Мой личный Армагедон - Аселина Арсеньева (Aselesa)

Аселина Арсеньева

Мой личный Армагедон

Глава 1

«Сложно изобрести более действенный магнит для неприятностей, чем я…» — мысленно комментирую, равнодушно отстёгивая ремешок босоножки с голени, так как последняя ниточка, которая держала подошву у стопы, только что оторвалась. По дороге сюда, в набитом людьми автобусе, высокий суровый мужчина больно наступил мне на ногу. Как итог, одна из лямок выдралась с корнем, а вторя частично.

— Какого дьявола! — выкрикиваю, внезапно теряя равновесие!

Да что-там равновесие?! Я сама теряюсь в пространстве, потеряв опору!

Ощущение, будто земля резко исчезла из-под ног, а свет померк!

Но ведь такого не бывает?! Посреди выложенной брусчаткой старинной дорожки, даже канализационных люков нет!

Тем не менее, я продолжаю стремительно падать! Подобное ощущение я испытывала разве что в аквапарке, — на свободном падении, солдатиком падая куда-то вниз!

Внезапно, меня подхватывают чьи-то сильные руки!

Мир обретает очертания…

Поднимаю глаза и вижу умопомрачительного жгучего брюнета, а за его плечами отсутствие интерьера.

Кхм… В смысле, вообще, отсутствие — всего…

Но этот факт как-то сразу же меркнет, потому что такую идеальную внешность я даже по телевизору не видела! Мне то подбородок тяжеловат, то губы слишком пухлые, то нос с горбинкой, а здесь, — будто искусный скульптор своё творение оживил! Некоторое время разглядываю держащего меня на руках мужчину, однако, инстинкт самосохранения и желание опередить своё географическое положение, перевешивают потребность в эстетическом наслаждении. И вот, уже с опаской, я опускаю взгляд ниже. Туда, где секундами ранее, была потрёпанный жизнью, брусчатка!

От страха я вцепилась в мужчину и крепко зажмурилась!

— Кажется, и правда, — ушла земля! — произношу, пугаясь собственного осипшего голоса.

Секунду!

Я что? Испугалась?!

Неужели эмоции соизволили вновь меня посетить?!

Слышу, или даже больше чувствую, вибрацию звука, от еле слышной усмешки, исходящей из груди брюнета. Это заставляет меня раскрыть глаза, чтобы уставиться с возмущением!

Только передо мной оказались определённо не его глаза, а ухо! Только теперь я осознала в каком положении нахожусь: со страха вцепилась в мужчину как клещ-переросток, умудрившись вырваться и обвить конечностями!

Отворачиваюсь и пытаюсь разобрать хоть что-то в тьме вокруг нас.

Я никогда не увлекалась астрономией, но если существует чёрная дыра, то мы точно в ней. Иначе как охарактеризовать это пространство?!

Вместо стен монастыря, куда я только что собиралась войти, теперь жгучая непроглядная тьма. Ни стен, ни пола…

Но эта тьма… кажется, что это нечто живое! Она будто пытается добраться до меня по обтянутым черными брюками ногам мужчины. От вида клубящейся, будто разумной, тьмы, — становится жутко! Поэтому, чтобы отставить панику, я перевожу взгляд на более приятное глазу зрелище: уже каким-то чудом умудрившегося меня отцепить, и только что поставившего стоять ровно, — брюнета. При этом, он до сих пор удерживает меня за плечи, будто страхуя.

Кажется, я всё же на чём-то стою, а эта живая тьма ощущается не больше, чем обычный туман. И вообще, — это всё уже неважно, потому что сейчас я чуть ли не раскрыв рот разглядываю мужчину! А посмотреть есть на что: крепкое тело, идеальные черты лица, и, на контрасте с чёрными густыми волосами, — голубые глаза, словно кристальные льдинки.

Идеален!

Кожа такая чистая и гладкая, без малейшего намёка на щетину, что хочется провести рукой и ощутить её бархатистость. Его внешность определённо нельзя назвать обычной. По крайней мере, я в жизни не встречала мужчин с такой совершенной красотой. Впрочем, как и брюнетов с таким уникальным, цветом радужки.

Не помню, чтобы я хоть когда-то вот так засматривалась на мужчин.

— Знакомься. Твоя жена. Соответствует всем условиям, — единственная в нашем мире. — Произносит брюнет, и, кажется, это он про меня!

Запоздало понимаю, что за моей спиной есть кто-то ещё. Но брюнет, не дождавшись когда я на него насмотрюсь и соображу повернуться, сам разворачивает меня лицом в нужную сторону.

— Да ну нафиг! — Пытаюсь отступить на шаг, но железная грудь брюнета не позволяет сделать и полшажочка.

Значит мне настолько жарко стало не от присутствия умопомрачительного брюнета?

Это он, оно или… что-то иное?!

Брюнет подтолкнул меня вперёд.

Краем сознания отметила, что пол здесь всё-таки есть и довольно ровный, но это, как и тьма вокруг, вдруг становиться настолько второстепенным, против ощущения, что я стою у огромного костра и…

Увиденное существо поражает!

Мало того, что воздух вокруг этого существа накаляется и становится видимым, наподобие воздуха над раскалённым асфальтом в жару, так ещё и видок у него не для слабонервных.

Видимо, мне повезло, что жизнь меня изрядно потрепала и почти все нервные клетки я растеряла задолго до этого события. Так как вместо того, чтобы испугавшись отвернуться или начинать биться в элементарной истерике, — с любопытством пытаюсь разглядеть в нём хоть какие-то намёки на черты лица.

Но, что возможно разглядеть в огне?!

Если вокруг нас клубится тьма, то тот, кто сидит перед нами, — это раскалённая плазма! Тем не менее: две руки, две ноги и форма головы имеются. Только они всё равно ассоциируются у меня не с человеческим телом, а с подвижной поверхностью солнца, из недавно просмотренного мной видео.

— Же-на? — голос этого… явно не человека, негромкий, но отчего-то невыносимо зубодробительный. От него тут же зазвенела голова.

Морщусь от неприятных ощущений. Они быстро проходят, так как больше ничего он не «говорит». Он вообще не говорит, в привычном для меня смысле. Его голос почти беззвучно прогремел в моей голове, заставив удивиться: как что-то настолько тихое, как шелест листьев, может превратить человеческую голову в звенящий колокол?!

Существо сидит на большом, метра два с половиной в длину, камне, — высотой и формой напоминающем разложенный диван в моей квартире.

Всё бы ничего, — хоть и не мягкий, но почти диван, вот только этот камень под ним раскалён до красна! Лишь сеть огненных трещин в камне, расходящихся в стороны от сидящего, не оставляет возможности обмануться и подумать, что беднягу усадили на раскалённую поверхность, а не она накалилась от него. Однако здесь чётко прослеживается закономерность: чем дальше от существа, тем камень темнее и трещины уже не выглядят так, что вот-вот из них рванёт лава!

— Какие претензии? Вот здесь, — в руках брюнета, буквально из воздуха возникает свиток, — записано, — он пробегает глазами по началу длинного свитка, морщится, и, сворачивая его, продолжает. — Я сокращу: ты женишься только на единственной в своём роде, самой необычной для этого мира, девственнице.