Долг и страсть - Оливия Дрейк

Поморщившись, Алекс сел, опираясь на подушки, согнув одну ногу и положив руку на колено. Он явно чувствовал себя неловко, и Лора знала, что это никак не связано с его наготой.

Он отвернулся, глядя в темноту комнаты, затем потер лоб, видимо, ища предлог, чтобы не отвечать. Он бросил на Лору сердитый взгляд, сделал глубокий вдох и с шумом выдохнул.

– Если настаиваешь, то знай: моя мать действительно сбежала от отца. Это случилось, когда мне было тринадцать лет. Я приехал домой из Итона на летние каникулы и обнаружил, что она уже исчезла.

– О Алекс, сочувствую тебе. Твой отец жестоко обращался с ней? Она сбежала, опасаясь за свою жизнь?

Алекс саркастически усмехнулся.

– Опасаясь за свою жизнь? Едва ли. Она сбежала с другим мужчиной.

Ожидая услышать обвинения в адрес старого графа, Лора смотрела на Алекса, потрясенная до глубины души.

– С другим мужчиной!

– Да, – сказал он холодно. – Насколько я помню, моя мать всегда была склонна к любовным романам на стороне. Отец постоянно угрожал развестись с ней, но не делал этого.

Алекс продолжил бесстрастным тоном описывать шумные ссоры между родителями, и Лора была шокирована представившейся ей картиной. Ей захотелось утешить Алекса, который, казалось, полностью погрузился в воспоминания, но она опасалась, что если прервет его, он замолчит. Поэтому, крепко обняв подушку, Лора, затаив дыхание, слушала, как он описывал непостоянство своей матери, которая могла одарить его и старшую сестру щедрыми подарками, а потом не общаться с ними месяцами, пока не закончится очередной флирт. Он также рассказал о своем суровом отце, который тщетно пытался обуздать невоздержанность жены и прекратить ее бесконечные романы.

Раньше Лора была готова презирать старого графа за его отвратительный жестокий поступок, когда тот сбросил с лестницы щенка Алекса. Однако теперь она поняла, что оба родителя были виновны в этом происшествии. Бланш знала, что ее муж не любит домашних животных, и тем не менее подарила Алексу щенка. Она постоянно провоцировала мужа своим безответственным поведением.

И Алекс был вынужден жить в такой обстановке.

Не это ли имела в виду леди Жозефина, когда рассказывала о его родителях? «Меня шокировало то, как они иногда кричали друг на друга! Должна сказать, в то время Александр был свидетелем их многочисленных ссор».

Лоре хотелось плакать от обиды за беззащитного мальчика, который был лишен счастливого беззаботного детства. Воспользовавшись паузой в его рассказе, она тихо спросила:

– Что произошло потом… после того как твоя мать сбежала?

Алекс мельком взглянул на Лору.

– Мой отец, конечно, бросился в погоню за ней и ее любовником. Но ему не удалось поймать их. Они намного опередили его и прибыли в Дувр, откуда отправились на континент. – Алекс сделал паузу, лицо его помрачнело. – Судьбе было угодно, чтобы корабль их затонул во время шторма. Моя мать и ее любовник погибли.

На глазах Лоры выступили слезы. Она переживала не за его мать, а за Алекса, чей взгляд на брак приобрел мрачный оттенок из-за отношений между его родителями. Стоит ли удивляться, что он женился не по любви, а лишь руководствуясь плотскими желаниями?

Глядя куда-то мимо Лоры, он продолжил:

– Моему отцу каким-то образом удалось замять скандал. Он распространил историю о том, что его жена отправилась в путешествие по Италии. Я сомневаюсь, что кто-нибудь в обществе поверил в это, но все по-прежнему оказывали ему уважение благодаря его высокому социальному положению.

– А как отнеслись к гибели ее любовника? – тихо спросила Лора. – Его смерть, разумеется, должна была вызвать много вопросов. Как этот джентльмен и леди оказались на одном корабле…

– Он никогда не был джентльменом. Его держали на службе в игорном доме, и по своему статусу он относился к периферии общества. – Алекс скривил губы. – Да, графиня Копли отказалась от прежней жизни, от своего мужа и семьи ради побега с простым прислужником.

Выражение обиды на печальном лице Алекса разрывало сердце Лоры. Неудивительно, что порой он выглядел замкнутым и холодным. Теперь стало ясно, почему в нем проявлялся собственнический инстинкт по отношению к ней. Она поняла, какую боль причинила ему, потребовав купить ей дом в качестве условия, при котором она родит ему наследника. Алекс опасался, что она тоже может сбежать, оставив его одного.

Учитывая бегство его матери, Лора нашла удивительным его согласие подписать официальный документ. Несомненно, этот его поступок означал, что он испытывал к ней глубокие чувства.

Оставив подушку, Лора стремительно приблизилась к Алексу на постели и обвила руками его шею.

– О, дорогой! Я очень хотела бы стереть из твоей памяти все эти печальные воспоминания и заменить их радостными.

Он обнял ее за талию и напряженно вгляделся в ее глаза. Затем отвел взор, словно пытаясь сохранить атмосферу отчужденности.

– Все это не имеет значения, – сказал он. – С прошлым покончено раз и навсегда.

Однако Лора знала, что не покончено. Прошлое накладывало на Алекса свой отпечаток, делало его настороженным и холодным, когда кто-то пытался проникнуть слишком глубоко в его чувства. И поэтому он смотрел на мир ироничным взглядом. И этим объяснялось, почему он никому не доверял в достаточной степени, чтобы открыть свое сердце.

Лора коснулась его щеки и провела пальцем по шраму, который нанесла ему много лет назад. Он не доверял ее мнению в отношении ее отца, поскольку никогда не испытывал уважения к своему родителю.

Она повернула к себе его лицо.

– Твое прошлое навсегда останется с тобой, но ты не должен позволять ему влиять на тебя. И я хочу сказать, что обожаю прекрасного мужчину, каким ты стал теперь.

Губы Алекса тронула чуть заметная холодная улыбка. Он развязал пояс ее халата, и его рука, проникнув внутрь, коснулась интимного местечка.

– И ты обожаешь также то, что я делаю с тобой.

Лора судорожно втянула воздух, почувствовав охватившее ее желание. Она схватила Алекса за запястье, чтобы остановить возбуждающую ласку.

– Да, ты абсолютно прав. Но кроме того, есть еще кое-что. Пожалуйста, не отвлекай меня, когда я пытаюсь поговорить с тобой о чем-то важном.

Его палец продолжал совершать вращательные движения, и дыхание Лоры участилось.

– Нет ничего важнее этого.

– Есть. Это любовь.

Рука Алекса замерла, и он пристально посмотрел на нее своими темными глазами. Полностью завладев его вниманием, Лора прильнула к нему и прошептала, касаясь губами его губ:

– Я люблю тебя, Алекс. Это то, что действительно важно. Я люблю тебя всем сердцем и душой.

Отчужденность в его глазах исчезла, и на лице отразился целый поток эмоций. Лора лишь мельком уловила их, прежде чем Алекс притянул ее к себе на колени и приник к ее губам глубоким жадным поцелуем. Он стянул халат с ее плеч и начал гладить шелковистую кожу, словно впервые изучая округлости ее тела.