Влюбленный миллионер - Джоди Доусон

— Ну, не знаю… Тогда мы, похоже, в тупике.

— Не в тупике, это временное затруднение. Я обязательно придумаю какой-нибудь блестящий план, чтобы навсегда избавиться от Буллопа. — Она снова подняла чашку. — За то, чтобы в нашей жизни больше никогда не появлялись такие ослы.

— Ура! И за то, чтобы мы наконец поняли, чего хотим от мужчины своей жизни. — Ками хитро улыбнулась. — Ну, кроме сексуального удовлетворения, конечно.

Дани быстро подавила стон. Справиться с нечестным конкурентом казалось детской шалостью по сравнению с задачей избавиться от страсти к своей новой няне.

И голова у нее вновь заныла от боли.

Хантер покачал головой. И как же ему собрать пластилин с коврика? А что делать с тысячей игрушек, громоздившихся в гостиной?

Близнецы уже построили игрушечный город. Это заняло у них целых две секунды, после чего они принялись раскрашивать картинки, потом… потом он потерял счет их затеям.

Из кухни доносился необыкновенно аппетитный аромат курицы с рисом — за приготовление ужина для всего семейства Эймос потребовал две сигары.

Хантеру просто необходимо было немного отдохнуть, и немедленно. Дани должна была возвратиться домой через час, а единственное, о чем он вообще мог теперь думать, — это как избавиться от двух проказников и поспать.

Хорош Казанова!

К нему подошел Дрю:

— Мистер Кинг, вы нам почитаете?

Хантер опустил взгляд на безнадежно заляпанный пластилином ковер, потом поднял его на детей. Что ж, коврик подождет. Он подошел к кожаному дивану и в изнеможении уселся среди подушек. Дети с энтузиазмом устроились по бокам.

Хантер начал читать сказку, которой никогда раньше не слышал. Он читал и читал, прежде чем заметил, что оба малыша заснули. Ну наконец-то! Он захлопнул книжку и откинулся на подушки.

Он отдохнет пару минут, потом уберется в доме. Обнимая теплые тела детей, Хантер крепко прижал их к себе и закрыл глаза.

У дома Дани выключила мотор. В кухне свет не горел, дом казался погруженным в глубокий сон.

Где же все?

Тишина в это время дня не сулила ничего хорошего. Неужели что-нибудь случилось с детьми или отцом? Дани кинулась в гостиную и замерла на пороге, сердце бешено заколотилось, по телу словно разлилась теплая волна, глаза наполнились слезами.

Хантер спал на диване между Эммой и Дрю, обнимая их. Близнецы доверчиво прижались к его груди и сопели во сне. Дани захотелось подойти, откинуть прядь волос со лба Хантера и прижаться к его губам.

— Хватай его покрепче, пока не убежал.

Она едва не подскочила на месте, услышав позади громкий шепот отца. Прижав руки к груди, точно боясь, что сердце сейчас выскочит, она подтолкнула Эймоса к двери и сама вышла за ним.

— Боже, как ты меня напугал! — Дани легко чмокнула его в щеку. — Где ты был?

— Зачитался наверху.

— Да? — Она наклонилась и понюхала его рубашку. — Папа!

— Ну, перестань, не ругай меня, дочка! Подумаешь, одна несчастная сигара… Разве я должен спрашивать разрешения? — Он опустился на стул. — Ты не ответила насчет этого парня.

— Мне никто не нужен.

— Может, и так, но он тебя нашел. Не нальешь мне кофе?

Дани вздохнула. Ей никогда не убедить отца, что мужчина ей не нужен. Поставив перед отцом чашку, она устроилась на стуле напротив.

— Как дела в офисе? — Его голос звучал подозрительно небрежно.

Она пристально посмотрела на отца. Нет, Ками не могла проговориться.

— Все как обычно. Жена Питера должна родить в октябре.

Эймос обхватил чашку мозолистыми пальцами.

— Это у них уже третий, верно? Не пытайся отвлечь меня, лучше прямо скажи, что там затевает Буллоп. — Эймос отпил кофе.

Дани покачала головой и тихо рассмеялась.

— Не знаю, почему мы с Ками все время надеемся провести тебя? Ты всегда видишь нас насквозь! Буллоп пытается запугать меня, чтобы заставить продать дело.

— Он пытается сделать это последние двенадцать лет. Этот человек просто не понимает, что значит слово «нет».

— Я стараюсь поставить его на место, но вчера он дал мне подножку. Он попытался аннулировать нашу страховку.

— Вот свинья! И ты вовремя спохватилась? — нахмурился Эймос.

— Мистер Коул позвонил, чтобы я подтвердила решение.

— Хороший человек этот Коул, голова у него работает! И что же вы с сестрицей затеяли, чтобы разрешить проблему?

Глаза у Дани сузились. Можно поклясться, он над ней смеется!

— Ками хочет проверить, все ли легально в бизнесе Буллопа. Мы попробуем доказать, что он пытался незаконно аннулировать чужую страховку.

— Неплохо. — Эймос протянул руку через стол и накрыл ее руку своей. — Не могу тебе описать, как я горд, что ты занялась моим делом вместо меня.

— Горд? Папа, я живу с тобой, мой брак распался, я оттолкнула от себя половину мужского населения в радиусе пятидесяти миль, но я ценю твои отеческие чувства!

— Твой брак распался, потому что ты вышла замуж за урода. — Эймос выпрямился на стуле. — А если мужчины тебя боятся, то только потому, что понимают — ты им не по зубам!

Он поднялся и направился к плите. Дани задумалась.

Может, и в самом деле настало время всерьез подумать о ком-то… и отнестись посерьезнее к чувствам, что она испытывала к Хантеру.

Хантер. Подумать только, еще пару дней назад он не существовал в ее жизни… Но испытывает ли и он такие же желания?

Собственно, с какой стати ему хотеть чего-то большего, чем просто флирт? Она женщина с прошлым, обремененная двумя детьми. И потом, что она знает о нем? Откуда он, из какой семьи? То, что он почти соблазнил ее, еще ничего не означает.

— Не стоит так много думать об этом, Дани!

Она подняла голову и посмотрела на отца, стоявшего возле ее стула.

— Иногда следует довериться инстинкту. Просто поверить, что такое возможно, и все. — Эймос наклонился и чмокнул дочь в макушку. — Пойду наверх. Думаю, я могу позволить себе еще одну… дочитать еще одну главу.

Дани смотрела ему вслед. Довериться инстинкту… Просто поверить… Может ли она это сделать? И хочет ли?

Она представила, как Хантер обнимает ее, шепчет нежные слова, ласкает губами ухо…

Через два дня ее день рождения. А не позволить ли себе… Подарок, который она сделает себе на день рождения, должен быть запоминающимся!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Хантер потянулся и покрутил затекшей шеей. Два маленьких теплых комочка по бокам прижались к нему еще теснее, на каминной доске тихо тикали часы — шесть. Где же Дани?

Она уже давным-давно должна быть дома.

Сердце тревожно забилось, но в тот же момент он увидел объект своих помыслов в дверном проеме.