Бедная богатая девочка - Мелани Милберн

И ничего не почувствует.

Nada. Niente.

Спускаясь к бассейну, он улыбался. Все будет куда веселее, чем ему казалось поначалу.

Рэйчел обернулась и увидела его.

— Я… не слышала, как ты появился, — сказала она.

Алессандро улыбнулся, похлопывая руками по колесам:

— Это все потому, что мой высокотехнологичный транспорт позволяет мне бесшумно передвигаться.

Она снова по-детски закусила губу — каждый раз, когда она это делала, его сердце сжималось. Ему нельзя поддаваться чувствам, нельзя забывать, что она — не невинный ребенок, а хитрая и расчетливая охотница за деньгами. Она уже продала себя однажды и не постесняется сделать это снова. Но на этот раз смеяться последним будет он.

— Я, пожалуй, уйду, чтобы оставить тебе побольше места, — сказала Рэйчел, отходя к краю бассейна.

— Тут хватит места нам обоим.

— Ну, я думала, ты хочешь поплавать без посторонних. — Она взялась за перила бассейна.

Алессандро окинул взглядом ее стройную фигуру, задержавшись на ее груди, и вдруг ощутил прилив желания.

— Если кому-то и стоило бы скрыться от посторонних глаз, так это тебе, — ответил он, сохраняя бесстрастное выражение лица. — Надеюсь, твой багаж придет сегодня.

— Я не думала, что ты придешь так рано. Я совсем не спала ночью и решила поплавать, чтобы освежиться.

Алессандро подъехал к краю бассейна.

— Да, плавание — это лекарство от многих болезней. — Он осторожно встал с кресла и сделал пару шагов к ступенькам бассейна — это было уже намного лучше, чем вчера. Каждый такой успех укреплял его решимость продолжать тренировки. Он справится с болезнью — иначе и быть не может. Он проплыл пару кругов и вернулся к тому месту, где все еще стояла Рэйчел, держась за перила. — Не бойся, вода после меня не заразная.

— Вечно ты думаешь обо мне самое худшее.

— Тогда давай плавать вместе, а то одному мне скучно.

Рэйчел вернулась в воду.

— Ты отлично плаваешь. Никто бы и не подумал, что ты…

— Лишь наполовину человек?

— Я такого не говорила. Мне это и в голову не приходило!

— Но большинство именно так и думает.

— Я — не большинство, — ответила Рэйчел. — Знаю, ты считаешь меня избалованной и недалекой. Признаю, что раньше я такой и была, но последние несколько лет изменили меня. Теперь я не сужу людей по внешности, происхождению или воспитанию. Мы все — люди, и все мы равны.

Алессандро насмешливо фыркнул:

— Хочешь, чтобы я поверил, что ты стала другим человеком? Ты и понятия не имеешь, как живет половина человечества. Тебе никогда не приходилось просить еду или спать на улице, коченея от холода. Ты не имела дела с бандитами, которые готовы душу из тебя вытрясти, чтобы достать деньги на очередную дозу.

Он жалел, что так много рассказал о своем мрачном прошлом. Ей ничего не стоит использовать его откровения против него же самого. Пять лет назад у него была возможность рассказать ей все, но что-то его удерживало — ему не хотелось портить их едва начавшиеся отношения. Теперь он понимал, что в то время ее очарование во многом объяснялось смесью нахальства и невинности.

Рэйчел снова закусила губу — причем впилась в нее зубами так сильно, что губа почти побелела. Черт возьми, почему она это делает?

— Пожалуй, я пойду приму душ, — сказала она, снова поднимаясь по ступенькам.

— Рэйчел!

Она остановилась и обернулась:

— Да?

— Я хочу кое-что тебе предложить.

Она с опаской посмотрела на него:

— И что же?

— Я решил поддержать твой бизнес.

Ее глаза заблестели от радости.

— Правда?

— Но я попрошу кое-что взамен.

Она сразу же посерьезнела:

— Что именно?

— Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей до конца месяца.

Ее глаза стали огромными, а щеки вспыхнули.

— Что-о?

Алессандро улыбнулся. Как же хорошо она умеет притворяться! Сама скромность и святая невинность!

— Что слышишь.

— Прости, но мне показалось, ты попросил меня стать твоей любовницей. — Она слегка встряхнула головой. — Боюсь, мне в уши вода попала.

— Я обеспечу полное финансирование твоей марки, а также щедро заплачу тебе за все время, что мы проведем вместе.

Ее глаза сузились от злости.

— Я так и знала, что ты изменишь правила игры ради собственной выгоды.

— Будешь ты спать со мной или нет — твое личное дело, — ответил Алессандро. — Это не является условием сделки.

Рэйчел озадаченно нахмурила брови:

— Я… чего-то не понимаю. Ты же только что сказал, что заплатишь мне за то, чтобы я была твоей любовницей.

— На людях, не обязательно наедине.

Она нахмурилась еще сильнее:

— То есть ты хочешь, чтобы я изображала твою любовницу?

— Уверен, тебе удастся убедительно сыграть эту роль. Тебе ведь и раньше приходилось это делать, не так ли?

Рэйчел сжала губы в гневе.

— Какой же ты подлец!

— Не хуже тебя, богатенькая девочка.

Она вылезла из бассейна и схватила полотенце.

— Чего ты ждешь? Что я скажу «да»?

— Подумай, прежде чем отказаться от своей единственной надежды на спасение.

Рэйчел одарила его взглядом, который мог бы насквозь пронзить камень.

— Хорошо, я подумаю, — ответила она.

— Пока общественность ничего не знает о моей болезни. Я понимаю, что, если не восстановлю полную подвижность в ближайшие пару недель, скрыть уже ничего не удастся, но я отказываюсь даже рассматривать этот вариант. Мне уже удается пройти пару шагов с поддержкой, а в ближайшие пару дней я надеюсь перейти на костыли. Тогда появиться на публике будет легче — никто и внимания не обратит. В крайнем случае можно будет сказать, что у меня, к примеру, растяжение. Ты читала и подписывала соглашение о конфиденциальности, и я надеюсь, тебе не надо напоминать о последствиях неподчинения правилам.

— Неужели ты думаешь, что я способна на такое?

— Я составлю еще один контракт, который ты подпишешь сегодня вечером.

— А если не подпишу?

— Подпишешь, — ответил Алессандро с ленивой улыбкой.

— Твоя уверенность достойна восхищения, но я не продаюсь.

— Тебе придется подписать контракт, потому что у тебя нет выбора. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я выкинул тебя на улицу.

— Похоже, ты кое-что забыл — я не могу появиться с тобой на публике без одежды.

— Не беспокойся, дорогая. Твой багаж будет доставлен сегодня же.

— А если нет?

— Тогда я сам куплю тебе новую одежду.

— Я и так должна тебе. Не хочу влезать в еще большие долги.

— Ты сама пришла ко мне, — напомнил Алессандро. — Теперь ты здесь. Кто знает — может, мы даже станем друзьями.