Мартынова, ты уволена! - Ольга Корк

Вот Глеб поднимает взгляд, улыбается мне восхищенной улыбкой, которая почти моментально с него слетает.

– Аня? Что это?! Ты зачем? Алексеева!

Глеб в три шага пересек спальню и, оказавшись рядом со мной, возмущенно ткнул в мою шевелюру.

– А что тебе не нравится, родной? – игриво пробежалась пальчиками по его торсу, очертила пресс и провела ими по кромке нижнего белья. – Ты же всегда любил брюнеток.

– Алексеева, блин, тебя кто просил? – Глеб с раздражением дернул темную прядь, чем вызвал у меня только довольный смех. – Иди и верни как было!

Не в силах больше сдерживаться, я задорно рассмеялась и, оббежав Глеба, запрыгнула на кровать.

– Глебка, ну разве мне не идет? Смотри, какой глубокий оттенок черного!

– Очень идет, – муж отчетливо скрипнул зубами, – но раньше было лучше. Иди сюда, чертовка, буду тебя воспитывать.

Усмехнувшись, Глеб только головой покачал и, подойдя к кровати, протянул мне руку. Вот в нее-то я и вложила темноволосый парик и радостно плюхнулась на матрас, смеясь над недоуменным выражением лица мужа, с которым он рассматривал мой "подарок".

– Ну, Мартынова…

– Алексеева! Ты сам меня на себя оформил сегодня, теперь мучайся!

Глеб, усмехнувшись, обошел кровать и, открыв окно шире, выкинул парик.

– Хулиганка ты.

– Да, но зато со мной не скучно, – радостно согласилась, наблюдая, как Глеб скидывает брюки.

– Нет, с тобой скучно не бывает, – вслед за брюками отправилось и его нижнее белье.

– А еще ты меня любишь, – поманила его пальчиком.

– Люблю, – согласился, подходя к кровати и не спуская с меня глаз, – как и ты меня.

– Конечно, люблю, но если ты и дальше будешь просто стоять и смотреть, твоя первая брачная ночь окончательно остынет.

Накрывая меня своим телом, Глеб не мог сдержать улыбку.

– А мы ее подогреем, да, Алексеева?

– Да, Алексеев!

Конец