Как забыть Гарри - Рини Россель

— Я бы предпочла…

— Какой у вас предмет? — Теперь он взял ее за локоть и повел к стене с окнами. От нажатия скрытого рычага среднее окно открылось, и он отступил назад, жестом пригласив ее пройти первой. — Английский? Математика?

Она озадаченно нахмурилась, но потом сообразила, что он спрашивает о ее специальности. Шагнув в тенистый дворик, она ответила:

— Биология.

Лайон издал короткий смешок, и она удивленно оглянулась.

— Что смешного в биологии?

Он указал ей на уголок для отдыха, где стояли две красивые, чугунного литья «скамьи для влюбленных», разделенные кофейным столиком со стеклянной столешницей.

— Половое воспитание явно не ваш предмет, учитывая…

— Неужели нельзя обойтись без этого? — перебила она, удивляясь, что может испытывать еще большее унижение, чем то, которое уже испытала.

Чувствуя себя узником, которого ведут на казнь, Эмили двинулась к скамьям, незаметно оглядываясь в поисках возможных путей для побега. Уютный дворик, казалось, был вырублен в камне. Примыкающий к нему бассейн походил на естественный водоем, ложем которому служила та же скальная порода. По склону холма низвергался водопад, и его сверкающие струи падали в бассейн. Ровный шум и плеск воды очаровывали ощущением покоя, сливались со щебетом птиц.

Это место действительно походило на Эдем роскошным буйством цветущих тропических растений и экзотическими деревьями. Теплый и влажный летний воздух был напоен сладкими ароматами, и она вдыхала его, уже немного успокоенная целительным великолепием природы. Садясь на скамью в тени дома, она даже улыбнулась, несмотря на ужасное состояние духа. Здесь чудесно, подумала она, не отдавая себе отчета в том, что думает вслух, и поняла это, только когда услышала свои слова.

— Спасибо. — Их взгляды встретились, и он улыбнулся ленивой улыбкой. — Может, мне пока отложить сожжение?

Она опустила глаза, снова ощутив неловкость.

— Итак, я не дизайнер интерьеров.

— Вы учительница биологии с предубеждением против жизни в вестибюлях банков. — Он удивил ее тем, что сел рядом. Небрежно вытянул руку вдоль спинки скамьи, задев ее шею. Отстранившись, Эмили оперлась на металлический подлокотник в надежде, что он истолкует эту перемену позы как желание сесть удобнее для разговора с ним. — Ну, так кто же такой Гарри?

Она попыталась уйти от этого настойчивого взгляда. Ее глаза метнулись к мощным плечам, широкой груди, светло-синей трикотажной рубашке, которая скорее подчеркивала, чем скрывала детали его телосложения. На нем были светло-коричневые брюки, и ее внимание привлекло его движение, когда он положил ногу на ногу и лодыжка одной ноги легла на колено другой. Обут он был в бежевые с кисточками мокасины, от которых исходила эманация успеха.

Она поймала себя на том, что разглядывает его голую лодыжку.

Упиваясь каждой линией этой загорелой части его тела, она спрашивала себя, имеет ли он хоть малейшее представление о том, что вот эта структура из кожи и костей, соединяющая его стопу с голенью, является мощным возбуждающим средством. Наверное, не имеет. И все-таки грешно этому человеку обладать таким даром, что даже его лодыжка становится неотразимым лакомством для женских глаз.

— Мисс Стоун, вам действительно понравилась моя нога или вы просто пытаетесь уйти от ответа на мой вопрос? — вкрадчиво спросил он.

Вздрогнув, она подняла глаза и вспыхнула. Он пошутил насчет ноги, но оказался прав, сам того не зная. Беспокойно пошевелившись, она изменила позу, чтобы увеличить расстояние между ними. Усмешка Лайона сказала ей, что он понял смысл ее возни.

— Думаю, вас это не касается, — попыталась парировать она, отвернувшись к водопаду.

— Тот факт, что вы попали на мой остров с помощью обмана, доказывает обратное.

Ей ужасно не хотелось этого признавать, но он был прав. Только сейчас она заметила, что мнет в кулаках свою юбку, и поспешила разгладить ткань на коленях.

— Да, наверное, надо все вам объяснить.

— Вот и объясняйте.

— Я… — Теперь она уже совсем отвернулась от него, ухватившись обеими руками за чугунный подлокотник скамьи. — Я…

— Перестаньте наконец якать, постарайтесь вспомнить и другие местоимения.

Эмили чуть было не улыбнулась в ответ, но потом только пожала плечами. В этой истории не было ничего смешного.

— Гарри был моим женихом, — начала она, запинаясь. — Мы должны были пожениться двадцатого мая. За неделю до этого моя сестра Элси приехала из Нью-Йорка. Пока она жила у нас, они с Гарри… в общем, они познакомились, а потом, в день, когда должна была состояться наша свадьба, он… он и Элси… — Девушка замолчала, не в силах продолжать.

Журчание и плеск водопада подчеркивали наступившую тишину. Стайка шумных птиц в черно-белом оперении пронеслась у них над головами и исчезла из глаз. Наконец Лайон нарушил затянувшееся молчание.

— Итак, этот Гарри сбежал с вашей сестрой в день вашей свадьбы, — повторил он, словно хотел удостовериться, что понял все правильно. Его интонация была совершенно ровной.

Кивнув, она сжала металлический подлокотник так, что стало больно пальцам. Она раньше и не подозревала, что это настолько унизительно — признаваться, что как женщина ты потерпела фиаско. Но если это поможет уберечь Айви от увольнения, то приходится идти и на такой шаг.

— Так вот почему вы решили, что вам следует узнать побольше о том, как быть сексуально привлекательной? — Его низкий голос звучал почти резко.

Ее голова была опущена, тело безвольно обмякло, но, услышав столь прямой вопрос, она рывком выпрямилась, борясь с подступающей дурнотой. Ей хотелось закрыть лицо руками, закричать, заплакать, дать выход чувству стыда и позора, но она должна была продержаться хотя бы столько времени, сколько нужно для отрицания ужасной правды.

Резко повернувшись, Эмили посмотрела на него и с удивлением обнаружила, что видит нечетко.

— Нет… — начала она, но дышать было так тяжело, что разговаривать стало невозможно. Оттолкнувшись от скамьи, она вскочила и шагнула в сторону, понимая, что ее слезы уже сказали ему всю правду. — Знаю, это было глупо, но я просто думала… Пожалуйста, не увольняйте Айви, — прерывающимся шепотом попросила она.

— Сядьте, мисс Стоун, — негромко приказал Лайон.

Она замерла, противясь приказу, но, почувствовав, как подкашиваются ноги, поняла, что ничего другого ей не остается. Не глядя на него, она сделала так, как он велел.

— А миссис Дилберг? Кто она такая?

Эмили шмыгнула носом и вздрогнула от неожиданности, когда перед ней появился носовой платок.