Тайное сокровище - Соня Пелтон

Кинжал быстро справился со своими обязан­ностями, и веревки упали на пол.

– Где стражники? – спросила Отем.

– Ушли за выпивкой.

Девушки вышли через черный выход в лет­нюю ночь и, прячась в тени деревьев и кустов, направились в ту сторону, откуда доносился Шум реки, молясь, чтобы им повезло найти не­охраняемые ворота в стене, окружавшей дом.

– Надо идти сюда. Поторопись, нам необхо­димо отыскать выход до того, как они хватятся нас.

– Думаю, они уже хватились, – сказала Отем своей спутнице.

Они нашли выход – небольшую дверь в каменной стене. Отем остановилась, с трудом ловя ртом воздух; она по-прежнему сжимала запяс­тье второй девушки одной рукой, в другой был кинжал.

Отем ослабила хватку, и ее спутница поте­ряла запястье.

– Нужно удирать скорее, иначе они убьют нас.

Отем оглянулась на особняк, который они только что покинули: в окнах вспыхивали факе­лы – стражник вызывал подмогу для барона, а потом, без всяких сомнений, они бросятся искать женщину, которая сбила с ног их госпо­дина и сбежала, прихватив с собой еще одну пленницу.

– Мы выйдем здесь, – сказала Отем, горячо надеясь, что ее слова окажутся правдой.

Она отыскала щеколду, поразившись лег­кости, с которой та двигалась, подняла ее, и дверь качнулась внутрь.

– О, – воскликнула красавица с каштано­выми волосами, – она больше не двигается с места!

Дверь застряла, открывшись не настолько широко, чтобы девушки могли пролезть в про­ем. Отем выронила кинжал, немного удивив­шись, что все еще сжимает его в руке, и изо всех сил дернула дверь. Это ни к чему не привело.

– Мы не можем пройти в отверстие шири­ной с ладонь, – Отем была близка к отчаянию.

– Снова закрой дверь, а потом потяни к себе – сильнее, Отем, сильнее!

На этот раз дверь открылась легко, и де­вушка чуть не упала на землю.

– Откуда ты знаешь, как нужно делагьУ – спросила она, поднимая глаза. – И как ты узнала мое имя?

– Многие ворота, похожие на эти, достав­ляли нам неудобства в аббатстве. Какой-нибудь друтик под основанием или еще что-то… По­шли, Отем, иди первой.

– А вдруг это ловушка?

– У тебя есть какие-нибудь другие идеи? Девушки несколько мгновений смотрели друг на друга в упор, потом решили, что им при­дется положиться на свои молитвы и Господа.

– Смотри! – крикнула спутница Отем. – Они приближаются!

В темноте возле особняка закачались факе­лы, распространяясь постепенно среди деревьев. Времени и выбора не было. Отем, не колеблясь, скользнула в проем и наблюдала, как ее спутни­ца последовала за ней.

За стеной на улице не было ни единого чело­века. Дрого чувствовал себя в безопасности, по­этому не выставлял у ворот наружную стражу.

– Я – Сприн.

– Что?

– Да.

Отем повернулась к красивой молодой жен­щине, стоявшей рядом.

– Ты говоришь, что ты – Сприн? Моя се­стра? – она вспомнила толпы девушек, что на­зывали себя ее родственницами. – Боюсь, я не верю тебе.

Сприн посмотрела ей прямо в глаза:

– Ты поверишь.

– Я…

– Мы должны идти, – напомнила Сприн, лохмотья, оставшиеся от ее яркого костюма, затрепетали на ветру.

Отем внимательно смотрела на девушку и вспоминала – молодая женщина в замке, та, что хотела с ней переговорить с глазу на глаз перед отъездом, перед тем, как ее схватили лю­ди Дрого. Они знали, что эта девушка – ее сестра? О, боже, если это правда, остается ра­зыскать только одну сестру!

Река протекала слева от них. Следовательно, чтобы выбраться из Лондона, надо свернуть вправо и двигаться в южном направлении.

Сприн тянула за собой сестру. Они шли с ней до тех пор, пока не добрались до улицы, ведущей из города.

– Пойдем, я вижу трех лошадей, принадле­жащих мерзким рыцарям барона. Мы возьмем Двух.

Отем осторожно двинулась вперед, сестра не отставала от нее. Лошади были под седлом и готовы к дороге.

– Вперед!

Отем не удивилась, увидев, с каким искусст­вом Сприн обращается с лошадью. В последнее время прошлое стремительно возвращалось к ней – отрывок за отрывком, день за днем, час за часом, мгновение за мгновением. Иногда воспоминания путались, затем выстраивались в правильном порядке, становясь на места акку­ратно и чудесно, а порой – ужасно.

Отем припомнила вещи, которые искренне хотела бы забыть навсегда. Временами жизнь была полна боли, отчаяния и несчастий, но Отем знала, что им с Винтер придется прини­мать все так, как есть. И, возможно, эта моло­дая женщина рядом с ней – действительно их сестра. Это было бы замечательно!

Остановив лошадь у перекрестка, Сприн сказала:

– Мы должны ехать на юг, сестра. В Сатер­ленд.

– Как ты думаешь, они будут преследовать нас?

– Полагаю, мы в безопасности. Дрого – трус. Мы никогда не сознавали этого, а сейчас знаем. Он и его люди убили наших родителей…

Сприн не могла рассказать Отем остально­го – того, что они сделали с ней, когда застали ее и Саммер одних.

Отем наклонилась и крепко обняла девушку с каштановыми волосами.

Началось долгое, опасное путешествие домой.

Глава 38

Спустя несколько часов, Гвен разрешили спешиться. Все тело болело и ныло от изнури­тельной скачки, наемники не разрешали ей сле­зать с лошади, чтобы немного размяться. У де­вушки болела каждая косточка, особенно ныла спина.

На поляне, куда ее привезли, стоял особняк; люди, что ходили вокруг него, представляли собой нечто среднее между рыцарями и банди­тами, как и те, которые доставили сюда Гвен.

Стража около старого особняка с вожделени­ем поглядывала на девушку, пока альбинос вел ее к дому. Но сама Гвен ничего не видела, не замечала. Сердце разрывалось в ее груди. Ничто теперь не имело значения, потому что ее воз­любленный ушел из этого мира. Солнде пере­стало светить. Цветы поникли, а трава утратила зелень. Мрак и уныние воцарились вокруг. Гла­за Гвен были широко открыты, но ничего не видели. Ощущая невыносимую боль одиночест­ва, она, как в полусне, вспомнила слова Тайриана:

Я буду любить тебя вечно, и ничто, кроме смерти, не разлучит нас.

Смерть. Гвен с радостью приветствовала бы сейчас свою кончину. Не осталось ничего, ради чего стоило бы жить. Как могло это произойти?

Она нашла любовь – первую любовь, и они раз­делили краткие мгновения страсти и блажен­ства. А теперь он потерян для нее навсегда, ее прекрасный золотистый рыцарь.

Альбинос отвел Гвен в комнату, похожую на темницу, где стояла приготовленная заранее еда. Он оставил девушку одну. Невидящим взором Гвен уставилась на пищу: хлеб, сыр, пирожки с мясом и большую бутыль вина.

И вдруг Гвен почувствовала, что что-то про­исходит… Какое-то тепло возникло внутри. Это ощущение промелькнуло золотистым лучом и было настолько мимолетным, что девушка чуть не разрыдалась, когда оно исчезло. Но она по­чувствовала, как в ней разливается сила и не­обычная радость, появившиеся при мысли, что, возможно… прошлой ночью она зачала ребенка от Тайриана.