Папарацци - Долли Грей

— Люби меня…

Он осторожно отстранился и испытующе посмотрел на нее.

— Ты совершаешь глупость. Моя жизнь летит в пропасть, я могу увлечь тебя за собой. Ты еще так молода. Подумай.

Дайана отрицательно покачала головой, словно не желая слушать. Маленькой ладонью она накрыла его губы.

— Мне все равно. Судьба свела нас неслучайно, и я ей доверяю, как готова довериться тебе.

Девушка взяла Стэнли за руку и увлекла вслед за собой в спальню.

Опустившись на кровать, он с нарастающим желанием наблюдал, как Дайана расстегивает пуговицы на блузке, обнажая молочного цвета упругую грудь с розовеющими сосками. Наслаждался зрелищем длинных стройных ног, освободившихся из плена юбки. Выжидающе следил за тем, как обнажается скрываемый кружевной тканью девственный треугольник курчавых волос…

Воспоминания о той ночи немного развеяли дурное настроение Стэнли. Он с нежностью посмотрел на Дайану.

— Спасибо тебе.

Она поняла его. Она тоже прекрасно запомнила ту ночь.

Все было точно рассчитано: и статья о Шерил, и ее появление в его доме. Надо сказать, что Дайане понравилось заниматься сексом со Стэнли, по крайней мере, она поняла, что в нем находила ее сестра.

Он был необычайно нежен и предупредителен, и Дайана уже почти раскаялась в своей ненависти к нему. Глядя на спящего рядом мужчину, она по-новому всматривалась в его лицо.

Может быть, она ошибается и он никакой не злодей, а такая же жертва обстоятельств, как и Шерил? Дайана нежно погладила золотистые волосы любовника. И он, отозвавшись на этот полный ласки жест, улыбнулся во сне и прошептал:

— Линда, я так скучал по тебе.

Дайана дернулась, как от удара током. Он назвал имя другой женщины, а это значит, что она, Дайана, для него лишь очередное развлечение, как многие другие, как Шерил. Ненависть захлестнула ее. Нет, ни о каком снисхождении не может быть и речи!

Винсент Ривелли, облокотившись на перила террасы, с тревогой взирал на прогуливающуюся вдалеке дочь.

Еще неделю назад, когда она приехала на ранчо, он почувствовал, как ее что-то гложет. Нет, по ее виду этого, конечно, сказать было нельзя — она шутила, была весела. Словом, выглядела слишком беззаботной, чтобы он этому поверил. В конце концов Винсент решил набраться терпения и подождать, пока дочь заговорит сама.

Она начала разговор неожиданно. Когда они наблюдали пурпурный закат, Линда спросила отца:

— У тебя было когда-нибудь такое чувство, что часть тебя умерла и ты уже никогда не будешь прежним?

Винсент Ривелли бросил на дочь внимательный взгляд и ответил вопросом на вопрос:

— Кто он?

Линда улыбнулась проницательности отца.

— Хороший человек.

— Однако если это так, почему он не с тобой?

— Таковы обстоятельства.

— Это отговорка.

— Знаю. Все так сложно для меня, а решение не приходит.

— Тогда просто делай то, что велит тебе твое сердце.

Нет, Стэнли Спейси определенно не испытывал страха перед предстоящим испытанием. Возможно, потому, что был зол как никогда, а возможно, потому, что ему уже нечего было терять. Именно поэтому он решился на публичный процесс.

Он желал встретиться в суде лицом к лицу с теми, кто подобно крысам подтачивали его благополучие, превращая его жизнь в руины. Ему не терпелось столкнуться с врагами, все это время остающимися неизвестными.

Райс Хофланд позаботился о том, чтобы в зале суда собралось достаточно репортеров. Стэнли послал улыбку представителям прессы, присяжным и набившимся в зал зрителям, попутно взяв на заметку тот факт, что никто из коллег не явился, чтобы поддержать его. Голливуд был так предсказуем!

Неожиданно шум, царивший в зале, смолк. Судья занял свое место и предоставил слово истцу. Адвокат Стэнли встал со своего места.

— Уважаемый господин судья, господа присяжные заседатели, дамы и господа. Я представляю интересы человека, который до недавнего времени был вам всем известен как добропорядочный гражданин. До тех пор, пока не подвергся нападкам печатного издания со скандальной репутацией…

Далее Стэнли не слушал, так как все, о чем говорил адвокат, ему было известно в подробностях еще накануне. Он рассматривал представителей противоположной стороны, пытаясь определить среди них своего главного противника.

Дайана наблюдала за происходящим из рядов допущенных к слушанию дела зрителей. Ее время еще не пришло. Когда будет необходимо, она нанесет Стэнли Спейси последний решающий удар.

Однако почему ее все время преследует ощущение, что она идет по неверному пути?

Процесс, окрещенный в прессе «Стэнли Спейси против клеветы», вызвал самые противоречивые мнения по всей стране. Вежливый обмен противоборствующими сторонами легкими колкостями перерос в яростный спор о праве знаменитостей на тайну личной жизни. Мастерски отбиваясь от нападок газетчиков, адвокат Стэнли имел преимущество на протяжении всех дней слушания дела своего клиента.

В последний день Стэнли предстояло выступить перед судом. Он прекрасно знал, что скажет людям, которые, подобно шакалам, ждали его падения.

— Уважаемый господин судья, господа присяжные, господа. Когда я решил призвать к ответу за клевету весьма известное издание, я прежде всего думал о том, что на моем месте мог оказаться кто-либо послабее меня, тот, кого подобные испытания сломили бы. Я же достаточно закален жизнью, чтобы суметь отстоять свою честь. Я не собираюсь скрывать своего прошлого, поскольку ошибки делают все люди. Мне лишь хочется, чтобы истина не принимала искаженного вида и была достойна правдивого изложения.

Но прежде чем я раскрою истинное положение вещей, мне хотелось бы увидеть того, из-под чьей руки вышла в свет та информация, которую я именую клеветой. Я желаю видеть человека, облившего грязью не только меня, но и тех, кто все эти годы верил мне. Ибо сохранение анонимности автора этих гнусных статей есть прямое признание лживости его слов.

Стэнли выжидающе замер. Зал затих в напряжении.

Адвокаты ответчика, не ожидавшие такого поворота событий, смущенно переглянулись. Их противники уже довольно потирали руки, как вдруг под сводами зала суда прозвенел взволнованный женский голос:

— Я здесь, мистер Спейси, и готова оспаривать ваше обвинение в мой адрес!

Стэнли вздрогнул и посмотрел туда, откуда донесся голос. По направлению к столу судьи шла Дайана.

Он непонимающе уставился на нее. Что она здесь делает? Каким образом оказалась причастна к делу? Смутная догадка была готова коснуться его сознания, но он упрямо гнал ее прочь.