Поцелуй во мраке - Кимберли Логан

В это время Тристан снова застонал, и Дейрдре, забыв обо всем на свете, приблизилась к кровати и стала пристально глядеть графу в лицо.

Он лежал на спине, светло-голубая простыня сбилась в сторону, обнажив покрытую капельками пота бронзовую грудь. С силой сжав зубы, Тристан запрокинул голову. Казалось, демоны подвергают его пытке, а он отчаянно пытается противостоять им.

Господи, он уже довольно страдал! Дейрдре задохнулась от жалости и сочувствия. Она протянула руку, осторожно дотронулась до его сильного, мускулистого плеча и мягко проговорила:

– Тристан. Тристан, ты слышишь меня? Это Дейрдре. Проснись. Тебе снится кошмар.

Граф очнулся, но не сразу понял, что с ним происходит и кто перед ним. Ему был непонятен смысл обращенных к нему слов. Зловещий призрак с темными глазницами и со шрамом через всю щеку продолжал маячить перед его глазами. Мысли метались с лихорадочной скоростью.

Почувствовав прикосновение ладони к своему плечу, он проворно извернулся и схватил призрака за запястье. Потом за второе. Через мгновение ему удалось свалить своего врага на кровать рядом с собой.

– Тристан, пожалуйста! Это я!

Пронзительный крик тотчас же стер пелену с его глаз, заставил прийти в себя. С удивлением он обнаружил в своей кровати Дейрдре, на лице которой были написан ужас и смятение.

Глубоко вздохнув, он разжал пальцы и отпустил ее.

– Господи, Дейрдре! Я тебя напугал?

– Д... да. Ничего, пройдет.

Ее голос прозвучал робко и неуверенно. К щекам Тристана прилила кровь. Он сел спиной к Дейрдре и опустил ноги на пол.

– Клянусь, я не знал, что это ты. Я думал...

– Тебе снилось что-то страшное? – Он почувствовал движение за своей спиной, и вдруг ее пальцы осторожно скользнули вдоль его позвоночника. Его кожа покрылась мурашками. – Я слышала, как ты стонал, и потому пришла сюда.

– Извини. Я вовсе не хотел мешать тебе спать.

– Ты не помешал. Я еще не ложилась. – Прошла, вероятно, целая минута, прежде чем она снова заговорила: – Ты во сне звал Эмили. Она тебе снилась?

Черт! Меньше всего ему хотелось вспоминать то, что ему снилось. Но что-то в голосе Дейрдре подействовало на него так, что ему вдруг захотелось довериться ей, рассказать о том, что его тревожило, не давало покоя.

– Мне снилось, что я снова в том переулке в Тотхилл-Филдз, – грубоватым голосом проговорил он и пригладил дрожащей рукой свои растрепавшиеся волосы. – С моей матерью и тем ублюдком, который ее убил. Он смеялся, приставил к ее горлу нож и говорил, что сейчас зарежет ее. – Тристан нервно втянул воздух. – Мне хотелось подбежать к нему, выхватить у него из рук нож и воткнуть его этому дьяволу в живот, но почему-то я не мог пошевелиться, словно меня парализовало. Я отчаянно пытался сдвинуться с места, но безрезультатно. Потом увидел свою мать распростертой на земле. Ее глаза смотрели на меня. – Он чуть помолчал. – Но это уже было лицо не матери, а Эмили.

– О, Тристан! – Нежные руки обняли его за плечи. Тристан замер, не в силах дышать. Ее шелковистая щека коснулась его спины. – Бедный, бедный...

О, как приятно было это прикосновение! И какое удовольствие сознавать, что рядом с тобой есть кто-то, готовый утешить тебя! Он осторожно прикрыл руку Дейрдре своей ладонью и прижал ее к сердцу.

– Каждую ночь, засыпая, я думаю только о ней. Все ли с ней в порядке, сыта ли она, не мерзнет ли где-нибудь на улице, не дрожит ли от страха? Не нашел ли ее Флинт? – Тристан снова закрыл глаза. – Даже представить себе не могу, что я буду делать, если потеряю ее.

– Этого не случится, – проговорила Дейрдре, ее легкое дыхание коснулось его плеча. Тристану показалось, по его телу скользнуло легкое перышко... Несмотря на высокие мысли и чувства, всколыхнувшие его душу, мужское естество графа во весь голос напомнило о себе. Скорее всего, Дейрдре пока не обнаружила, что, кроме плотно обернутой вокруг его торса простыни, на нем ничего нет, подумал Тристан.

– Ты не один, Тристан, – прошептали ее губы, – и мы непременно найдем Эмили. Обязательно.

Он наконец смог сделать вдох. Голос виконтессы звучал так естественно и уверенно! Почему у него никак не получается держать эту женщину на расстоянии? Каждый раз, когда он возводит между ними стену, она легким, непринужденным движением тут же ее разрушает. Не прикладывая к этому никаких усилий.

Тристан с радостью откликался на все, что она ему предлагала. По какой-то неизвестной ему причине он рассказал Дейрдре о своих страхах, опасениях, сомнениях, он выдал ей долго и тщательно оберегаемые тайны. Когда они приехали в ее дом, Тристан поторопился скрыться в комнате для гостей, чтобы остаться в одиночестве и привести свои чувства в порядок, утишить тревогу.

Но сейчас ему вовсе не хотелось успокаиваться. Вероятно, здравый смысл окончательно оставил его. И может, к лучшему. Порой разумнее прислушаться к голосу интуиции.

Осторожно высвободившись из ее рук, он посмотрел на Дейрдре. И тотчас же понял, что совершил непоправимую ошибку. Над ее головой парил медный дым кудрей. Мягким каскадом они опускались на узкие плечи, струились по тонким рукам и груди. Белая шелковая рубашка мягко обрисовывала ее изящные формы, подчеркивая их хрупкость и совершенство. Она была воплощенным искушением.

Он стиснул зубы и плотнее прижал к бедрам простыню. Титаническим усилием воли граф заставил себя отвернуться и сказать:

– Яочень ценю твое участие, Дейрдре, но теперь тебе лучше уйти, в свою комнату.

Она удивленно вскинула брови и спросила:

– Но почему? Что случилось?

– Ничего.

– Я не верю. Ради Бога, Тристан, объясни, в чем дело! Ты же просто рычишь на меня!

Все, хватит! Он вскочил с кровати и повернулся к ней лицом, не пытаясь больше скрывать свое состояние.

– Ты хотела знать, что случилось? Если ты задержишься в комнате хотя бы на минуту, боюсь, я наброшусь на тебя. И потом уже не смогу остановиться.

Ее глаза округлились и опустились вниз. Она увидела обнаженную фигуру графа, откровенно свидетельствовавшую о его намерениях. Дейрдре схватилась рукой за горло и застыла на месте.

Внезапно повисшая пауза, казалось, никогда уже не прервется. Наконец она заговорила. Очень тихо, так, что ее слов почти не было слышно. Но Тристан уже по выражению лица Дейрдре догадался о том, что она сказала.

– Может быть, я тоже хочу тебя.

Граф прекрасно понял, что она имела в виду. Но это так хорошо, что не могло быть правдой. Ему хотелось сейчас только одного – прижать Дейрдре к своему телу, зарыться лицом в ее волосы, ощутить под своими пальцами ее шелковистую кожу и забыть об Эмили. Обо всех навалившихся на него проблемах. Но он должен быть уверен, что она тоже хочет этого.