Так угодно судьбе - Элизабет Моул

— Да, конечно, — спокойно ответил он. — У тебя что-то случилось?

— Нет… То есть да… Понимаешь… — Джина хотела что-то объяснить, но расплакалась прямо в трубку.

— Постой, постой! Успокойся и скажи, чего ты хочешь от меня? — спросил Доминик, не скрывая своего раздражения.

— Ник, мне очень нужна твоя помощь! Пожалуйста, приезжай ко мне, прошу! Я не могу пока тебе ничего объяснить, но это очень, очень важно!

Женщина снова отчаянно зарыдала, чем смягчила сердце Доминика.

— Хорошо, я сейчас приеду, — вздохнул он. — Но не надолго.

— Конечно, конечно, — пролепетала Джина, шмыгая носом. — Скажи, а ты сейчас один… в кабинете? Понимаешь, у меня такие обстоятельства… Словом, я не хотела бы, чтобы об этом еще кто-то знал. Только ты, Ник. Ближе тебя у меня никого нет.

— Джина!

— Нет, нет! Я больше не буду говорить о моих чувствах. Ты мой друг, и только… Но мне так плохо!

Джина явно снова приготовилась плакать. Доминик поспешил уверить ее, что немедленно приедет, пообещав, что никто не узнает о его визите. Он посмотрел на часы. До встречи с Нэш оставалось меньше двух часов. Если он разберется с Джиной быстро, то успеет.

Первым делом, придя домой, Нэш достала из шкафа приготовленный когда-то для их с Домиником несостоявшегося свидания розовый пеньюар, украшенный атласными розочками. Она надела босоножки на шпильке и, облачившись в прозрачный наряд, посмотрелась в зеркало. Обнажив одно плечо и повернувшись в пол-оборота, Нэш собрала волосы, закрутила их на пальце, прищурилась и довольно рассмеялась: из зеркала на нее глядела роковая соблазнительница.

— То, что надо! — одобрила она.

Нэш еще раз придирчиво осмотрела квартиру. В углу гостиной ненавязчиво мерцал новый светильник. На диване были набросаны подушки, столик на колесиках стоял рядом, и на нем было приготовлено ведерко для шампанского. Звучала тихая музыка. Дверь в спальню была приоткрыта, оттуда в гостиную проникал розоватый свет, а на полу, от дивана до двери спальни, были рассыпаны лепестки алых роз. Аромат живых цветов наполнял квартиру Нэш, вселяя в душу умиротворение. Она ждала назначенного часа.

Уютно устроившись в углу дивана, женщина прикрыла глаза… и не заметила, как задремала…

Поначалу ей снился прекрасный сон, похожий на ее сокровенные мечты. Будто она, одетая как подобает невесте в очень красивое свадебное платье, стоит на пороге маленькой церкви. Оттуда доносятся величественные звуки органа. Гости ждут начала церемонии. Один шаг — и она окажется внутри, где ее встретит самый желанный на свете мужчина, ее жених.

Нэш знает, что это Доминик. Но волнение и странное смятение мешают ей войти. В конце концов двери распахиваются, и вот она идет по ковру прямо к алтарю. Доминик стоит спиной к ней… и почему-то не поворачивается. Гости тоже не замечают ее присутствия. В полной растерянности Нэш подходит к жениху, трогает его за рукав. Он смотрит на нее, но не узнает.

Затем одергивает руку и склоняется к женщине рядом с ним, чтобы поцеловать ее. Женщина тоже одета в белое платье, но густая фата не позволяет разглядеть лица. Гости что-то радостно кричат молодым, а Нэш кто-то тянет за подол платья. Оскорбленная и униженная, она убегает из церкви, а вслед ей несется дикий хохот…

Нэш проснулась, тяжело дыша, не сразу поняв, сон ли это. Прогнав нехорошее предчувствие, она подошла к окну, глядя на огоньки домов. Электронные часы на соседнем здании показывали без трех минут восемь.

— Все в порядке, Ник не опаздывает. Он теперь со мной, мы будем счастливы, — успокаивала она сама себя. — Скоро он приедет…

Вдруг Нэш вздрогнула и проснулась. Ровно через секунду раздался телефонный звонок. На негнущихся ногах она подошла к аппарату, испытывая дежа вю.

— Да? — произнесла Нэш настороженно.

— Это я, — услышала она какой-то чужой и далекий голос Доминика; в это мгновение все поплыло у нее перед глазами. — Я не приеду сегодня. Я никогда к тебе не приеду. Все, что было между нами, — ошибка, о которой я весьма сожалею. Я понял, что не люблю тебя. У меня есть невеста, только ей я способен доверять, только с ней мне по-настоящему хорошо. Забудь обо мне.

Доминик замолчал. Через некоторое время послышались гудки. Нэш медленно положила трубку на рычаг и безжизненно опустилась на пол, уткнувшись лбом в мягкий край дивана.

10

«Мистер и миссис О'Брайан будут искренне рады видеть Вас на праздновании десятой годовщины их свадьбы, которое состоится в ближайшее воскресенье в их загородном доме…» — такое послание легло на стол пустующего кабинета Доминика Корсэреса утром в пятницу.

Бренда Картер пребывала в полной растерянности. Шеф опаздывал на час. Его мобильный телефон не отвечал, дома тоже никто не подходил к аппарату. Все это, а также предшествующие события последних недель, крайне тревожило старательную секретаршу. Обратиться к кому-либо за помощью Бренда не могла. Во-первых, не к кому: Доминик — глава фирмы, остальные подчиненные — простые служащие, да и пугать их раньше времени не следует. Во-вторых, вполне возможно, что у шефа свои никому не известные планы…

Кое-как — Бренда и сама не поняла как — прошел рабочий день. При каждом звонке она с надеждой поднимала телефонную трубку, но все было напрасно. Доминик так и не объявился. Окончательно расстроившись и мысленно умоляя Доминика простить ей дерзкое поведение, секретарша решилась на крайнюю меру — поискать хоть какую-то зацепку на его письменном столе или в столе.

Тщательно, дюйм за дюймом, она обследовала поверхность стола, заваленную бумагами. Кроме приглашения на годовщину свадьбы четы О'Брайан, Бренда не нашла ничего личного. Вспомнив о фотографии молодой женщины, которая вчера приходила в офис из цветочного магазина, она выдвинула ящик стола. Машинально смахнув с карточки несуществующую пыль, Бренда внимательно всмотрелась в милое личико.

В ней проснулся Шерлок Холмс. Она и раньше была не прочь добавить к непонятным ей событиям немного криминала, а тут… Однако обвинить Бренду в отсутствии здравого смысла было невозможно. Первое, что она сделала, проанализировав вчерашние события, — это нашла справочник, узнала телефон Майкла О'Брайана и не задумываясь набрала номер.

— Алло! Мистер О'Брайан? Говорит секретарь Доминика Корсэреса, Бренда Картер, — как можно спокойнее начала она. — Извините за беспокойство, я хотела лишь узнать, не сообщал ли вам мистер Корсэрес о своих планах на сегодняшний день? Видите ли, обычно он предупреждает меня, когда задерживается или уезжает куда-нибудь. Но сегодня его не было в офисе весь день, и мне показалось это весьма странным.