Просто совершенство - Мэри Бэлоу

Если бы Джозеф не предложил доставить в Лондон мисс Мартин и двух ее учениц, он поддался бы искушению проделать длинный путь всего за один день. Но о своем предложении он не жалел. Эта любезность не стоила ему почти ничего, кроме разве что лишнего дня, проведенного в дороге. На всякий случай он отправился в путь верхом, действуя в своих же интересах. Длинная поездка в тесной карете со школьной учительницей и двумя ученицами – нешуточное испытание даже для его стальных нервов. Не говоря уже о нервах его попутчиц.

Два дня назад у него сложилось впечатление, что у мисс Мартин он вызвал острую неприязнь, но чем – он не мог даже вообразить. Как правило, он нравился женщинам, возможно, потому, что и они ему нравились. Но мисс Мартин едва сдерживала раздражение еще до того, как он попросил показать ему школу – только потому, что всерьез заинтересовался этим учреждением.

Экипаж и всадник спустились по склону холма к реке, некоторое время двигались вдоль нее, переправились через мост Пултни-Бридж и поспешили к школе.

Вспоминая знакомство с мисс Мартин, Джозеф невольно усмехнулся. Она оказалась зауряднейшей классной дамой и старой девой в одном лице, простое и практичное голубовато-серое платье скрывало ее фигуру от шеи до пят, несмотря на июньскую жару. Правда, каштановые волосы, безжалостно стянутые в узел на затылке, растрепались, словно от тяжелой работы, – должно быть, мисс Мартин и вправду приходилось нелегко. Она не была высока ростом или чрезмерно худа, но безупречно прямая спина создавала впечатление и внушительного роста, и худобы. Умолкая, она плотно сжимала губы, в ее серых глазах светился ум.

Джозеф испытал насмешливое удивление, вспомнив, что об этой женщине Сюзанна отзывалась с неподдельной теплотой и восторгом, как о своей лучшей подруге. Невозможно было представить себе, чтобы миниатюрная, жизнерадостная и прелестная виконтесса преподавала в этой школе. Но какой бы сухой и строгой ни показалась ему директриса, она наверняка знала толк в своем деле: ученицы и учительницы выглядели всем довольными, Джозефу пришлась по душе атмосфера школы. В отличие от многих учебных заведений гнетущей она не была.

На первый взгляд мисс Мартин по возрасту годилась Сюзанне в матери. Но, присмотревшись, Джозеф понял, что ошибся: она никак не могла быть старше его самого.

Тридцать пять лет для наследника герцогского титула – возраст, хуже которого не придумаешь. Необходимость исполнить свой долг, жениться и произвести на свет наследника давно тяготила Джозефа и вызывала тревогу еще до разговора с отцом. Теперь от нее уже не отмахнешься, оттягивать неизбежное дальше некуда. Много лет подряд он решительно сопротивлялся всем попыткам родителей женить его. При всех своих изъянах, а таковых насчитывалось множество, он был однолюбом. Разве он мог жениться, будучи безраздельно преданным любовнице? Но теперь и этот довод утратил смысл.

В дальнем конце Грейт-Пултни-стрит всадник и экипаж сделали крутой поворот и приблизились к воротам школы на Дэниел-стрит. Джозеф сразу понял, что кто-то караулил его приближение, стоя у окна: едва экипаж остановился, покачнувшись на рессорах, как двери школы распахнулись и на улицу высыпала толпа девочек – многочисленная и взбудораженная.

Некоторые визжали – вероятно, потрясенные видом и впрямь великолепной кареты, а может, и коня Джозефа: нанятый в местной конюшне, он не отличался чистотой кровей, но по крайней мере не хромал. А может, восторженный визг вызвал сам всадник – лестная мысль, хотя Джозеф считал, что он уже несколько староват, чтобы внушать романтические чувства школьницам. Несколько девочек то плакали, утирая глаза платочками, то обнимали двух подружек в плащах и шляпках – очевидно, это и были путешественницы. Еще одна девушка – точнее, юная леди тремя-четырьмя годами старше остальных – безуспешно пыталась уговорить учениц построиться парами. Джозеф сделал вывод, что это одна из учительниц.

Престарелый привратник с кислым лицом, в тех же скрипящих сапогах, которые Джозеф видел на нем два дня назад, вынес на крыльцо два саквояжа и впился в кучера Джона взглядом, без слов возлагая на него обязанность погрузить багаж в карету.

Одна из юных путешественниц болтала без умолку со всеми, кто соглашался слушать ее, а таких было немного. Остальные плакали.

Джозеф с добродушной усмешкой наблюдал за этой суматохой.

Наконец из дверей школы вышла мисс Мартин, и шум в толпе утих, только вторая путешественница продолжала всхлипывать. Появившаяся вслед за директрисой учительница обращалась с подопечными гораздо увереннее, чем молоденькая, которой так и не удалось построить девочек парами.

– Девочки, вы ведь упросили мисс Уолтон выпустить вас на улицу и даже вытащили с собой ее. Вы попрощались с Флорой и Эдной за завтраком, не так ли? Значит, теперь вам пора в класс.

– Мы вышли попрощаться с мисс Мартин! – громко объяснила одна смелая и смышленая на вид ученица, и остальные зашумели, поддерживая ее.

– И поступили весьма похвально, – согласилась учительница, глаза которой насмешливо сверкали. – Но мисс Мартин было бы гораздо приятнее увидеть, что вы умеете сами строиться в две шеренги и вести себя, как подобает леди.

Девочки охотно подчинились.

Тем временем мисс Мартин оглядела сначала экипаж, затем лошадь Джозефа и наконец его самого.

– Доброе утро, лорд Аттингсборо, – отрывисто произнесла она.

Она оделась в опрятный, но неприметный серый плащ и скромную шляпку – пожалуй, в самый раз для хмурого, довольно прохладного, несмотря на лето, дня. Привратник вынес за ней один, но довольно большой чемодан, несомненно, принадлежащий ей, дотащил его до кареты и сам попытался бы взвалить на крышу, если бы не решительное вмешательство Джона.

– Доброе утро, мисс Мартин, – отозвался Джозеф, снимая шляпу и склоняя голову. – Вижу, я прибыл не слишком рано.

– В нашей школе не принято спать до полудня, – сообщила она. – Вы намерены скакать верхом до самого Лондона?

– Пожалуй, нет, мэм. Но большую часть пути экипаж будет полностью предоставлен вам и вашим ученицам.

Ее строгое лицо осталось непроницаемым, но Джозеф мог бы поручиться, что она испытала облегчение. Мисс Мартин обернулась к девочкам.

– Эдна, Флора, не будем заставлять его светлость ждать, – сказала она. – Будьте добры, садитесь в карету. Кучер вам поможет.

Она оставила без внимания плач, вновь поднявшийся в ровных шеренгах учениц, и терпеливо дождалась, когда две юные путешественницы обнимутся с каждой по очереди. Пока девочки забирались по ступенькам в карету, мисс Мартин, в свою очередь, прошла вдоль шеренг и одарила каждую ученицу поцелуем в щеку.