Дом у Русалочьего ручья - Линдсей Лонгфорд

— Я знаю, ты волновалась, Френсис Берд. — Он обнял ее личико обеими руками. — Но тебе не о чем беспокоиться.

Берд ничего не ответила, только кивнула. Порывшись в одной из коробок, Мерфи извлек воздушный шарик и, приложив его к губам, начал надувать.

— Посмотри, какая красота!

— Ты любишь маму, как и раньше, да? Теперь, когда родился наш ребенок, ты не любишь ее меньше, потому что тебе надо любить больше народу, чем раньше?

— Нет.

— И Кинг-Фу ты тоже любишь?

— Да, и его тоже!

Фиби гадала, для чего Мерфи надувает шарик, но тут он сам все объяснил:

— Посмотри сюда, на этот шарик, Берд! Вот что такое любовь — места хватит для всех. Чем больше любви ты отдаешь, тем больше находится для нее места.

Фиби взмолилась, чтобы шарик не лопнул во время этой наглядной демонстрации безграничности любви, но потом поняла, что Мерфи ни за что не допустит, чтобы это произошло. Мерфи позаботится и об этом…

— Это как мамин живот растягивался вместе с Баннистером, да?

— Вроде того.

Фиби рассмеялась, а Берд наклонилась, погладила головку ребенка и громко прошептала ему в ухо:

— Банни, малыш, тебе понравится иметь сестренку! И ни о чем не волнуйся! Быть мальчиком неплохо, потому что у тебя есть я и Мерфи, мы все тебе объясним. Тебе понравится наша семья. Мне нравится быть замужем за Мерфи.

— Мне тоже, — сказала Фиби, и Берд засмеялась.

Фиби посмотрела на две маленькие головы, прижавшиеся друг к другу, и ее охватила волна нежности. Она подняла глаза на Мерфи и встретила его смеющийся взгляд. В ногах на постели громко урчащий Кинг-Фу лениво закрыл глаза и привалился к ноге Мерфи, готовясь погрузиться в сладкий кошачий сон.

Фиби часто заморгала, потому что ей на глаза навернулись слезы — весь мир был рядом с нею, в ее объятиях. Мерфи, Берд, Банни. Ее собственное маленькое рождественское чудо. Подняв руку, она погладила щеку Мерфи, и в солнечном луче блеснуло старинное обручальное кольцо, которое она купила в антикварном магазине. Глубоко вздохнув, Фиби закрыла глаза.

Наконец свершилось: она была дома!