Куртизанка - Дора Моссанен

Симона сцепила руки за спиной, чтобы унять дрожь. По шее поползла струйка пота. Чтобы не упасть, она прислонилась к дверному косяку. Она-то не знала, как погиб Кир. Откуда ей было знать, если она даже не видела его тела, если ее мужа лишили права на достойные похороны?

Месье Амир зажал в пальцах огурец и резким движением ножа отхватил его кончик, который отлетел к ее ногам и упал на ковер.

— И мне известно о его лошади.

Она покачнулась и схватилась рукой за дверной косяк. В ушах у нее шумела кровь. В газетах об этом не появилось ни строчки, так что только тот, кто был свидетелем или участником убийства Кира, мог знать такие подробности о его смерти, равно как и об отрезанном ухе его коня. Он больше не вернется к ней. Он был убит выстрелом в грудь, и его сердце разорвалось на кусочки.

— Приношу свои извинения за то, что расстроил и напугал вас. Не хотите ли стакан воды? Вы побледнели. Может быть, вам все-таки лучше присесть?

Симона медленно прошла в гостиную, села и обхватила голову руками.

— Простите мне мою резкость, — произнес он, — но не в моем характере обмениваться ничего не значащими любезностями, у меня для этого не хватает ни терпения, ни времени. Теперь вы мне верите? Должен добавить, что способ убийства Кира довольно-таки необычен, поскольку в Персии предпочитают применять для расправы с неугодными нож. — Четки вновь замелькали и защелкали в его пальцах, и он крикнул: — Найтшейд! Несите угощение! Поторопитесь, чтобы наша гостья не сочла нас негостеприимными.

Симона взглянула на молельные четки, которые он перебрасывал из одной руки в другую.

— Откуда вам известно о Кире и его лошади?

— Всему свое время, моя дорогая, — откликнулся он, пряча четки в кулаке. — Мы с вами должны научиться доверять друг другу. Я едва не напугал вас до смерти, пытаясь завоевать ваше доверие.

— Месье, я очень далека от того, чтобы доверять вам. Напротив, вы возбудили мои подозрения. Откуда вам известны подробности гибели Кира? И как могло случиться, что он был знаком с вами?

Месье Амир вновь откинулся на спинку кресла и устремил взгляд куда-то вдаль.

— Я — временный поверенный в делах двора. Я познакомился с Киром, как только его назначили личным ювелиром шаха. Мои частые поездки из Франции в Персию и обратно позволили мне получить доступ к конфиденциальной информации. К несчастью, я был вынужден уехать во Францию в тот день, когда убили Кира.

Поскольку сейчас месье Амир оставался ее единственной надеждой, она решила быть откровенной.

— Кир предполагал, что мне придется обратиться к вам в том случае, если я буду нуждаться в помощи во Франции.

— Я не удивлен. Он знал о том, что моя супруга — француженка и что большую часть времени мы проводим именно здесь. Он нашел меня беспристрастным и непредубежденным, в отличие от большинства персов, и понял, что может на меня положиться, когда он, в конце концов, переберется сюда жить вместе с вами. Вам известно, разумеется, что он подумывал о переезде.

Симона ничем не выказала своего удивления. Кир никогда не заговаривал с ней об этом. Что это было — очередное предательство или же попытка защитить ее? Решив пока что оставить без внимания этот вопрос, она заявила:

— Я намереваюсь отыскать убийцу Кира. Вы, случайно, не знаете, кто мог желать его смерти?

Месье Амир поджал свои губы цвета карамели.

— Вы — храбрая женщина и заслуживаете искреннего и честного ответа. Вам, должно быть, известно, что я посетил ваш новогодний прием. Я увидел там месье Жан-Поля Дюбуа и, должен вам заметить, потрясен тем, что вам удалось заманить его в Париж. Отсюда вытекает предположение, что и вы, в свою очередь, заподозрили его. Но я настоятельно советую вам более не заниматься расследованием убийства Кира. Я обещал Киру приглядывать за вами. И я сделаю все, что в моих силах, дабы выполнить это обещание.

— Месье Амир, я вполне способна постоять за себя. Собственно говоря, месье Жан-Поль Дюбуа пригласил меня посетить Намакваленд, и я приняла его приглашение. Если вы намерены защитить меня, расскажите мне все, что вам о нем известно. Тогда я буду лучше подготовлена для того, чтобы справиться с ним.

— Не едьте туда, Симона. Он опасен. Лучше оставьте это дело.

Теперь, когда она узнала, что на него возложена роль ее негласного телохранителя, Симона поняла, что жизнь ее в очередной раз совершает непредвиденный поворот. Она отчаянно нуждалась в помощи Амира, а он, совершенно очевидно, оставался равнодушен к ее чарам. А вот его супруга производила совсем иное впечатление: она выглядела женщиной чистой, непорочной и готовой на все. Несколько простых манипуляций — и чудо вполне может свершиться.

— Месье Амир, я хочу предложить вам сделку. Я излечу вашу супругу от фригидности. Если мне это не удастся, я забуду об убийстве Кира. Но если у меня все получится, вы обещаете оказать мне поддержку в моем предприятии, рассказав все, что вам известно о господине Жан-Поле Дюбуа.

Глаза Амира непроизвольно устремились ко входной двери.

— В самом деле, интересное предложение. Мы нужны друг другу. Вы нуждаетесь во мне, я нуждаюсь в вас, и мы оба нужны мадам Амир. — Он соединил указательные и большие пальцы в кольцо. — Мы связаны воедино. Если моя супруга несчастлива, то несчастливы и все остальные в нашем доме. Делайте то, что сочтете нужным, но знайте, это будет нелегко. — Встав и выпрямившись во весь рост, он потуже затянул пояс своего robe de chambre[49] и отвесил ей низкий поклон. — Вы, должно быть, устали с дороги. Найтшейд проводит вас в вашу комнату. Доброй ночи. — И он закрутил четки в суматошном танце на своем указательном пальце.

Симона, завороженная бешеным вращением янтарных бисерин, не смогла вымолвить ни слова.

Отблеск свечей в канделябре искрящимся водопадом рассыпался по граням красного бриллианта, закрепленного в узле его молельных четок.

Глава сорок вторая

Найтшейд повела Симону по коридору, устланному персидскими коврами. На стенах висели миниатюры на мифологические сюжеты. Распахнутые настежь двери по обеим сторонам открывали взгляду спальни, неподвижные и молчаливые, как могилы. Приготовленный для нее будуар с кашанским ковром[50], деревянным столиком для игры в триктрак и декоративным кальяном напомнил Симоне внутреннее убранство дома Ягхут. Домоправительница поспешила затворить окна.

— После полуночи ожидается буря. — Она потянула за шнур, висящий над изголовьем кровати. — Это звонок в мою комнату, на тот случай, если вам что-нибудь понадобится.