В зеркалах любви - Лиза Арлт

Он быстрым шагом вышел из столовой.

Кэрис шагала по комнате, беспокойно посматривая то на океан, то на часы. 11:48. Через двенадцать минут ей нужно будет сидеть напротив Алекса и притворяться, что они лишь деловые партнеры. Скрывать, что он ее любовник, скрывать, как много он значит для нее.

Кэрис ускорила шаг. Ей нужна сигарета.

«Все будет в порядке, – говорила она себе. – Сосредоточься на профессиональной тактике, на победе. Не думай об Алексе, о его прикосновениях, которые наполняют тебя теплом и жизнью, о том, как приятно касаться его горячего тела».

Ее тело отозвалось трепетом на эти воспоминания.

Не смей думать об этом!

Послышался стук в дверь. Внутри у Кэрис что-то оборвалось от страха. Она не была готова разговаривать ни с кем, особенно с Алексом.

Майкл уверенно вошел в комнату.

– Мне нужно поговорить с тобой.

– Майкл! Не думаю, что это необходимо сейчас. Я…

– Я все знаю о тебе и Алексе.

Кэрис даже не старалась что-либо отрицать.

– Чего ты хочешь, Майкл?

Он рассмеялся в ответ.

– Не волнуйся, я не буду тебя шантажировать. Я хочу поговорить.

Кэрис закрыла дверь и скрестила руки на груди.

– Что ж, я слушаю. – Глаза Майкла были такие же, как и у Алекса, но почему-то казались намного темнее. Внезапный страх пронзил Кэрис, и, чтобы побороть его, она заговорила властным тоном, как часто делала, когда защищала чьи-либо интересы в суде. – Чего ты хочешь, Майкл?

– Как ты думаешь, чего я хочу, Кэрис? Я хочу, чтобы эта сделка не состоялась.

– Почему?

– Какая разница? Ты либо помогаешь мне, либо нет.

– Нет. – Кэрис выпрямилась, стараясь казаться более непреклонной и непобедимой, чем она чувствовала себя. Майкл пожал плечами.

– Даже если я могу помочь тебе?

– Разговор окончен, Майкл. – Кэрис открыла дверь.

– Тебе безразлично, что я хочу сказать? Может, у меня есть кое-что для твоей фирмы.

Кэрис было любопытно услышать, что он скажет. Она закрыла дверь.

– У тебя есть пять минут.

– Что, если я скажу, что у тебя есть шанс получить много денег, помогая мне?

– Я скажу тебе, что твое время вышло.

Майкл покачал головой, разочарованно глядя на нее.

– Наверное, я в тебе ошибся. Наверное, вы с моим братцем созданы друг для друга. Оба разглагольствуете о верности, ответственности, как будто не помните, в каком веке живете. Либо ты, либо тебя. Я думал, ты должна понимать это лучше других.

– Что ты имеешь в виду – лучше других?

Майкл хитро улыбнулся, и Кэрис поняла, что он из тех людей, кто борется ради самой борьбы, а не для победы.

– Сама знаешь, Снежная Королева.

Снежная Королева. Кэрис вздрогнула, услышав свое старое прозвище. После колледжа ее так больше никто не называл, по крайней мере в лицо. Она старалась говорить медленно и четко, зная, что Майкл, в отличие от Алекса, не видит ее насквозь.

– Зачем все это, Майкл?

– Затем, что я не хочу, чтобы эта сделка состоялась.

– Но почему?

Майкл усмехнулся.

– Может, я хочу сделать себе имя. Ты же знаешь, в делах и в любви все средства хороши.

Кэрис вздохнула. Раньше она полностью согласилась бы с ним, но сейчас уже не была так уверена.

– И я должна сорвать сделку только потому, что ты так хочешь?

– Просто не усложняй мою задачу – не допустить этой сделки, – ответил Майкл. – Если бы все было оставлено только на Алекса и Хэррисона, эта сделка уже давно сорвалась бы. Несмотря ни на что, любая неудача будет приписана Хэррисону. А когда он сойдет со сцены, твое партнерство обеспечено.

Майкл был прав. Но он не объяснил, зачем пришел.

– Если у Хэррисона и Алекса нет шансов заключить эту сделку, почему ты не мог просто избавиться от меня?

Майкл склонил голову.

– Потому что ты мне нравишься, Кэрис.

– Нравлюсь? Пожалуйста, не делай мне одолжений, Майкл.

– Я хочу помочь тебе. Чтобы у тебя осталось нечто большее, чем память о любовном приключении, когда ты уедешь отсюда.

– Все, Майкл. Убирайся.

Майкл даже не пошевелился.

– Я мог бы пойти прямо к Хэррисону. У меня есть что рассказать ему.

– Он не поверит тебе, – сказала Кэрис, надеясь, что Майкл не заметит, что она нервничает.

– А если поверит? – со смехом в голосе спросил Майкл.

Кэрис передернуло. Тогда она окажется на самолете в Вашингтон, может быть, еще хуже.

– Убирайся, Майкл.

– Ухожу, ухожу. – Он поднял руки, словно признавая свое поражение, но Кэрис знала, что это было не так.

– Зачем ты это делаешь, Майкл? Алекс ведь твой брат.

– Брат! – хмыкнул Майкл. Своей улыбкой он напомнил Кэрис хищника, который выжидает свою жертву.

Кэрис не могла унять дрожь. Если Майкл расскажет все Хэррисону, ее карьера закончится, даже не успев начаться. Что же делать? Если она отправится к Хэррисону и расскажет о Майкле, то придется говорить всю правду, а Кэрис не была к этому готова.

Алекс непременно должен знать, что его брат замышляет сорвать сделку. Но как она может рассказать все ему, а не своему боссу? И что, если Алекс не поверит ей? Еще хуже, если он все знает и это лишь уловка, чтобы поднять цену.

Кэрис сжала голову руками. 11:55. Время идти…

О Боже!

Алекс был один в библиотеке, когда вошла Кейт.

– Ты выглядишь лучше, чем прошлой ночью. – Алекс обнял сестру. – Все прошло?

Кейт кивнула, уткнувшись головой в его плечо.

– Только благодаря тебе. Не знаю, с чего я так расплакалась.

– Всегда немного страшно начинать новую жизнь. Ты уже сказала Томасу?

Кейт подняла глаза.

– Еще нет. Знаю, я веду себя как трусиха, но как я скажу четырехлетнему ребенку, что его папы больше с нами не будет? Хоть Пол и не был хорошим отцом, но другого отца у Томаса нет.

– Все будет хорошо, Кейт, – сказал Алекс.

Кейт посмотрела на него ясным взглядом, в котором скрывалась сила. Этот взгляд напомнил Алексу Кэрис.

– Да, все будет хорошо. Так должно быть. – Кейт улыбнулась. – Спасибо, Алекс. Не знаю, что бы я делала без тебя. А я могу тебе чем-нибудь помочь?

Алекс отвернулся и пробормотал невнятно:

– Нет, со мной все в порядке.

– Совсем не похоже.

Алекс повернулся к Кейт.

– С чего ты взяла?

Она смотрела на него, склонив голову, и Алексу показалось, что она понимает, как тревожно у него на душе.

– Ты можешь рассказать мне правду, Алекс. Я никому не скажу ни слова. Джону все известно, да?

Алекс чувствовал себя загнанным в угол, но старался не подавать виду.

– Джону?

– Ничто не заставило бы Джона бросить театр. Ни мелкие неудачи, ни проблемы с деньгами, ни даже я. – Она грустно улыбнулась. – Но он мог бы уйти из театра, чтобы помочь другу. Он сделал это, чтобы помочь тебе.