пока Волоцкий не погасил свет.

— Если не возражаете, включу радио. Чашка кофе мне сейчас бы не повредила, — проговорил Олег.

Машину гнал уже по опустевшей изрядно заснеженной трассе на предельно разрешённой скорости. Такими темпами они очень скоро могли вернуться домой.

— Ты не засни там, Дон Жуан! — пошутила Настя.

— Постараюсь, — отозвался Волоцкий.

В динамиках заиграла ностальгически приятная музыка на французский манер — Мирей Матьё и Шарль Азнавур.

«Тегеран 43» — припомнила она название фильма.

— Блин! Телефон на даче забыл! — огорчился Эдуард, в то же время стараясь проникнуть Насте под шубу, той самой настырной рукой, которая ещё недавно была в районе девичьей талии.

— Эд! Прекрати! Это неприлично…

— Да чего уж там! Любитесь! Я, так и быть, подсматривать не стану! — язвительно заметила Светланка и скорчила обернувшейся подруге рожу: «Ты что ломаешься, дура!? Такой выгодный вариант, мне бы его!!»

— То-то я гляжу, брюнетка не трезвонит… — захохотал Волоцкий.

— Погоди, она догадается и с забытого гаджета тебе сама наберёт, — предупредила Настя, хотя уже думала, что это был бы выход: «Вернуть Эда Ленке, чтоб жили в любви и согласии до гроба и умерли в один день от оргазма».

— Я это предусмотрел, — ответил Олег, хотя и не объяснил, что именно предпринял.

«А жаль! Отвезли бы этого… обратно, типа покатались и возвращаем. И ну его к чертям!», — размечталась она.

— Мы куда теперь? — осведомилась выспавшаяся Света, только что закончив «чистить пёрышки».

— Олег, спасибо! Мы и так тебя все напрягли? Ты бы нас с Настей высадил бы где-нибудь? — скорее спросил Эдуард и нагнулся в сторону водителя.

Настя воспользовалась его желанием и, выбравшись из-под дипломатичной опеки, переместилась к Светке, через тот проход, что ранее от «лишнего» сидения предусмотрительно освободил Олег, ранее укладывая одноклассницу, пребывавшую под магией Бахуса.

— Его высадить, а меня, если это возможно, домой! — попросила она Волоцкого, оказавшись в безопасности, рядом с подругой.

Тот кивнул, не оборачиваясь:

— Возможно. Я всех развезу, только сидите смирно.

«В Москве час ночи,» — констатировало радио. — «И снова здравствуйте! С вами я, Наина Блюмкина. И сейчас о чрезвычайных происшествиях нашего городка…»

Снегопад за стёклами внедорожника только усилился. Ах! Эту бы прелесть да под самый Новый год! Но что-то сместилось в мире, и самой Природе, да и в людях, наверное.

— Но я думал, мы отправимся сразу ко мне, в Москву? — недоумевал Эд и, время от времени оборачиваясь, тоскливо заглядывал отсевшей от него Насте в глаза.

— Не волнуйся! Нам по пути. Сперва развезу девушек, а потом вместе с тобой двинем и туда. Ты где обитаешь? Недалеко от грёбанного Сити, полагаю.

— Да, на набережной, — пробормотал Эдуард. — А ты откуда знаешь?

— Только предположил, что по статусу положено, — не без иронии объяснил Волоцкий и продолжил. — Годится такой вариант?

Настя с благодарностью глянула из глубины салона в длинное зеркало под лобовым стеклом, и натолкнулась на очкастый взор Олега, ответный. И в этот раз она была готова поклясться, что из-под линз за нею снова наблюдали бездонные очи тётки, всучившей ей давеча за сущие гроши полезную мелочь.

Но час был откровенно поздний, и, моргнув пару раз, она уже едва ли оставалась в прежней уверенности.

— Эд! Поверь! Так для всех будет лучше. Утро вечера мудренее!

— Убедила! — упавшим голосом произнёс дипломат. — Хотя не понимаю, почему мне так хреново!

— Светка, ты переночуешь у меня? — спросила Настя у подруги. — А то Олегу такие концы…

— Конечно! И есть о чём поболтать! — заговорщически подхватила та идею, затем вдруг достала из дамской сумочки расписную фляжечку и протянула с заднего ряда поверх сидений Эду. — Бальзамчик. Помогает! В самом деле!

— Адрес такой…

— Я помню, — прервал Настю Волоцкий и сбавил ход, скоро ожидался пост ДПС.

«Откуда?» — она недоумённо уставилась в спину водителя. — «С ветхозаветных школьных лет? Так ты меня и проводить-то ни разу не сумел. Хотя я бы тогда и не позволила!»

Эдуард высосал всю Светланкину «заначку», она едва успела принять сосуд из его слабеющих рук, и принялся уже клевал носом, когда журналистка Блюмкина, перечислив все землетрясения, пожары, аварии, изнасилования, аборты, убийства и ограбления, добралась до сводок из медицинских учреждений:

«Почти смешную, если бы не было так грустно, историю поведал нам главврач городской больницы номер…» — сквозь шум помех Настя, не особо до сего момента обращавшая внимание на «чрезвычайные происшествия», уловила, что речь идёт о подростках, накануне дня св. Валентина испытавших контрафактные или даже нелицензионные, приобретённые вне аптеки, презервативы. По словам потерпевших, резинки достались им за сущие гроши и были куплены на днях в электричке у случайной торговки. В ходе испытаний оказалось, что нет никакой естественной возможности снять эти «изделия номер два» с до сих пор перевозбуждённых органов молодых людей, к тому же изрядно накачавшихся пивом. Посему потребовалась срочная операция.