Брак с целью дознания - Ли Уилкинсон

– Что случилось? Что произошло?

– Я презираю тебя, маленькая лживая сучка! – заорал он. – Пошла прочь и чтобы я тебя не видел!

Лайэл на мгновение онемела. Вечностью показались эти секунды, пока наконец до нее не дошел весь кошмар происшедшего. Краска стыда заливала ее лицо. Она повернулась и медленно пошла в спальню.

Хватая воздух помертвевшими губами, она подошла к кровати, забилась под одеяло, свернулась клубочком, касаясь коленями подбородка. За что? Что она такого сделала? Теперь он собирается ее унижать на новый лад? Наказание в извращенной манере?

Сам же сказал: «Полюби меня. Поцелуй, приласкай!» Она так старалась позабыть все унизительные для нее выпады прошедших дней. Ну что же делать, если она полюбила человека, который теперь ее муж! Ощущение, что она ласкает его по принуждению, исчезло, ей было приятно дотрагиваться до него, хотелось и самой ласки. О себе она тут же забыла, ей хотелось только, чтобы он понял наконец, как сильно она его любит. А он так грубо обошелся с ней, будто она вызывала в нем омерзение.

Она попыталась зарыться в подушку, но что-то сдавило ее горло. Прочь это ожерелье, этот хомут! Но не тут-то было… Даже ничтожный замочек ей не подчинился. Хорошо, пусть будет на ее шее это ожерелье.

Спустя какое-то время в спальню вошел Джордан. Разделся и лег рядом. Лежал не шевелясь, будто спал, но Лайэл чувствовала, что это не так.

Это его разум оттолкнул ее. Его тело ни при чем. Джордан, наверное, так и будет лежать, пока не утолит свой плотский голод. Боже, что же делать? Но он даже не коснулся ее. Его-то разум – хозяин его плоти! Лайэл заснула.

Просыпалась она медленно, неохотно. Джордан сидел рядом, на краешке кровати. Он благоухал, был гладко выбрит. Судя по костюму, собирался в офис. Она попыталась сесть. Откинула с лица волны волос. Почему он так на нее смотрит? Да она же совершенно голая, если не брать в расчет ожерелье! Стала торопливо натягивать на себя одеяло.

– Ты что, собираешься все время носить эту побрякушку?

– Нет. Я не смогла справиться с замком.

– Дай-ка я.

Она осторожно приспустила одеяло, держась, однако, крепко за край его.

Он со злостью ухватился за одеяло и сдернул с ее плеч.

– Я твой муж. Не пытайся от меня прятаться. Стиснув зубы, Лайэл наклонила голову. Он расстегнул ожерелье и небрежно сунул его в карман пиджака, будто это и на самом деле была безделушка.

Увидев, что она ёжится от холода, взял халат и накинул ей на плечи. Затем опять заговорил с ней как ни в чем не бывало:

– У меня много дел сегодня. Надеюсь, ты найдешь, чем заняться до вечера? К сожалению, с твоей машиной произошла небольшая осечка. Еще раньше я заказал для тебя спортивный белый «порш», но прислали другую модель. Хорошо, что Уилкес сообразил отослать ее обратно. То, что я заказал, пришлют, сказали, максимум через два дня, а то и завтра. Во всяком случае, не позже субботы. Я так долго объясняю, потому что понимаю – тебе необходимо поскорее иметь собственную машину.

Лайэл было неловко все это выслушивать: она была удивлена и молчала.

Джордан взглянул на нее и, в очередной раз угадав ее мысли, сказал:

– Надеюсь, ты не заподозрила меня в том, что я тебе уготовил здесь пожизненную каторгу?

Вот именно! Именно это он мне и уготовил, подумала Лайэл.

– Я вижу, что ты недовольна. Наверное, хочешь досадить мне, или хочешь другую марку?

– Нет. Конечно нет. Это так… – пыталась она хоть что-то вымолвить.

К черту все его деньги, все его покупки! Она не меркантильная шлюха. И к гибели Поля она не имеет никакого отношения! Вместо этого всего ей удалось наконец сказать:

– Ты меня поражаешь, только и всего. Я… я не знаю, что сказать.

– Ничего говорить не нужно. Может, попытаешься меня поцеловать в знак благодарности?

Весьма неохотно она дотронулась губами до его гладко выбритой щеки и ощутила терпкий запах одеколона.

– Это все, на что ты способна? – Он усмехнулся.

– Я не совсем понимаю тебя. Вчера вечером ты захотел, чтобы я тебя целовала, и в ответ позволил себе… – Голос ее дрогнул.

– Да, признаюсь – я был несправедлив по отношению к тебе, – произнес он с сожалением, – но именно тогда, когда меня просто мутило от твоей неискренности.

– Неискренности? – повторила Лайэл. – Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Прекрасно понимаешь. Я имею в виду твой взгляд, якобы переполненный любовью ко мне и нежностью, когда ты поцеловала мое плечо. Как тебе это удается так правдиво все это изображать, Лайэл?

Она вскинула голову и сказала:

– Не ты ли говорил, что я хорошая артистка?

– Да, – согласился Джордан. – Я именно так и говорил, – закончил он. Затем встал и не оглянувшись вышел из комнаты.

Она долго смотрела ему вслед, чувствуя себя несчастной и одинокой. Если бы она смогла его возненавидеть! Лучше его ненавидеть, чем вот так любить без взаимного чувства.

Лайэл собралась с силами, привела себя в порядок и пошла к дедушке. Она завтракал в постели, откинувшись на подушки и просматривая газеты.

– Я вижу, у тебя все в порядке, – сказала Лайэл. Наклонилась и поцеловала его в щеку.

– Меня скоро совсем избалуют. – Джо улыбнулся и стал похожим на мальчишку.

– Как бы ты хотел провести сегодняшний день? – спросила Лайэл.

– У тебя официально еще медовый месяц. И, в любом случае, сегодня я начинаю курс физиотерапии. Дагган повезет меня в клинику, – ответил решительно Джо, давая внучке понять, что она не должна забывать о своих новых обязанностях.

Да, конечно же, Джордан говорил ей об этом вчера. Чем же ей заняться? Митч на службе… Раздался стук в дверь, и вошел Дагган.

– Доброе утро, миссис Джеймсон, – улыбнулся ей молодой человек. – Как вы его находите?

– Великолепно, – ответила она и тоже улыбнулась. – Как я узнала, вы сегодня едете в клинику, чтобы ему стало еще лучше.

– Да, совершенно верно, – ответил Дагган и, взъерошив свои рыжие волосы, добавил: – Вот только маленькая неувязочка. Как раз сегодня я должен успеть еще в одно место.

Джо поспешил объяснить:

– Когда есть возможность, Дагган помогает в приюте святого Фомы. Это в Ист-Энде. И как раз сегодня ему нужно быть там и помочь на кухне.

– Расскажите, пожалуйста, поподробнее, – попросила Лайэл.

– Это частный приют, мадам. Небольшая столовая для бездомных, где несчастные, получив тарелку горячей пищи в такой промозглый день, как сегодня, особенно чувствуют разницу между жизнью и смертью, – объяснил Дагган.

– Откуда же берутся деньги на это? – продолжала интересоваться Лайэл.

– Ну, львиная доля поступает… – он помолчал, – из разных источников. Частные благотворительные взносы, например. Рабочих рук там всегда не хватает. Работают в основном энтузиасты. Бесплатно. Основной штат – небольшой.