Плоды конфликта - Эмилия Лоринг

— Я открою для вас счет в Слипи Бенд. А пока… — он опустил руку в карман. У девушки вытянулось лицо.

— Не предлагайте мне денег, Стив, — приказала она.

— Я не предлагаю вам денег. Разве вам, так же как и мне, не принадлежат деньги, которые оставил дядюшка Ник?

— Разве не вам принадлежали деньги, переданные отцом, когда вы женились на мне?

— Это разные вещи.

— Почему же? Вы отказались брать мои деньга, а я отказываюсь брать ваши.

— Вы возьмете их.

Джерри выпрямилась.

— Не смотрите на меня так, как будто сейчас скомандуете «Руки вверх». Я не возьму ни цента из ваших денег. Вы увидите, что Глэморганы могут быть такими же гордыми, как Кортлэнды, хотя не имеют за собой поколений аристократов, — глаза ее яростно сверкнули, когда он насмешливо ответил:

— Вы забыли. Теперь вы уже не Глэморган.

— И очень сожалею об этом.

— Что вы имеете в виду? — насмешливое выражение исчезло, он схватил ее за руки. — В тот день, когда приехал дядюшка Ник, я слышал, как вы сказали…

— Следующая остановка Слипи Бенд, мисс. Носильщик к вашим услугам, — прервал их голос с чикагским акцентом. В дверях показалась черная голова с блестящими глазами и белоснежной улыбкой. Она показала на чемоданы. Когда человек вышел, вынеся их, она обернулась к Стиву с обворожительной улыбкой.

— Вы выиграли на этот раз. Я забыла про носильщика. Однако, если это может называться свадебным путешествием, то все расходы должны падать на жениха, не так ли?

Он посмотрел на нее так, что улыбка слетела с ее лица.

— Как вы сказали — если это может называться свадебным путешествием, — но подождите немного, миссис Кортлэнд, и я покажу вам, каким должен быть настоящий медовый месяц… Носильщик, вот еще один чемодан.

Он вышел за чернокожим мужчиной в коридор. Джерри набросила пальто и, осмотрев себя в зеркало, закрыла лицо вуалью. Что имел в виду Стив, когда говорил о медовом месяце? Не значит ли это, что он и Фелиция — нет, нет, Стив не из тех мужчин. Она оглядела купе, чтобы убедиться, что ничего не забыла. Розы еще не потеряли свою свежесть. Она приколола их к своему пальто.

Деревянное строение, которое одновременно являлось телеграфом и местом ожидания пассажиров в Слипи Бенд, сотрясалось от проливного дождя. Дорога, пролегающая между двумя рядами ветхих строений, походила на грязную реку. Человек с вывернутыми внутрь коленями медленно двигался по ней. Буквально через каждые несколько шагов ему приходилось останавливаться, чтобы отогнать красноглазого бульдога, который преследовал его. При виде человека у Джерри чуть не потекли слезы, никогда раньше она не встречала людей такого жалкого вида. Казалось, что эти ноги провели много часов в седле, и теперь еле ворочались, неся на себе грузное тело. Большой благородный бельгийский полицейский пес сопровождал своего хозяина. Кортлэнд, который возился с багажем и не сразу заметил приближающегося человека, обернулся к нему и с мальчишеской улыбкой раскрыл объятия.

— Ну вот, мы и увиделись снова, Пет. Сидеть, Губер, сидеть! — это относилось к собаке, которая, подпрыгнув, попыталась лизнуть его в лицо. Держа одну руку на голове собаки, он повернулся к девушке.

— Джерри, познакомься, это Пет Герриш, который научил меня всему, что касается ранчо. Он правая рука дядюшки Ника. Пет, это миссис Кортлэнд.

— Он не прав, мэм. Я был правой рукой старого джентльмена. Теперь Ранлет сидит в седле. Я рад приветствовать вас и надеюсь, вам у нас понравится.

— Спасибо, мистер Герриш. — У Джерри подступали слезы, когда она смотрела на него. Лицо его было покрыто глубокими морщинами. Широкая шляпа съехала почти на уши. Было что-то совершенно неожиданное в каком-то дьявольском положении его туловища, его одежде, его круглых ирландских глазах.

— Надо сказать Бэдли Дженингсу, чтобы он проложил бревна на дороге к поезду. Черт побери, эти весенние дороги. Стив, вернее я хотел сказать, Шеф! Мальчики решили, что, хотя они и учили своего будущего хозяина верховой езде, все равно будут называть его Шефом, мэм.

Пока они продвигались, Герриш прочел Джерри целую лекцию по поводу состояния дорог.

— Несколько раз я застревал по дороге сюда. Не знаю, как будем добираться обратно. — Джерри вспомнила его слова, когда они тронулись на большом автомобиле по дороге, которая вся сплошь была грязным потоком. Пес Губер сидел в залепленном грязью кузове, как ни в чем не бывало. Герриш бормотал себе под нос выражения на лексиконе, который, Джерри была уверена, предназначен не для женского уха. Колеса скользили и чавкали, разбрасывая фонтаны грязи. Затылок Герриша был апоплексически красного цвета, но, при этом, выражал несомненную уверенность водителя.

— Что будет, если я вылечу? — подумала она, когда машина, взревев мотором, резко остановилась.

— Ха, застряли, придется загорать, или же начать рискованную экспедицию по этому Китаю, — забормотал Герриш, но Кортлэнд скомандовал:

— Выключи мотор. Я посмотрю колесо, Пет, — и, выглянув, добавил: — Нам нечего подложить под задние колеса, да это ничего и не даст. Надо попробовать сманеврировать.

Сев за руль, он нажал на газ. Мотор взревел. Колеса завращались вперед. Он сдал назад, затем снова вперед. Потом снова назад и опять вперед. У Джерри создалось полное впечатление, что она находится на корабле во время качки. Кортлэнд упорно продолжал свои маневры до тех пор, пока с ревом машина не взлетела, при этом Джерри больно прикусила губу. Автомобиль, похожий на грязное доисторическое животное, медленно выехал из ямы. Дождь прекратился. Местами, где не было облаков, на небе показались проблески света.

Были уже сумерки, когда Кортлэнд свернул на лесную дорогу, ведущую к ранчо Дабл-О. В сыром свежем воздухе был разлит запах сосны. Пылающий на западе свет отражался отблесками на лесных деревьях. Величественные горы отбрасывали тень на усадьбу.

Когда машина остановилась, Губер спрыгнул на землю и сел, как бы ожидая команды. У входа показались двое слуг. Это были китайцы, мужчина и женщина. Их узкие глаза на луноподобных лицах приветливо улыбались. Казалось, что женщина в ее кимоно и деревянных башмаках, только что сошла с гравюры.

Пет и Хопи Сой внесли их багаж. Стив широко открыл двери. С некоторым испугом Джерри вошла в дом. Но при виде обстановки дома у нее чуть не вырвался возглас восхищения. После серой и грязной дороги гостиная показалась ей блестящим дворцом. Глаза ее засияли, когда она оглянулась вокруг.

В большом камине пылали поленья. На безопасном от огня расстоянии сидел белый кот; его белая шерсть казалась розовой в отблесках пламени, большие глаза, как сверкающие топазы, рассматривали прибывших. Старинные расшитые мексиканские ковры, одеяла, шкуры горных львов и других животных, большие луки и колчаны со стрелами племени апачей. Все это было развешано с большим вкусом. Шкафы с книгами и журналами, старинное пианино, фонограф, мягкий свет ламп довершали приятное впечатление от гостиной. А над камином …