Город наших надежд (сборник) - Юрий Горюнов

Она остановилась в дверях, осмотрела сотрудников, и сообщила, что если есть документы на рассмотрение, то она будет до обеда, а потом уйдет на совещание. Получив молчаливое подтверждение, что ее информация принята, вышла из комнаты. Двери их кабинета часто не закрывались, и она не стала ее закрывать, но едва выйдя за дверь, услышала, как кто-то сказал:

– Вы видели ее выражение лица?

Алена не любила подслушивать, да и разговоры о ней ее особо не интересовали, но здесь она задержалась, чтобы узнать, что дальше, благо в коридоре никого не было.

– Да, сегодня она прямо излучает радость, – поняла она, что говорит Аня.

– Может, влюбилась?

– Все может быть, она женщина привлекательная и свободная. Имеет право на счастье.

– Да право у нас у всех есть. Я ее пару раз видел с одним мужчиной, из машины выходила. Чувствуется обеспеченный и внешне не плох. Может замуж предложил?

– А что мужчина должен быть обязательно обеспеченным, чтобы за него замуж выходить?

– В основном, вы таких и ищите, чтобы все и сразу. А пока ищите, время идет, а потом смотрите, кто был обычным, оказывается не так плох, но, увы, уже женат.

– Это к ней не относится, – снова сказала Аня, – она самостоятельный человек. Не мне судить, но я думаю, что для нее состоятельность не главный критерий, во всяком случае, теперь. Надо испытывать чувство к человеку, а не к его материальному положению. Она умная женщина и разберется сама, но глаза сияют, это верно.

«Если бы, – подумала Алена, – кто бы помог разобраться». Дальше стоять было опасно, и она вошла в кабинет, дверь которого была рядом.

До обеда все шло своим чередом, никаких неожиданностей не было, обычная плановая работа. Татьяна зашла к ней перед обедом:

– Пойдем, перекусим? Не заходила, потому как у самой работы много, да и поговорить не дадут. А вот обед наше время.

– Пошли, только не в наше кафе, а пойдем, посидим рядом в ресторанчике.

Они вышли из здания и, пройдя метров сто, вошли в небольшой ресторан, где они иногда обедали, укрывшись от знакомых. Когда сели за стол и официант принес заказ, Татьяна спросила:

– Давай, рассказывай. Не томи, а то я вся уже, как на иголках сижу.

– О чем рассказывать?

– Откуда я знаю о чем! Начнем с того, почему вдруг сегодня такая радостная.

– А что, до этого ходила хмурая?

– Да у тебя глаза сияют, свет выключи и то светло будет.

– Я сегодня уже случайно услышала про мои сияющие глаза, – и она рассказал, что услышала от сотрудников. С Татьяной они были знакомы давно. Обе пришли в компанию рядовыми, обе поднимались по служебной лестнице, обе вышли замуж, только Татьяна уже родила девочку и не развелась, как Алена. Отношения у них были прямые и обе правильно понимали друг друга.

– Ну, вот видишь, это заметно всем, а ты о чем рассказывать! Что помирилась с Кириллом, он сделал тебе предложение, и ты согласилась?

Алена, чуть подумав, ответила: – К счастью, нет.

– К счастью? Вот с этого момента поподробнее. Что случилось у тебя за эти несколько дней? Или разногласия с Кириллом стали счастьем? Что ты носишь в себе, чего я не знаю?

– Может быть, к счастью я сказала слишком уверенно, но хочется надеяться, что верно. В тот вечер, когда я шла от тебя, я вышла на две остановки раньше, не доезжая до дома. Вечер был чудный, и я решила пройтись пешком.

– Ты с ума сошла! В такое время! Все, больше я тебя без такси не отпущу, – перебила ее подруга.

– Это было случайное стечение обстоятельств, но кое в чем ты права. Я вышла и остановилась, посмотреть на небо и в это время проходящий мимо мужчина сказал, что чудная ночь.

– Судя по тому, что ты жива и невредима, не маньяк!

– К счастью нет, но не перебивай. Если коротко, то он напомнил мне, что время позднее и опасно ходить одной. Я сначала сказала, чтобы он проходил мимо, но потом поняла, что он прав и попросила проводить.

– Ты сумашедшая. Ночью, случайный мужик. Но хоть порядочным оказался и приставал? – пошутила подруга.

– С твоей точки зрения нет, не порядочный. И как видишь, я жива. Он как-то сразу расположил к себе, с расспросами обо мне не приставал. Проводил и все.

– И все?

– И все, – подтвердила Алена, – не спросил номер телефона, не напрашивался в гости. Я, конечно, не сильно избалована, но внимание мужчин ко мне, я вижу. А тут ничего.

– Кто бы говорил, не избалована! Видишь теперь и ночью подходят, мало им дня, – встряла подруга, – ну что за мужики пошли. Красивая, одинокая, ночью, одна, а он просто проводил. Действительно необычно как-то, чтобы тебя проводить и оставить без дальнейшего внимания? А может у него другая ориентация?

– Да ладно тебе, – засмеялась Алена, – все у него нормально.

– А ты откуда знаешь? Не было же ничего? Или было? Но все равно он тебя зацепил.

– Зацепил, – констатировала подруга, – есть в нем что-то мужское – уверенность, спокойствие.

– Дуры, мы бабы. Не всегда же надо ждать инициативы от мужика, может быть, надо было самой? Ну, инициативу проявить?

– Что к себе ночью в гости приглашать?

– А что, раз зацепил, пусть дальше цепляет.

– Прекрати. Вот я эти дни и проявляла инициативу. Как дура, ездила по улице, где он живет, в надежде, как бы случайно встретить. Он недалеко живет. А он представляешь, был в командировке.

– Вот гад, проводил, заинтересовал девушку и смылся в командировку. Все мужики такие, как до дела доходит у них дела, а у нас голова болит. Так что дальше?

– Сегодня встретила и даже подвезла до его работы.

– Он что пешком ходит на работу?

– Ездит на троллейбусе.

– Это уже напрягает. Слабенький вариант. А где он работает?

– В институте, преподает философию.

– Так он мыслитель! Бюджетный мужчина, – грустно сказала Татьяна, – даже не чиновник.

– Я не спрашивала его о доходах, но выглядит прилично, не броско, но достойно. И машина есть, но он не любит ей пользоваться.

– Наверное, такая, что стыдно ездить. А как он в семейном плане? Это же самое основное?

– Он не рассказывает о себе. Известно, что жены нет, как он сказал «была, а теперь нет», но сказал грустным голосом.

– Значит, разведен и возможно переживает. А дети?

– Про детей не знаю, но как поняла, живет в своей квартире.

– А лет то этому бюджетному мужчине сколько?

– Лет тридцать пять.

– Ну, что подведем итоги, – уверенно начала подруга, перейдя к кофе, после того, как официант унес остатки обеда, – возраст подходящий, что был женат – не плохо, знает цену семейной жизни. За бабами не бегает, что не рассказывает все о себе сразу, значит не трепло, умеет сдерживать эмоции. Один минус – материальное состояние. Его надо уточнить, а так будем брать. Пусть нам его завернут, – засмеялась она.