Рискованное предприятие - Александра Скотт

Александра Скотт

Рискованное предприятие

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Джинни Мартин-Браун на секунду остановилась перед огромным зеркальным окном, хотя едва ли сумела разглядеть свое отражение, и быстро прошла вперед, боясь в последний момент струсить и сбежать. Уже в сотый раз, с тех пор, как покинула аэропорт Хитроу, задавала она себе один и тот же вопрос: есть ли логика в том, что она собирается делать, и как все это выглядит с точки зрения морали? Несомненно, ее поступок поставит под угрозу счастье других людей… Но она зашла уже слишком далеко, слишком много выстрадала, чтобы идти на попятную.

Прямо перед собой она увидела табличку, на которой золотыми буквами было написано: «Хьюго Ванбруг компани». Такая вывеска может нагнать страху и на более уверенного в себе человека, не говоря уже о Джинни, которая пока занимала низшую ступеньку на юридической лестнице. От ужаса у нее засосало под ложечкой… Тем не менее, Джинни гордо распрямила плечи и отвела взгляд от сверкающих позолотой букв. Ничто не заставит ее свернуть с пути — во всяком случае, сейчас, когда она только что прилетела в Нью-Йорк, отступать поздно. Может, еще несколько дней назад, до принятия этого импульсивного решения, Джинни и могла бы передумать, но теперь…

Теперь надо просто в последний раз окинуть себя взглядом, и для этой цели идеально подходят зеркальные окна. Совсем недурно, несмотря на усталость. Хорошо, что она приняла душ в отеле, прежде чем идти сюда…

Что и говорить, командировка в Париж в прошлом месяце оказалась весьма кстати. На Джинни были обтягивающие брюки бежевого цвета, безумно дорогие, но они стоили каждого потраченного на них су. Брюки прекрасно сочетались с яркой блузкой и строгим темным жакетом. Легкий макияж был только что нанесен. Джинни осталась довольна собой и с уверенностью подошла к швейцару.

Она помахала перед ним своей визитной карточкой и объявила:

— Мисс Вирджиния Мартин-Браун из компании «Броквей и Лаффан», Лондон, на прием к мистеру Хьюго Ванбругу.

Боже, чего только не достигнешь при помощи небольшого обмана и сверх самоуверенных манер!

Минуту спустя ее уже провели к лифту. Лифтер нажал на кнопку нужного этажа, и кабина понеслась вверх. У Джинни взмокли ладони и, бешено заколотилось сердце.

Она попыталась отключиться от мыслей о близящемся моменте, от которых ныло под ложечкой. По крайней мере, сейчас она просто «Джинни Браун» вместо напыщенного «Вирджиния Мартин-Браун». Кстати, этим можно воспользоваться, если ей не понравится человек, к которому она направляется. Надо только придумать какое-нибудь вежливое оправдание и сразу же ретироваться, и пусть думает что хочет.

Нет, ничего не выйдет. Она обнаружила, что стоит, уставившись на свое отражение в медной отполированной стене лифта. Отражение было слегка размытым, и от этого самой себе она казалась сейчас серой и бесцветной. Все ее напускное безразличие испарилось.

Ее темные, глубоко посаженные глаза широко распахнулись от ужаса, ноги подкосились. Она даже не могла понять, что ее толкнуло на этот шаг, в котором не было ровным счетом никакой необходимости.

— Офис мистера Хьюго.

Она не расслышала тихого звона лифта, но голос лифтера привлек ее внимание к открывшимся дверцам. Перед ней был просторный холл, на полу — толстый ковер, вдоль стен — вазы с цветами.

— Кабинет его секретаря — в конце коридора. Спасибо, и желаю вам приятного дня.

А вот на это, подумала про себя Джинни, проходя в тишине мимо антикварных столиков и неярких картин, надежды мало, но… Было бы безумием струсить, зайдя так далеко. Она провела столько одиноких, томительных часов, мучаясь и пытаясь прийти к какому-нибудь решению… Джинни изобразила на лице уверенную улыбку и открыла дверь, на которую ей указал лифтер.

— Могу я чем-нибудь помочь вам?

Все в этой женщине — четкий голос, великолепные гладкие светлые волосы, зачесанные назад, — было как у голливудской звезды. Даже прекрасная темно-синяя юбка с коротким жакетом и белоснежной блузкой идеально подходили для этой роли. Наверняка, когда она встанет, у нее окажутся длинные, как у балерины, ноги.

— Будьте любезны, мне хотелось бы встретиться с мистером Хьюго Ванбругом.

Одним выразительным движением брови женщине удалось низвести Джинни от юриста высокого полета до младшего клерка.

— Вам назначено? — Вопрос прозвучал скорее риторически, так как она знала ответ.

— Нет, — улыбнулась Джинни. Ее обманчиво спокойный вид совершенно не соответствовал бешеному сердцебиению. — Но если вы будете так любезны назвать ему мое имя, то он меня примет.

— Боюсь, это невозможно. — Карен Лавери, как значилось на табличке на ее столе, покачала головой. — У мистера Ванбруга очень плотное расписание. — У нее была необыкновенная способность «включать» ослепительную улыбку, которая тут же «выключалась», когда вы начинали ей отвечать. — Он никогда не принимает без предварительной договоренности, в противном случае здесь царил бы сплошной хаос.

— Однако, — Джинни решила, что не позволит запугать себя, — во всяком случае, не подаст виду, — правила на то и существуют, чтобы их нарушали.

— Но не… — начала было Карен, но Джинни была настроена самым решительным образом.

— И если вы скажете ему, что Джинни Браун из «Броквей и Лаффан», Лондон, — она вручила ей свою визитную карточку с тиснением, на которой был указан внушительный перечень всех званий, — хочет видеть его по вопросу необычайной важности, то, я уверена, он обязательно сделает исключение.

— Хорошо… — Улыбка блондинки стала еще более натянутой. Она быстро написала несколько слов на листочке бумаги, вырванном из блокнота, и встала из-за стола. Она оказалась не такой высокой, как думала Джинни, — ноги короче. Пустячок, а приятно. — Пожалуйста, подождите здесь.

Едва скрывая негодование, Карен прошла за закрытую дверь и прикрыла ее за собой. Минуту спустя она появилась снова.

— Можете пройти. — Ее голос стал еще более четким и неодобрительным. — Мистер Ванбруг может уделить вам только четыре минуты. Прошу вас не задерживать его, у него очень напряженный график.

На ватных ногах Джинни вошла в обширный кабинет. Из огромных окон открывался сказочный вид на Нью-Йорк. Комната сперва показалась ей пустой. Но затем она услышала приглушенный смешок из-за широкого стола и увидела над спинкой кресла темную макушку.

Мужчина говорил по телефону; закончив разговор, он повесил трубку, развернулся к ней лицом и выпрямился в черном кожаном кресле. Ее сердце упало. Она увидела человека… моложе, чем… Какая досада, что он сидит спиной к свету, и она не может толком разглядеть его лицо, а сама она ярко освещена…