Сладкий плен искушения - Клэр Коннелли

Черный бронированный внедорожник отвез ее в бар. Выйдя на улицу, Шарлотта глубоко вздохнула, понимая, что ее жизнь вот-вот изменится коренным образом.

— Мэм? — мягко спросила Айрис.

— Я в порядке.

Один из ее охранников прошел в бар первым, осмотрел его, а потом позволил Шарлотте войти.

Ее сердце бешено колотилось, пока она осматривала толпу. Через несколько секунд она увидела его. Он сидел у стены и пил вино.

Рокко быстро заметил Шарлотту и встал, когда она подошла, потом посмотрел на двух крепких охранников и на Айрис.

— Привет! — Она стояла у края кабинки, глядя на него, желая прикоснуться к нему и поцеловать в щеку, но стеснялась.

— Не ожидал, что снова встречусь с тобой.

— Мы не обменялись телефонными номерами, — сказала она, сев напротив него и вздрогнув, когда их колени соприкоснулись. — Кроме того, ты не скрывал, что больше не желаешь меня видеть.

Выражение его лица не изменилось, но его глаза сверкнули.

— И все-таки мы встретились.

Она разволновалась.

— Мне надо поговорить с тобой.

Он налил два бокала вина и откинулся в кресле, наблюдая за ней.

— Я должна тебе кое-что сказать.

— Я уже понял.

Она прикусила нижнюю губу.

— Мы не представились полными именами.

— И все же ты нашла меня.

— Ты предпочитаешь, чтобы я этого не делала? — спросила она, наклонив голову набок.

— Я этого не говорил.

Между ними вспыхнуло желание, и одуряющее искушение снова отдаться Рокко стало почти невыносимым. Она должна все ему рассказать, пока не утонула в зыбучих песках вожделения к этому мужчине.

— Я не была честна с тобой в ту ночь.

Он замер:

— Да? В чем? Ты замужем?

— Нет. Еще нет, — сказала она, прижимая кончики пальцев ко лбу.

— Еще нет? — переспросил он, поджав губы.

— Я…

— Ваше высочество?

К ней подошла женщина лет сорока, говорящая по-английски с сильным акцентом. Когда Шарлотта повернулась к ней лицом, женщина перешла на хемменуэйский язык, но произнесла всего четыре слова, прежде чем появился охранник, демонстративно вставший между туристкой и Шарлоттой.

— Все в порядке, — пробормотала Шарлотта, отпустив охрану и сосредоточившись на женщине.

— Я так и подумала, что это вы!

Шарлотта вздрогнула, но сделала то, что от нее ожидалось, все время ощущая на себе оценивающий взгляд Рокко.

— Можно с вами сфотографироваться?

Шарлотта кивнула и встала, подошла к женщине и сделала с ней селфи.

— Не могли бы вы не выкладывать фото в социальных сетях в течение часа? Это вопрос безопасности, — сказала она с извиняющейся улыбкой.

— Конечно, ваше высочество. Какая честь для меня!

Шарлотта подождала, пока женщина уйдет, а затем села напротив Рокко.

— Кажется, ты совсем не была честна со мной, — сказал он. — Предлагаю начать с самого начала.

Она опустила глаза:

— Начало, середина, конец — не имеет особого значения. Я принцесса.

— Откуда?

— Хемменуэй.

Он прищурился:

— Шарлотта Ротсбург.

Она поежилась, услышав свое полное имя.

— Да.

— И ты молчала?

— Я хотела забыться на одну ночь.

— И пожить как простолюдинка?

Она улыбнулась.

— Я ничего не планировала, — сказала она, покачав головой. — Я просто воспользовалась шансом. Очень трудно объяснить постороннему, на что похожа моя жизнь, но достаточно сказать, что такие места, как этот бар, для меня в новинку.

Он уставился ей в глаза:

— И с тех пор обман гложет тебя? Или ты боишься, что я продам грязные подробности бульварной прессе?

Он не мог знать, насколько его последнее предположение соответствует ее предыдущему опыту.

— Нет. — Она нахмурилась и постаралась выровнять дыхание. — На самом деле это не так важно.

— Почему?

— Ты должен понять деликатность нашего положения.

— Мы переспали всего один раз, — сказал он, и она наклонилась, прижимая палец к его губам.

— Пожалуйста, помни, что везде люди.

Его глаза сверкнули, потом он опустил голову в молчаливом признании.

— Секс на одну ночь запрещен принцессам? — тихо спросил он, и она ощетинилась, потому что не ожидала от него насмешек.

Она посмотрела в сторону, чтобы успокоиться.

— Поэтому ты была такой неопытной, Шарлотта?

Ей нравилось, что даже сейчас он не называл ее принцессой.

— Мой опыт не имеет значения.

— Не для меня.

— Вернемся к нашему разговору.

— Какой именно разговор?

— Я пытаюсь объяснить…

— Зачем ты мне позвонила?

Она уставилась на точку за его плечом.

— В ту ночь… — тихо сказала она, заставляя себя смотреть ему в глаза. — Хотя мы… Он нетерпеливо вдохнул.

— Я беременна, — произнесла она слегка дрожащим голосом. — От тебя.

Казалось, каждый посетитель бара застыл и умолк, а сам бар превратился в подобие американских горок.

— Что ты сказала? — Он пялился на нее, стараясь осмыслить ее заявление. Беременность? Это невозможно. Он думал, что она позвонила ему, чтобы повторить ту ночь, и с тех пор мечтал только об этом. Мысль о том, чтобы уложить Шарлотту в постель, была для него нирваной прошедшие пять недель.

— Я беременна, — ответила она вполголоса, так что он наклонился ближе, глядя на ее губы и задаваясь вопросом, не ослышался ли.

Внезапно он снова стал мальчиком, спрятавшимся за дверью и подслушивающим разговор, в который ему не следовало вмешиваться.

— У меня уже есть семья. Это не мой ребенок.

— Он твой сын, признаешь ты его или нет. Он под твоей ответственностью.

— Нет, ответственность лежит на тебе. Ты говорила, что не забеременеешь, — отрезал мужчина.

Голос матери Рокко дрожал.

— Я не могла сделать аборт. Если бы ты его увидел…

— Нет. Я не буду с ним встречаться. И если ты скажешь хоть кому-нибудь, что я его отец, я уничтожу тебя. Ты поняла?

— Этого не может быть, — произнес Рокко, слегка качая головой. — Я предохранялся.

— Я беременна, — сказала она в третий раз и взволнованно посмотрела на него.

— А я отец.

— Физически невозможно, чтобы это был кто-то другой.

— Ты сказала, что помолвлена…

— Я не спала со своим женихом.

— Значит, у тебя был только я.

Несмотря на панику, от которой у него стыла кровь, ее признание спровоцировало у Рокко гордость. Несмотря на протесты, мысль о том, что он стал ее первым мужчиной, пьянила его.

— Я понимаю, как ты к этому относишься, — пробормотала она, покосившись на дверь.

Он проследил за ее взглядом и посмотрел на агентов службы безопасности и женщину.

— Не волнуйся, я не разрушу твою жизнь.

Он уставился на Шарлотту, вспоминая слова своей матери.

— Мне ничего от тебя не нужно. Я приехала просто потому, что ты должен знать.

— Лучше бы он никогда не рождался. Лучше бы я тебя никогда не встречал.

— Если бы ты только знал,