Тайное сокровище - Соня Пелтон

Отем кивнула, ей нравилось, что Барри стал обращаться к ней «госпожа» вместо «принцес­са». Она понятия не имела об истинном проис­хождении своего рода, поскольку тогда, когда были живы родители, девочку не заботил этот вопрос. Все проблемы семьи решал отец, и четы­рем сестрам он казался всемогущим королем. А сейчас и он, и матушка погибли от рук пре­ступников, сестры исчезли. И драгоценный ка­мень – если он существовал на самом деле – никогда не найдется. Все потеряно.

Отем тряхнула толовой, и длинные косы за­плясали по плечам. В ушах снова послышался лай собак, будто они шли по горячему следу. Она поморщилась, отгоняя видения.

– Мир так велик, – сказала она, – где нам искать? Откуда начать?

Встревоженный взгляд Барри прояснился.

– А, госпожа, не волнуйтесь. Мы уже нача­ли долгое путешествие.

Этой ночью Отем опять снился тот же самый мужчина в одежде лесничего, но затем его кос­тюм превратился в королевский наряд. Все сест­ры шли к ней, радостно улыбаясь, и в их глазах не было страха. Слезы счастья затуманили взор Отем. Сон продолжался. Девушка услышала незнакомый голос, говоривший, что ей надо ехать не в Лондон, а в Ноттингемшир: там она найдет свою сестру. Но которую? Винтер?

Винтер присутствовала в этом сне, кто-то гнался за ней. Отем вновь послышался лай со­бак. Они уже подбираются к жертве … Вон там! Отем увидела сестру. Винтер неподвижно стоя­ла в золотистом свете заходящего солнца. Серд­це Отем тревожно забилось. Свора собак в беше­ной погоне пронеслась мимо Винтер и исчезла из сновидения.

Отем проснулась, тяжело дыша, в сознании мелькали обрывки сна. Она снова была дома и видела зеленые леса и поля цвета старого золота вокруг Уиндрашского замка. Но где ее дом? Сколько миль придется пройти, чтобы добрать­ся до него? Почему рыцари Сатерленда не смог­ли отыскать это место? Может быть, Уиндраш находится не в Англии? Или существует лишь в ее воображении? И почему слово «отчим» при­ходит в этих странных снах?

– Мы уже достаточно отдохнули, – заявила Отем Барри, когда утреннее солнце заглянуло в узкие окна старого дома. Промасленная ткань, висевшая на окнах, превращала яркий солнеч­ный свет в золотистое сияние, в лучах которого Отем и Барри напоминали позолоченные древ­ние статуи, добытые крестоносцами.

– Ты видела еще один сон, принцесса.

Тихий вздох сорвался с уст Отем.

– Как ты узнал? – девушка пытливо смот­рела на него, забыв о вещах, которые склады­вала в мешок.

– Ты опять разговаривала. Мне показалось, что ты упоминала Ноттингемшир.

Отем удивленно распахнула глаза:

– Неужели? – она задумалась на мгнове­ние. – Да, ты прав, это был Ноттингемшир. Именно туда мы отправляемся и, я полагаю, найдем там мою сестру. Возможно, что мой За­мок тоже там.

– Этот Ноттингемшир далеко-далеко на севере.

Отем улыбнулась, и ее фиалковые глаза за­искрились:

– Я знаю. И все же мы поедем. Мы отдохну­ли, и путешествие будет приятным, ведь силы вернулись к нам. Выйди, Барри, я должна за­кончить свой туалет.

Уже в дверях Барри оглянулся – девушка погрузилась в размышления, решая, что делать дальше. Она вновь превратилась в чарующую принцессу, как будто золотой солнечный свет влил в нее новую энергию.

«Я должен идти», – сказал он себе.

Оставшись одна в прохладной комнате, Отем быстро оделась потеплее, потом задумчиво про­вела кончиками пальцев по коже лица, гадая, почему там возникло ощущение легкого пока­лывания несколько секунд назад, когда Барри пристально разглядывал ее в мягком свете, про­никавшем через промасленную ткань.

Это ничего не значит, он всего лишь хоро­ший друг, – решила она.

Отем тряхнула длинными распущенными волосами – все говорило, что волосы у нее яр­кие, как огонь, – расчесала пряди, собрала их, подняла высоко над головой и стала заплетать толстую косу. Затем быстро собрала вещи, про­бежала взглядом по старинной комнате, кото­рую занимала последние несколько дней, и вышла. Она слетела вниз по лестнице – кожаные туфли едва касались холодных камней. С сумками через плечо и подпрыгивающей тяже­лой косой девушка выбежала на порог и столк­нулась с Барри, выносившим свою сумку и ее многочисленные пожитки через заросший сор­няками вход. Он инстинктивно схватил Отем за руку, чтобы удержать от падения; они оказа­лись так близко друг от друга, что естественный аромат полевых цветов, исходивший от девуш­ки, щекотал ноздри Барри.

– Как приятно. Нам следовало бы постоять так подольше, – пробормотал он.

Отем посмотрела в бесстрастное, покрытое грязью лицо в нескольких дюймах от себя, ее рыжие волосы почти касались подбородка Бар­ри. И снова появилось то странное теплое пока­лывание, начавшееся в пальцах ног и распрост­ранившееся по всему телу, казалось, будто внут­ри засверкал солнечный свет.

Барри посмеивался, борясь с искушением по­дуть ей в ухо.

Отем отошла, бросив через плечо:

– Тебе следовало быть осторожнее. Не так ли?

– Э… – Барри на мгновение задумался. – Да. Но так приятно врезаться друг в друга. Разве ты думаешь иначе, госпожа-девица?

Отем скривила губки.

– Ах, Барри, – произнесла она с коротким смешком, – ну что мне с тобой делать?

– Все приятно испытать в первый раз… – начал Барри.

Но девушка уже не слышала этих слов, она шла к старому сараю выводить Гоуст.

Ханджфорд представлял собой небольшую деревушку на краю малозаселенного Веллингсфорда; деревня располагалась на пересечении Королевской дороги, идущей с востока на запад, и почтового тракта, идущего с севера на юг. Это был торговый центр для лесных жителей, крестьян, путешественников. В многочислен­ных комнатах гостиницы «Единорог» обычно останавливались на ночь один-два путника и кто-нибудь из жителей близлежащих селений. Время от времени появлялся кое-кто из коро­левских рыцарей замка Хенли пропустить пинту – другую, посмотреть на странников и послу­шать новости из дальних мест.

В тот вечер, когда Отем в накинутом капю­шоне, скрывающем лицо в тени, переступила порог гостиницы, там царило веселье. Но при появлении путницы постоянные клиенты пре­кратили громкие разговоры и разноголосое пе­ние, и в зале повисла тишина. Отем прошла через общую комнату мимо деревянных столов и скамеек, пробралась между небольшими сто­ликами и стульями и остановилась у стола с незажженной свечой.

Барри шел следом, позаимствовав по пути на одном из столиков свечу, чтобы зажечь их собственную.

– Эй, что ты себе позволяешь! – возмутился парень за соседним столом, когда гигант скло­нился над ним. Убирайся с моей дороги, болван!

– Болван? – ухмыльнулся Барри.