Просто совершенство - Мэри Бэлоу

– Сегодня Невилл рассказал мне, – сообщила Лили, – что вы пригласили мисс Хант в Элвесли на празднование годовщины.

Лорен поморщилась:

– Уилма привезла ее в гости и делала недвусмысленные намеки, которых не понял бы только слабоумный. Так она и выудила приглашение. Но пригласить мисс Хант пришлось бы в любом случае: к годовщине они с Джозефом наверняка будут помолвлены. Ни для кого не секрет, зачем дядя Уэбстер вызывал Джозефа в Бат.

– Значит, и вы недолюбливаете ее? – спросила Лили.

– Пожалуй, – призналась Лорен, – хотя и не могу объяснить почему. Слишком уж она…

– Безупречная? – подсказала Лили, понимая, что Лорен не слышала, как мисс Хант сомневалась в том, что у хозяйки Элвесли есть вкус, если ей вздумалось пригласить в Воксхолл вместе с аристократической компанией простую учительницу. – Уилма разбранила Джозефа за то, что вчера вечером он позволил герцогу Маклиту увести мисс Хант, а сам любезничал с мисс Мартин. Похоже, мисс Уилма опасается, что они увлекутся друг другом.

– Мисс Хант и герцог? – Лорен недоверчиво распахнула глаза. – Не может быть. Он производит впечатление приятного человека.

– Замечание с глубоким подтекстом, – оценила Лили. – Но я не могу не разделять ваши чувства, Лорен. Мисс Хант напоминает мне Уилму, только еще хуже. Уилма по крайней мере обожает сыновей. Можете вообразить, что мисс Хант кого-то обожает? Я – нет. Думаю, мы с вами могли бы…

В глазах Лорен вспыхнули искры, она перебила:

– Лили, неужели вы затеяли игру в сваху и разлучницу? Можно и мне с вами?

– Вы могли бы заодно пригласить в Элвесли и герцога, – подсказала Лили.

– На семейный праздник? – Лорен вскинула брови. – А это не покажется странным?

– А вы придумайте что-нибудь! Проявите изобретательность, – предложила Лили.

– Боже, вы считаете, она у меня есть? – Лорен грустно рассмеялась и вдруг оживилась: – Сегодня я слышала от Кристины, что мисс Мартин проведет часть лета в Линдси-Холле: сестра Кристины привезет туда на каникулы девочек из школы. Герцог Маклит и мисс Мартин выросли в одном доме как брат и сестра и недавно встретились после долгих лет разлуки. Он особенно доволен, хотя и она рада встрече. Может, я предложу ему возможность провести рядом с мисс Мартин несколько летних недель, прежде чем он вернется в Шотландию, а она в Бат?

– Блеск! – возликовала Лили. – Прошу вас, Лорен, постарайтесь, и посмотрим, что будет дальше.

– Это жестоко, – усмехнулась Лорен. – Знаете, что думает Сюзанна? Она убеждена, что Джозефу нравится мисс Мартин. Он уже несколько раз приглашал ее на прогулку, на светских приемах старательно развлекает ее – как вчера вечером в Воксхолле. Даже сегодня они вальсировали вдвоем. А где он сейчас, вы не знаете? И кстати, где она?

– Это самый невероятный роман из всех возможных, – ответила Лили, глаза которой заговорщически блестели. – Но Боже мой, Лорен, ведь она идеально подходит ему. Как никто другой. В отличие от мисс Хант.

– Уилма лопнет от злости, – заключила Лорен.

Дамы с усмешками переглянулись, а Невилл, граф Килборн, который сидел поблизости и слышал их разговор, как ни в чем не бывало изобразил любезную улыбку.

Глава 13

На следующее утро герцог Маклит явился с визитом сразу после возвращения Клодии и Сюзанны из библиотеки Хукема. Гостя провели в маленькую гостиную, где Клодия сидела в одиночестве, листая только что привезенную книгу. Сюзанна поднялась в детскую проведать Гарри.

– Клодия! – воскликнул герцог, входя в гостиную следом за дворецким. По своему обыкновению, колли кинулся к нему через всю комнату, заливаясь лаем и виляя хвостом. – Это твоя собака?

– Точнее было бы сказать, что я – ее человек, – объяснила Клодия, пока герцог чесал пса за ухом. – По крайней мере пока мы не подыщем ей новый дом.

– Помнишь Хораса? – спросил Маклит.

Хорас! Так звали спаниеля, которого Клодия обожала в детстве. Длинноухой тенью он следовал за ней повсюду. Улыбаясь, оба сели.

– Вчера вечером, когда я уже собирался покинуть бал, ко мне подошли виконт и виконтесса Рейвенсберг, – заговорил герцог. – И пригласили меня перед возвращением в Шотландию провести несколько недель в Элвесли-Парке. Похоже, в честь годовщины графа и графини Редфилд ожидается многолюдный прием. Признаться, я был удивлен – для подобных приглашений мы недостаточно хорошо знакомы. Но виконтесса объяснила, что ты как раз будешь гостить в соседнем Линдси-Холле, значит, я смогу после длительной разлуки побыть рядом с тобой еще несколько недель.

Он сделал паузу, вопросительно уставившись на Клодию.

Сжав руки на коленях, она молча изучала его лицо. Сюзанна и все ее подруги были явно очарованы герцогом и безоговорочно поверили ему – он рассказал им чистую правду, но утаил самое важное. Когда-то Клодия любила его со всем пылом юности. Их любовь была невинной и безмятежной – в отличие от расставания.

Клодия подарила Чарли свою девственность на безлюдном холме за отцовским домом.

Он поклялся; что вернется за ней при первой же возможности и объявит о помолвке. Крепко прижимая ее к себе и обливаясь слезами, он уверял, что будет любить ее вечно, как не может любить никто на свете. Конечно, Клодия тоже уверяла его в своей любви.

– Так что ты скажешь? – напомнил о себе герцог. – Стоит ли мне принять приглашение? С тех пор как мы снова встретились, у нас почти не было возможности поговорить, а нам надо так много сказать друг другу, столько вспомнить, узнать, насколько мы изменились. Новая Клодия нравится мне ничуть не меньше прежней. Вспомни, как мы были счастливы вместе! Даже родным братьям и сестрам редко удается так ладить друг с другом.

Клодия так долго носила в себе гнев, что иногда думала, будто он исчез, улетучился и был забыт. Но некоторые давние чувства укоренились слишком-прочно, стали частью ее существа.

– Мы не родные, Чарли, – отрывисто возразила она, – считать себя братом и сестрой мы перестали за год или два до твоего отъезда. Мы были влюблены… – Она не сводила с него глаз. Устроившийся у ее ног пес удовлетворенно вздохнул.

– Всему виной наша юность… – Его улыбка погасла.

– Зрелым людям часто кажется, что молодежь не способна любить по-настоящему, что ее чувства не имеют значения.

– Молодежи недостает мудрости, которая приходит с возрастом, – напомнил герцог. – Романтические чувства, вспыхнувшие между нами, были почти неизбежны, Клодия. Мы все равно переросли бы их. Они не оставили у меня ярких воспоминаний.

В глубине души Клодии пробудились ярость и обида – не за себя, а за девушку, которой она была когда-то. Эта девушка безутешно страдала много лет подряд.