Днк Филиппины - Кристина Жиглата

понимаю, - отвечает Халик. – Все зависит от меня. Как состоится наша вторая встреча. И я  не жду, что Анита сразу бросится ко мне в объятия. Но я никогда не оставлю  попыток добиться её расположения, изменить мнение обо мне, помочь «полюбить» себя. Она моя.- Ладно, - растерянно говорю, увидев в глазах этого парня отчетливую твердую уверенность. Аните будет нелегко, если она, все же, не захочет иметь с ним ничего общего. Но я знаю, что рядом с этим мужчиной, она была бы всегда счастливой, поэтому сделаю все, чтобы сблизить эту пару. – Надеюсь, у вас все сложится.- Без исключений, - отвечает уверенно он и вновь оглядывается. – Нам пора. Здесь не безопасно. Слишком открытая местность. Забирайся мне на спину, думаю, ты уже не хочешь находиться у меня на плече?Не знаю, было ли это предупреждением или он просто напомнил, что будет в случае моего  отказа, но мне стало не по себе от его напоминания.- Почему я не могу пойти пешком? Далеко еще идти?! – возмущаюсь я.- Еще километров пять бежать. А пешком ты не можешь пойти, потому что поля усеяны капканами и минами.- И здесь тоже? Но зачем? Мы с Крисченом натолкнулись на одну мину…- Недалеко от нас находится поселок, - объясняет Халик. – Там живут несколько людей, кочуют солдаты и сталкеры. Думаю, эти мины и капканы, установлены для защиты от диких животных. Ведь возле каждой мины находится привязанная красная лента, как предупреждение об опасности. Мы бы знали об этом, если бы зашли в город официально.Я даже предположить не могла, что в этом городе еще остались люди. Когда дело дошло к вопросу, как пробираться в Чернобыль, мы  сразу исключили варианты туристов или гостей. Ведь внешность  моих мужчин вызывает подозрение, а еще нам бы дали гида, который только мешал. К тому же - все приспособления и оружие нам не позволили бы взять. И даже, может быть, солдаты на посту могли предупредить людей в лаборатории о подозрительных типах – в виде троих здоровяков рядом со мной.В общем, так мы пришли к выводу - идти пешком. Точнее, пешком идут парни, а меня несут на плечах, как ненужный груз, который только мешался. Ведь, если бы мужчины пошли только втроем, толку было бы больше. В этом случае я им только мешала.- Ладно, - соглашаюсь я с Халиком, забираясь к нему на спину. – Значит, ты нашел лабораторию?- Это было не трудно. Территория заметна тем, что огорожена высокой бетонной стеной и охраняется  солдатами.- Сколько человек патрулируют территорию? – оживленно спрашиваю я, чувствуя невероятное удовлетворение от понимания, что, вот-вот, и я найду свою сестру.- Я объясню тебе все на месте, нужно уходить, - говорит он, принюхиваясь, и я понимаю, что он учуял опасность.Я обхватываю  крепче шею Халика, и он, слегка пригнувшись, начинает набирать разгон. Мы уносимся прочь, и в моей душе смешанные ощущения. Страх и волнение за Крисчена. Счастье и предвкушение - за сестру. Но, как бы там ни было, в моей груди теплилась надежда, что все будет хорошо. Что Крисчен вернется целым и невредимым, и мы освободим всех девушек без каких-либо проблем.

Глава пятая.

Халик приносит меня прямо под стену высокого ограждения, метра три в высоту. Вокруг деревья, кусты и заросли, но здесь небольшое укромное местечко, где чисто, и под ногами устлан ковер из разноцветных опавших листьев.- Здесь безопасно и нас никто не увидит, - сообщает Халик, и я расслабляюсь, опускаюсь на землю, пытаясь немного размять отекшую спину.Несмотря на то, что бежали мы до этого места минут двадцать, все же Халик не Крисчен – доставил меня быстро, но не комфортно. Мало того, моя спина и голова отдавали ужасной болью после падения. Но я не придавала этому должного значения, только постоянно кривилась от боли, когда поворачивалась или делала резкие движения.- Ты можешь определить, какой тут уровень радиации? – спрашиваю, между прочим, у своего ходячего дозиметра, вспоминая, что мы слишком близко находимся к эпицентру аварии.- Экспозиционные дозы кермы фотонного излучения  немного превышают норму, но твоему здоровью не грозит опасность за такое короткое время.- А по-человечески? – прошу я, ни черта не понимая в его рассуждениях.- Уровень радиации повышенный, но тебе это не грозит, ведь ты пребываешь на воздухе не слишком долго.- А как же беременные девушки? Они ведь тут находятся месяцами! – испуганно спрашиваю я, ведь у меня на все, что касается радиации, выработался навязчивый пунктик.- Внутри, в лаборатории, есть специальные фильтры, они и очищают воздух, - объясняет Халик, улыбнувшись, и я мысленно ругаю себя за глупость, почувствовав в этот момент себя на месте парней, ведь еще недавно мы им объясняли подобные мелочи.- Ладно, - соглашаюсь я, но все же решаю время от времени одевать маску.- У тебя повреждения, - вдруг сообщает Халик, когда я приступила  рыться в рюкзаке. Хотела узнать, что мы имеем, и что потеряли во время нападения волков, ведь в тот момент никто не думал о вещах.- Ничего значительного, просто немного голова болит, а так все в порядке! – бросила я, отмахнувшись.Травмы – это частое дело в моей работе, поэтому я привыкла и не придавала этому особого внимания.Халик  откровенно таращится на меня, водя взглядом вверх-вниз, и я недовольно закатываю глаза. Знаю, что он «сканирует» меня, включая в себе те способности, которые позволяли распознать боль в моем теле.- Твоя лопатка… она повреждена. Точнее, связка, которую, возможно, ты растянула.Это вполне вероятно, ведь я упала с двух метровой высоты, и нужно было радоваться, что  обошлось только растяжением связки. Могло быть и хуже, а так как под валуном земля была рыхлой и покрытой ковром подсохшей травы, это избавило меня от ужасных последствий, таких, как вывих или перелом.- Все нормально, - убеждаю я Халика, когда вижу его взволнованный взгляд. – У меня есть обезболивающее. Выпью таблеточку, и все пройдет! А вот твои царапины нужно обработать.- Мои царапины поверхностные, уже к вечеру стянутся.  Твою руку лучше зафиксировать или перестать двигать ею, иначе восстановление может быть долгим и болезненным, - не угомоняется он.- Я знаю это, Халик! Но у нас намечается дело, в котором мне нужны обе руки.- Ты не будешь участвовать в ликвидации охраны, поэтому можешь зафиксировать руку, - предупреждает он, и я бросаю на него сердитый взгляд.- Кто сказал?! Не нервируй меня, Халик!!! – рычу я.