Фарфоровое сердце - Сьюзен Нэпьер

Возникла недолгая пауза.

— А что, тебя так взволновало мое прикосновение? — Итан водил большим пальцем по ее шее.

— Нет, — слишком быстро ответила Эмили.

— Неужели? Проверим?

Итан развернул девушку и прижал к себе. Губы Эмили приоткрылись от шока, когда Итан наградил ее поцелуем, полным огня и страсти. Воздух накалился. Эмоции настолько переполняли обоих, что, казалось, еще чуть-чуть, и произойдет взрыв. Странно, но Эмили хотелось гораздо большего, чем просто поцелуй.

Его рука опустилась на ее попку. Эмили забыла обо всем на свете, отдаваясь этому мгновенью так, словно оно было последним в ее жизни. Мурашки бежали по разгоряченному телу. Девушка слегка прикусила его язык, а Итан в свою очередь чуть закусил ее нижнюю губу.

— Не притворяйся, будто не хочешь того же, что и я. — Итан проник рукой под ее топ и нащупал затвердевший от возбуждения сосок. — О, да, тебе нравится то, что я делаю, да, Эмили? Мои прикосновения больше чем волнуют тебя. Ты так горяча, что я мог бы взять тебя здесь и сейчас. Мне нужно только... — Он зажал сосок меж пальцев, играя с ним, а его губы снова нашли ее рот.

Эмили выгнула спину, подавшись ему навстречу, и услышала победный стон, сорвавшийся с его губ.

— Нет!.. — неожиданно девушка оттолкнула его, но тут же Итан снова оказался рядом, заключив ее в плен своих рук и губ.

— Ты со всеми такая или только со мной? Если желаешь, чтобы я дал тебе то, чего ты хочешь, тебе следует пересмотреть свою стратегию с Питером. Не думаю, что он останется твоим благодетелем, если войдет сюда прямо сейчас...

Эмили снова оттолкнула Итана. Как он смеет так вести себя с ней? Она отерла рот рукой, чтобы избавиться от горького привкуса предательства на губах.

Кажется, ее жест обидел Итана.

— Не делай этого.

— Чего? Этого? — Эмили с силой вытерла губы тыльной стороной ладони.

Итан тряхнул девушку за плечи. Затем склонился и снова завладел ее губами, украв очередной поцелуй.

— Предупреждаю, еще раз сделаешь нечто подобное, я за себя не отвечаю. — Итан помолчал, ожидая услышать возражения, но Эмили и бровью не повела. — Не думай, что если ты смогла обвести моего дядю вокруг пальца, то тебе удастся и меня заставить плясать под твою дудку.

— Слишком много метафор, Итан. Я думала, ты цивилизованный разумный мужчина, но, кажется, в прессе преувеличивают твои умственные способности, так же как и раздутое «эго»!

Когда-нибудь настанет день, когда Итан извинится за свои слова. И еще неизвестно, примет ли Эмили его извинения.

Он насмешливо рассмеялся:

— Питер, может, и предложил тебе работать здесь в маленькой студии, но не надейся получить свободный доступ к его чековой книжке. Большая часть денег инвестирована и задействована в семейном бизнесе.

— О, но Питер предложил мне гораздо больше! — разозлившись, бросила Эмили. — Разве миссис Купер не говорила, что он просил меня жить с ним в этом доме? Поэтому она и показывала мне эту спальню. Мою спальню, поэтому я имею полное право просить тебя уйти. Итан замер.

— Когда я приехал, Кей сообщила, что ты предпочла остановиться у одной из подруг.

— Что? И отказаться от роскошной жизни? Променять ее на диван в гостиной трехкомнатной квартиры? Да ни одна уважающая себя шлюшка в погоне за наживой не будет так глупа! — Эмили вошла в раж. — Нет, теперь я буду жить как содержанка. Завтракать шампанским, обедать икрой.

— Шутишь? Ты не переезжаешь сюда.

— Посмотрим! — бросила Эмили, не желая, чтобы этот самоуверенный нахал оказался прав. — Я как раз собиралась выгрузить вещи из машины, когда появился ты. — Девушка развернулась на каблуках. — А ты попей пока кофе. — Она снова вышла на террасу.

Итан последовал за ней, решив предпринять последнюю попытку остановить Эмили.

— А что, если я скажу дяде Питеру, что он пригласил в дом воровку, которой нужна коллекция тети Роуз? Как он на это посмотрит?

Вот значит как! Все же Итан в ту ночь видел больше, чем нужно было.

Эмили рассмеялась:

— Я просто пошлю тебя к черту.

— Что, прости?

— Сейчас меня проверяют представитель страховой компании, пожарные, полиция и Бог знает кто еще, так что давай, приглашай кого хочешь, Итан. Я даже не буду притворяться оскорбленной, потому что приму возможность оправдаться хотя бы в одной области своей жизни!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Устроившись за столиком на террасе, Эмили смотрела на своего невольного спутника.

Итан Вест сидел напротив в расслабленной позе, играя своей чашкой и нервами девушки. Он, как и она, расположился под зонтиком, но только потому, что миссис Купер заботливо поставила в тень его стул, когда принесла свежий кофе.

— Он быстро сгорает на солнце, — пояснила экономка для Эмили.

— Все вокруг тебя, кажется, легко воспламеняется, — отметил Итан, сверля Эмили глазами и одновременно снимая пиджак. — Осторожнее, не обожги пальцы.

— Уже обожгла. — Эмили вспомнила, как в ночь пожара неосторожно схватилась за железную дверную ручку.

Однако вместо очередной колкой ремарки Итан неожиданно спросил:

— Больно?

— Только, когда пускаю их в ход, — пошутила она.

— Тогда, надеюсь, ты усвоила урок.

— Хорошие девочки не играют с огнем? А плохие мальчики сгорают на солнце!

К несчастью, поцелуи Итана изменили все. Как бы она ни презирала этого мужчину, в сексуальности ему не откажешь.

— Дело в его коже, — вмешалась миссис Купер, принеся печенья. — Она очень чувствительная.

Как у слона!

— Я заметила. Иногда он так чудесно женственен, — съязвила она.

Итан потер подбородок, чтобы скрыть свое недовольство. Миссис Купер удалилась в дом.

— Она говорила о чувствительности к солнцу. Я унаследовал кожу от матери. Она была настоящей рыжей — и по внешности, и по темпераменту.

Это объясняло, откуда у него в волосах эта рыжина, и почему его кожа бледнее, чем должна быть у человека, который большую часть времени проводит на солнце.

Эмили знала, что родители Итана погибли в авиакатастрофе несколько лет назад, но не желала, чтобы этот факт как-то смягчил ее душу по отношению к нему.

— Значит, внешность у тебя от матери.

— А от отца ясный ум и надежность. Кстати, если хочешь посмотреть, есть ли у меня рыжие волосы, я с удовольствием покажу тебе.

— В этом нет необходимости.

— Жаль.

— А ты всегда все сводишь к сексуальному подтексту?

— Разве я говорил о сексе? — удивился мужчина. — Я думал, мы обсуждаем наследственность. А в качестве доказательств я хотел показать тебе литографии рыжеволосых членов семейства Вест.