Рядом с тобой - Дебора Тернер

— Зачем мне было сочинять историю об изнасиловании? — взорвалась Кейт, возмущенная его недоверием.

— Чтобы наказать меня за то, что я женился на Лауре. — Вдруг Патрик стукнул кулаком по деревянной скамье. — Я должен был знать, должен был понять, что с тобой случилось что-то серьезное, когда ты сказала, что больше не любишь меня! Но я был занят своими проблемами…

Глаза у него, к ужасу Кейт, стали влажными.

— Нет! Ты не мог этого знать! — с жаром воскликнула она. — Я нарочно вела себя так, чтобы ты ни о чем не догадался. На тебя самого оказывали давление. Твоей вины здесь нет.

— Я буду винить себя до самой смерти, — с ожесточением возразил Патрик.

— Когда ты понял, что я сказала тебе правду? Ну, что Ник не твой сын?

— Я понял, что тебя изнасиловали, когда мы ехали на ужин в Островную бухту. Ты очень просто сказала, что не могла тогда выйти за меня замуж, потому что носила ребенка от другого мужчины. Я только не знал, что насильником был мой кузен, поэтому по-прежнему считал Ника своим сыном. — Патрик говорил без всякой интонации. — В нашем семейном альбоме есть фотография Черного Пэта в пятилетнем возрасте — они с Ником как два брата-близнеца. Я подумал, что каким-то чудом Ник родился от меня.

Боль внезапно пронзила сердце Кейт, слезы обожгли веки.

— Я готов был убить негодяя и поэтому радовался, что человек, обесчестивший тебя, уже мертв. Я понимал, что после случившегося мне следует обращаться с тобой очень осторожно, чтобы ты смогла преодолеть отвращение к мужчинам. Почему ты ничего не сказала мне во время нашей последней встречи? Неужели думала, я откажусь от тебя из-за того, что насильником оказался Шон?

Чувствуя себя вконец разбитой, Кейт прислонилась спиной к стойке. Ей хотелось, чтобы Патрик поскорее ушел, дав ей возможность наплакаться вдоволь над своими разбитыми мечтами. Но она считала себя обязанной объясниться до конца.

— Я находилась в глубокой депрессии, чувствуя себя оскверненной этим мерзавцем. И я была уверена, что ты никогда не примешь сына Шона. Если бы я сказала тебе о Шоне, ты бы сцепился с ним, а вашей семье только этого не хватало, когда умирал твой отец. Тогда, казалось, все было против нас. Я не переставала любить тебя, конечно, но мне надо было уехать, чтобы забыть случившееся.

— Ты пострадала из-за меня, а Шон после этого несколько месяцев ходил с самодовольной ухмылкой на своей мерзкой роже. А я, глупец, не понимал. Я даже не смог связать его поведение с тем, что ты мне сказала потом. Такую слепоту невозможно простить…

— Тебе нечего прощать, Патрик! — взволнованно перебила его Кейт. — Тебе самому пришлось тогда нелегко. Это грехи Шона, а не твои.

— Ты великодушнее меня, — прошептал он. — Мне хочется его убить.

— Этого-то я и боялась.

— Может, ты поэтому не сказала мне о нем?

— Отчасти.

— Я не убийца, Кейт.

— Я знаю. Почему Шон так ненавидит тебя?

Патрик смотрел куда-то мимо нее невидящим взглядом.

— Шон считает себя обделенным, и не безосновательно. Тетя Барбара, его мать, старше моего отца, поэтому она должна была унаследовать половину акций «Садерленд авиэйшн». Но мой дед, Черный Пэт, как и мой отец, был неисправимым шовинистом. Поэтому вместо причитающейся доли акций тетя Барбара получила трастовый фонд. Эти деньги по настоянию своего мужа она вкладывала в спекулятивные сделки, в результате чего почти все потеряла.

Кейт подумала, что дело не только в наследстве. Шон ненавидел Патрика за то, что тот был настоящим, смелым, умным мужчиной, а сам Шон ничего из себя не представлял.

— Я долго мирился с выходками Шона, — мрачно продолжил Патрик, — но когда он начал шантажировать свою мать, требуя у нее денег из нового трастового фонда, который я создал для нее, мое терпение лопнуло. Ты его больше не увидишь.

— Однако он остается отцом Ника, и с этим ничего нельзя поделать, — упавшим голосом сказала Кейт. — Я думаю, тебе сейчас лучше уйти, Патрик.

— Кейт…

— Пожалуйста, уходи.

— Я не могу оставить тебя сейчас. Не могу бросить тебя…

Собрав остатки сил и всю свою решимость, Кейт сказала:

— Ты не бросаешь меня. Я уже взрослая женщина, и теперь мне предстоит сжиться с мыслью, что ты специально обхаживал меня, надеясь заполучить ребенка, которого считал своим. Я хочу остаться одна.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил Патрик. — Мне тоже надо кое-что сделать, но я вернусь. Я остановился в отеле. Если Шон попытается связаться с тобой, позвони мне. — Он сердито посмотрел на Кейт. — Если я тебе понадоблюсь, звони. Я приеду. Тебе надо лишь позвонить, — словно заклинание, повторил он и быстро ушел.

Кейт смогла спокойно обдумать последние события только после того, как Ник угомонился и лег спать. У нее было ощущение, будто болит все тело: болезненно сжималось сердце, горло сдавливало железными тисками, голова раскалывалась.

Если бы не моя сентиментальность, я бы не дала Нику имя своего бывшего возлюбленного. Тогда Патрик сразу бы поверил, что меня действительно изнасиловали, и оставил нас в покое.

Не падай духом, мрачно твердила она себе. Тебе не привыкать — одолеешь и эту боль. Но к боли примешивалась целая гамма чувств, а с ними всегда труднее справляться.

Когда зазвонил телефон, Кейт решила не обращать на него внимания, но мысль о том, что это мог быть Патрик, заставила ее снять трубку.

— Я подумал, что тебе будет интересно узнать, — услышала она злорадный голос Шона, — что я завтра подаю в суд на право видеться с ребенком. Мне давно пора познакомиться с моим сыном и поучить его уму-разуму.

Кейт онемела от ужаса. Отшвырнув трубку, словно это была гремучая змея, она упала на диван. В голове теснились мысли — одна страшнее другой.

Несчастная женщина просидела так несколько минут, пока постепенно ее состояние не пришло в норму. Вдруг она встрепенулась, распрямила плечи и выкрикнула в темноту комнаты:

— Нет!

Шон никогда не дотянется своими грязными жадными лапами до Ника. Никогда. Если он начнет настаивать, я буду все отрицать. Определить отцовство ребенка может только специальный анализ. Если Шон пойдет на это, я убегу, скроюсь с Ником где-нибудь в надежном месте…

И снова ночную тишину разрезал телефонный звонок. Кейт взяла трубку и угрожающе процедила:

— Если ты подойдешь близко к моему сыну, я завтра же утром иду в полицию и заявляю о том, что ты изнасиловал меня. — И добавила, солгав для острастки: — Моя тетя выступит свидетелем, я ей все рассказала еще тогда. Я сделаю это, Шон.

На том конце повисло секундное молчание, затем Кейт услышала: