Русь. Легенда о Рюрике - Сергей Короп

Покачнулся Чеслав, чуть было не свалившись. Под ногами шастали княжьи собаки, подъедая упавшую со стола снедь. Пролилось вино игристое, образовав небольшую лужу. Тут же кинулись псы вылизывать пахучую жидкость…В мгновение ока, с собаками начало твориться неладное. Они, скуля, подыхали…

Повисла в воздухе рука князя на полпути к кубку, и стало вдруг тихо. Даже на дальних столах замерли от гневного крика молодого супруга.

– Травить меня вздумал?! – указал перстом князь на псов, бившихся в предсмертных конвульсиях. – Не удалось по дороге убить меня, так ядом решил прикончить?!

Чеслав стоял белее снега. По его лицу было видно, что он сам поражен увиденным не меньше Годолюба.

– Клянусь, княже, нет моей вины здесь…

– Молчи, лиходей! К столбу его! – гневно повелел князь.

Несколько дюжих молодцов скрутили руки десятнику, и потащили к столбу, стоявшему посредине двора.

– Сам допрошу его, – отстраняясь, от попыток Умилены удержать его, сказал князь. – Все мне расскажет! И, как двоих воинов погубил, и как на мою жизнь покусился!

Привязав десятника, стражники отошли на несколько шагов назад, давая возможность Годолюбу самому строить допрос.

– Гляди, какого змея пригрел я на груди своей, – сказал он, пронизывая взглядом Чеслава.

– Нет на мне вины, княже…!

– Ты еще смеешь брехать?!

– Клянусь… Не я, наполнил вином тот кубок…

– Кто же, по-твоему?

– Мне его дал…

Стрела, выпущенная Лотарем, пронзила сердце десятника. Голова безсильно свесилась на грудь, а грузное тело осело вниз.

– Тварь подлая! – воскликнул Лотарь, опуская лук. – Никто не смеет покушаться на нашу семью!

Годолюб взглянул на сводного брата и безнадежно махнул рукой.

– Зря ты его… Он что-то поведать хотел.

– О чем может поведать продажный пес?

– Может, сообщники были у него?

Подошла Едвига, наблюдавшая издали эту расправу.

– Ежели были сообщники, значит, и их разыщем. Я сама займусь этим. Самолично. Ты правильно поступил, Лотарь, убив негодяя.

– Только свадьба теперь испорчена, – хмуро молвил Годолюб. – Уберите его! – приказал стражникам. – Вывезите за городские ворота и предайте земле. Погребального костра для него, не будет!

Спустя некоторое время после свадьбы Годолюба и Умилены, Едвига наведалась в свою маленькую лесную крепость. Как и в прошлый раз, княгиня была в сопровождении верного Неврата, исполнявшего обязанности телохранителя и следопыта. Увидев у крыльца привязанную лошадь Зигфрида, Едвига заметно повеселела. На этот раз, молодая вдова не оставила Неврата караулить у дверей, а велела следовать за ней. Войдя в горницу, оба увидели Зигфрида жадно поглощающего пищу. В одной руке он держал баранью лопатку, а в другой кружку с пивом. Каждый раз, откусывая большой кусок мяса, воин тут же прикладывался к хмельному напитку. Судя по его движениям руками, можно было с уверенностью сказать, что он уже окончательно выздоровел после тяжелого увечья плеча. Сквозь глазные прорези маски на Едвигу смотрели зеленые, вертикальные зрачки не то человека, не то рептилии.

– Рада видеть тебя, Зигфрид! – княжна подошла к столу и села напротив. Неврат остался стоять у двери.

– Хорошая у тебя еда, вкусная, – ответил Зигфрид, вытирая засаленные губы тыльной стороной ладони.

– Насытился?

– Вполне.

– Тогда перейдем к делу. Ты все передал Готфриду?

– Дословно. Как ты велела.

– Каков был его ответ?

– Он согласен.

– Говори, я слушаю, – Едвига оглянулась на Неврата. – Он мой страж и следопыт.

Зигфрид согласно кивнул. Отодвинув снедь, он сказал:

– Готфрид быстро согласился взять Рерик и Умилену. Он не простил ей отказа. Только на длительную осаду у него не хватит сил.

– О длительной осаде речь не шла. Я найду способ отворить городские врата. Он захватит Рерик внезапно.

– Ежели так, то проси короля, о чем хочешь.

– Единственное, что мне нужно, это вернуть княжеский трон, и усадить в него настоящего правителя – Лотаря.

– Твоего сына?

– Да.

– Не думаю, чтобы король возражал. Все справедливо: ему любимая невеста, тебе – княжество. Но, где обещанное мне?

– После. Сначала договорим о главном. Когда Готфрид прибудет с войском?

– К следующей весне.

– Долго ждать.

– Ничего не поделаешь. Сейчас он отправился собирать дань. Осень и зима создают трудности передвижения. Надо ждать весны.

Едвига от досады закусила губу.

– Ладно, ничего другого не остается, придется смириться и ожидать. Теперь, что касается ребенка Мариньи. Он, – Едвига, кивком, указала на Неврата, – лучший следопыт в Рерике…

– Мне безразлично кто он. Ты знаешь, кто мне дал поручение найти детеныша воительницы.

– Знаю.

– Тогда я не буду говорить, что с нами будет, если не удастся разыскать этого выродка.

В разговор вмешался Неврат.

– Пока известно одно: берсерки с детенышем находятся под сенью Волка – жреца. Он дал им приют.

– Где обитает этот Волк, известно?

– На дальних болотах. Скоро я смогу назвать их точное местопребывание. Уж очень надежно их укрыл этот волхв.

Зигфрид поднялся во весь рост и неторопливо подошел к следопыту. Приблизившись, он пристально стал вглядываться Неврату в глаза. От чего тому стало не по себе.

– Найди их, Неврат, – шепотом произнес Зигфрид, – иначе все сдохнем.

Следопыту вдруг почудилось, что перед ним стоит огромный змей. В ногах он почувствовал тяжесть, а на лбу выступила испарина.

Всю обратную дорогу, Неврат пребывал в удрученном состоянии духа. Он не видел ничего вокруг, кроме зеленых драконьих глаз Зигфрида. И только когда подъехали к городским воротам Рерика, он вздрогнул от легкого прикосновения руки княжны.

– Что с тобой, Неврат? – спросила она.

– А?… Нет-нет… все в порядке. Просто взгляд этого Зигфрида… какой-то не человеческий.

– А чей, собачий? – усмехнулась молодая вдова.

– Драконий, – вздрогнув, ответил следопыт. Голос его был похож на шипение змеи.

ГЛАВА 4

«Тысячи свечей можно зажечь от единственной свечи, и жизнь ее не станет короче. Счастья не становится меньше, когда им делишься».

Жизнь продолжается независимо от происходящих в ней событий. Произошли перемены и в жизни молодой четы. Спустя девять месяцев у Годолюба родился сын. На седьмой день, обрезав пуповину, нарекли его – Рюриком.

– Рюрик! Великим князем станешь! – сиял от счастья молодой отец, бережно прижимая первенца к груди. – Полетишь Соколом, покоряя чужеземцев и прославляя наш символ – Огнебога-Семаргла!

Ворон принял дитя из рук князя. Солнце из-за горизонта показало свои первые лучи. Подняв новорожденного Рюрика над головой, волхв начал поворачиваться, на четыре стороны, громко приговаривая:

– Стань вровень с предками и богами! Не верь! Не бойся! Не проси! Живи по канонам: око за око! Зуб за зуб! Будь достоин и справедлив! Божьим внуком ощути себя! Сила Великая! Благодарность воздает Тебе, сей родившийся воин, нареченный Рюриком! Наполни его Духом Ветра, Даром Земли, Мощью Огня и Силой Воды!

Ярко сверкнуло солнце, подул легкий ветерок, подняв придорожную пыль. Ворон продолжал держать ребенка над головой, закрыв глаза и беззвучно шевеля губами, читал воззвания к богам. Внезапно пошел дождь, и так же внезапно прекратился. Волхв облегченно вздохнул, и передал ребенка отцу.

– Боги будут опекать Рюрика, – проговорил он.

– Благодарю тебя, жрец!

– Человек должен научиться договариваться с Природой. Она прекрасна и могуча, – ответил Ворон.

Войдя в княжий терем, Годолюб вернул сына Умилене, а сам уединился с волхвом в гриднице, чтобы никто не смог их подслушать.

– Что ты хотел мне поведать, Ворон? – спросил счастливый отец.

– Предупредить.

– Предупредить? О чем?

– Об опасности, князь.

– Не думаю, что мне может что-то грозить. Виновный Чеслав казнен!

– Видение Бродячей Девы говорит об обратном.

– Отравителя больше нет, жрец, – Годолюб пытался убедить подозрительного старика, – сам видишь, сколько времени минуло. Сын уже родился, и никто с тех пор больше не делает попыток меня убить.

– Враг затаился. Да и в виновность десятника мне не очень верится. Не все так просто, как кажется.

– Ладно, молви. Что делать надобно? – махнул князь рукой.

– Для начала, поставь стражников у двери Рюрика. Кормилицу и няньку сам подберу. Те, что сейчас, мне не очень по душе. Дитя будет под моим надзором.

– Добре, Ворон.

Брови жреца хмурились. Уставившись взглядом в одну точку, он поглаживал белую бороду. Князь терпеливо ожидал. Пауза длилась недолго. Словно очнувшись, старик легонько стукнул посохом об пол.

– И еще, князь, ты бы удвоил ночную стражу на городских воротах, и разослал бы разведчиков за окрестности Рерика.

– Хазары не сунутся, варяги, тоже… Хотя… Лады, сделаю как велишь.