Нежность - Розанна Битнер

— Это произошло примерно полтора года назад, — громко начал Блейк, отметив про себя, что Бичер проявляет к рассказу особое внимание. — Мой отец был убежденным аболиционистом. Мы держали ферму в нескольких милях к востоку от города Индепенденс. Отец защищал рабов на деле, а не только на словах. Как только ему становилось известно, что на соседней плантации есть больные или непокорные негры, которых должны были продать туда, где с ними бы обращались еще хуже, он выкупал такого раба и отпускал на свободу. Так произошло и с Джорджем. Однажды нам пришлось доставить зерно на совершенно незнакомую ферму, где мы и нашли Джорджа в весьма плачевном состоянии. Я догадываюсь, что он был несколько строптивым, а это совершенно не дозволено рабу. Разумеется, его наказали. Однако я не стану за столом вдаваться в ужасные подробности этого зрелища.

Во время рассказа, Джордж сидел, не отрывая глаз от своей тарелки.

В этот момент плантатор был просто вне себя от злости, поэтому, несмотря на огромный рост и силу Джорджа, согласился продать его за сравнительно низкую цену. Очевидно, он решил, что избитый до полусмерти раб уже не выживет. Мой отец в качестве выкупа продал хозяину Джорджа за бесценок зерно, отдав в придачу лошадей, повозку плюс одну долговую расписку. Ему пришлось даже занять деньги у мистера Хейла, на которого я сейчас работаю.

— Значит, этот Хейл тоже аболиционист? — как бы невзначай спросил Бичер.

Блейк окинул его внимательным взглядом. Бичер напомнил ему темную грозовую тучу: смуглая кожа, темные глаза и волосы, черная одежда. Блейку на миг показалось, что вопрос задан не просто из любопытства. Однако большинство жителей Индепенденса хорошо знали об убеждениях Хейла, поэтому Хастингс решил, что не причинит ему вреда, честно ответив на вопрос.

— Да, — подтвердил Блейк. — Это храбрый и преданный нашему делу человек.

Преподобный отец Уолтерс откинулся на спинку кресла.

— Но какое это все имеет отношение к Нику Весту?

Прежде чем продолжить, Блейк посмотрел на Саманту. Сегодня вечером она прекрасно выглядела в синем льняном платье в тон своим голубым глазам, темные волосы были подняты по бокам голубой лентой. Блейк давно заметил, что Бичер часто бросает на девушку взгляды, которые вызывали в Хастингсе ревность и одновременно желание защитить Саманту от этого неприятного человека.

Взяв горячую булочку, Блейк повертел ее в руке, затем продолжил:

— Вест владел большой фермой с многочисленными рабами в нескольких милях к западу от нашей. Они раньше-то досаждал отцу, оскорбительно отзываясь о нем, как обычно защитники рабства называют аболиционистов. Когда же был принят закон о штатах Канзас и Небраска, дела пошли еще хуже. Как раз за два дня до того, как мы освободили Джорджа, мой отец выкупил у другого плантатора молодую негритянку. Собственно говоря, поэтому нам и пришлось занять деньги у мистера Хейла, чтобы заплатить за Джорджа.

Блейк разломил булочку. Все внимательно слушали его, включая Клайда Бичера.

— Отец оформил девушке бумаги на освобождение и устроил все, чтобы через существующую тайную сеть аболиционистов, отправить ее на север, где бы она находилась в безопасности. Ник Вест появился двумя днями позже и страшно разозлился, узнав об этом. Оказывается, он сам собирался купить эту красивую негритянку, и мне нет нужды объяснять, как Вест хотел использовать ее.

Саманта покраснела. От внимания Блейка не ускользнул жадный взгляд, который бросил на нее Бичер.

— Вест заявил, что кто-то должен остановить отца, нельзя давать ему больше выкупать и освобождать рабов. А спустя четыре или пять дней после этого мой отец погиб. Он отправился на северные пастбища искать пропавший скот и не вернулся. Я поехал за ним следом и нашел отца повешенным под старым навесом. По всему было видно, что он сопротивлялся, но…

Мать Саманты вскрикнула от ужаса и жалости, а сердце девушки переполнилось состраданием к Блейку Хастингсу.

— Мне не нужны никакие свидетели, чтобы подтвердить, что это дело рук Веста, но перед законом я не могу доказать этого, — продолжил Блейк. — У моего отца оказалось много долгов, поэтому мне пришлось продать ферму, чтобы погасить их. Именно по этой причине я продолжаю работать на Джона Хейла, и уже через пару недель сумею окончательно расплатиться с ним. Но, возможно, я останусь у него, ведь Хейл дал нам с Джорджем возможность свести концы с концами, — Блейк накрыл ладонью руку своего друга. — Правда, на будущее мы с Джорджем планируем уехать подальше от всей этой ненависти и кровопролития, может быть, куда-нибудь на запад.

При этих словах сердце Саманты упало. Однако она надеялась, что они не уедут так скоро, и, безусловно, им еще удастся не раз встретиться с Блейком Хастингсом.

— Я искренне сочувствую вам по поводу ужасной смерти вашего отца, — произнес преподобный Уолтерс.

— Мы все сочувствуем, — присоединился к нему Бичер. — Это ужасно, какую волну вражды и ненависти вызвал закон об отмене рабства.

— Мы приехали сюда, чтобы сделать все возможное, чтобы Канзас и Небраска проголосовали за свободные штаты. Моя семья и я прикладываем большие усилия, только бы не допустить распространение рабства, — добавил Говард Уолтерс. — Нам даже удалось убедить многих наших друзей из Вермонта обосноваться в Канзасе и принять участие в выборах.

Представляете, бандиты, которые прячутся в лесах на границе штата, заявляют, что нет никакой разницы между нами и теми, кто привозит людей из Миссури, — вступила в разговор Милисент Уолтерс. — Но мы и наши друзья искренне желаем надолго обосноваться здесь и стать полноправными гражданами Канзаса. Большинство же тех, кто проникает сюда из Миссури, собираются только проголосовать и вернуться обратно. Миссури не хочет быть в окружении свободных штатов.

— У меня такое предчувствие, что Ник Вест именно этим и занимается здесь, — задумчиво сказал Блейк. — После смерти отца я не раз пытался встретиться с Вестом на его ферме в Миссури, но безуспешно: он там больше не появился. Зато сегодня по дороге к вам, я зашел в государственную контору, регистрирующую земельные сделки, и узнал, что Вест купил большой участок земли к северу отсюда, чтобы считаться гражданином Канзаса. Совершенно очевидно, зачем ему это нужно.

Ну, раз теперь нам известно, что он за человек, мы будем наблюдать за ним, — произнес Бичер на удивление низким и тихим голосом для такого крупного мужчины.

Блейк посмотрел ему прямо в глаза.

— Да, будем наблюдать, не так ли?

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядом, и снова Блейк почувствовал неприязнь к Бичеру. Интересно, что делает здесь этот человек? Откуда он и чем занимался раньше?