Мой злодей - Линдсей Джоанна

Ребекку ужасно тошнило. Мало того, ей по нескольку раз приходилось пулей вылетать из покоев герцогини, чтобы найти укромное место, где ее выворачивало наизнанку. К счастью, тошнота изводила ее только по утрам.

— Я думала, что комнаты убирают другие горничные, — поморщилась Ребекка.

Флора снова фыркнула:

— Я никогда не позволяла этим спесивым особам убирать вашу комнату. Это моя обязанность.

— Но если ты обо всем догадалась, почему молчала?

— Ждала, пока вы соберетесь с духом все мне рассказать, — пожала плечами Флора. — Вот вы и собрались.

— У меня просто нет выхода, — вздохнула Ребекка. — Прошло пять недель с той ночи, как…

Ей было очень трудно сказать, что она отдалась мужчине, но Флора уже обо всем догадалась.

— И три недели назад должны были начаться месячные, — кивнула она.

— Да. Поэтому ты видишь, что больше ждать я не могу. Месяц-другой — и все заметят…

— Но у некоторых женщин живот начинает расти только на последних месяцах беременности.

— А у некоторых не бывает и утренней болезни. Но мне не повезло. Я надеялась, ты поможешь мне решить, что делать. Рассказать матери и предоставить ей искать выход или открыть секрет отцу ребенка?

— Он нравится вам настолько, чтобы выйти за него? Не важно, вы должны позволить ему…

— Не будем это обсуждать. Нет, я не горю желанием выйти за него замуж. Должно быть, муж из него выйдет прескверный. Правда, не знаю, каким он будет отцом.

— Надеюсь, вы понимаете, что выбор у вашей матери крайне ограничен. Ей либо придется купить вам мужа, что ей вполне по карману, либо найти хороший дом для вашего младенца.

— Не могу вынести мысли о том, что мой ребенок будет воспитываться у чужих людей, — немедленно ответила Ребекка.

— В таком случае…

— Не могу вынести мысли о том, что придется выйти за купленного жениха.

Флора закатила глаза к небу.

— Если вы уже решили пойти к отцу ребенка, зачем спрашивать у меня совета?

— Я ничего еще не решила.

Теперь в ее глазах Ангел решительно стал падшим. Никаких благородных свойств характера. Он всего лишь повеса. Распутник. И это отец ее ребенка!

— Честно говоря, — продолжала Ребекка, — я предпочла бы никогда больше его не видеть. Но вдруг ты что-нибудь придумаешь.

— Вы могли бы уехать, не только до родов, но и навсегда. Назваться вдовой и жить за границей. Возможно, ваша мать тоже согласится поехать.

Ребекка об этом не подумала и пока что думать не хотела. Во всяком случае, в их жизни грядут огромные перемены. Но как предложить такое матери, когда она всю жизнь прожила в Норфорде? Там ее друзья, и она счастлива проводить дни в их кругу. Но если Ребекка решит уехать, Лилли, конечно, соберет вещи и последует за любимой дочерью. А угрызения совести будут терзать Ребекку день и ночь. Посмеет ли она нарушить мирное существование матери?

Пока что выхода не предвиделось, но это вполне естественно, после того как Ребекка оступилась. Совершила единственный проступок, которому нет прощения в глазах окружающих. Именно поэтому окружающие ничего не должны знать.

— Я не могу так поступить с мамой. Не могу, — вздохнула Ребекка.

Флора несколько раз провела щеткой по ее волосам и задумчиво сказала:

— И все же вам следует сказать джентльмену… он ведь джентльмен, верно?

— Аристократ по рождению, — коротко ответила Ребекка.

— Есть разница между джентльменом и аристократом?

— В этом случае определенно, — проворчала Ребекка с таким удрученным видом, что Флора поспешно спросила:

— Кто он?

Ребекка не стала утаивать его имя от преданной горничной:

— Друг Элизабет, который совсем недавно принял эту комнату за место для любовных свиданий и произвел на тебя столь ошеломляющее впечатление.

— Значит, леди Элизабет не единственная, кто… господи, Бекка, это он?! Выходите за него.

— Нет.

— Но как вы можете не хотеть этого?

— Потому что большего распутника свет не видывал! Женщины бросаются ему на шею из-за поразительно красивого лица, а он этим пользуется, обольщая всех!

— Всех?

— Всех, кто оказывается так же глуп, как я.

Флора покачала головой и сочувственно погладила Ребекку по плечу:

— Но все это вполне понятно. Мужчина с такой внешностью может покорить любую, особенно если захочет.

— Его способности значения не имеют. В отличие от той ситуации, в которую я попала по его вине.

— Думаю, есть еще один выход.

— Прекрасно. Именно потому мы и начали разговор. Чтобы обсудить все возможные выходы. Какой ты забыла упомянуть?

— Ну, он не идеален, но если вы действительно не хотите выходить за него…

— Это мы уже установили.

— И вы не хотите покупать мужа, уезжать или отдавать ребенка чужим людям…

— Совершенно верно.

— Отдайте малыша ему. Он не первый аристократ, которому приходится растить внебрачного ребенка. И если он действительно такой скверный человек, то наверняка предпочтет это женитьбе на вас. А вы сможете стать «другом» семьи, чтобы навещать младенца сколько захотите, хотя…

— Что?

— Повторяю, я не уверена, что это такая уж хорошая идея. Если вы привяжетесь к ребенку, представьте, какую боль вам причинит разлука с ним, а вы наверняка его полюбите, ведь вы его мать! Но в любом случае вы просто обязаны незамедлительно все рассказать джентльмену. В противном случае это сделает ваша мать, а она особенно церемониться не станет. Во всем обвинит отца ребенка и будет трижды права. Возможно, потребует даже, чтобы он женился на вас. Поэтому если не хотите, чтобы это случилось, поговорите с ним сами. А вдруг он найдет выход, до которого мы не додумались?

Глава 24

Найти Руперта оказалось не так легко, как думала Ребекка. Хотя после той злополучной ночи она несколько раз мельком видела его на различных дворцовых увеселениях, все же слышала, что он покинул дворец. И даже не вернулся на празднества, когда королева в начале ноября родила сына, наследника трона.

Она знала, что Руперт живет в Лондоне, но где? Знакомых в Лондоне у нее не было, спросить было не у кого. Ребекка пыталась расспрашивать кебменов, не знают ли они, где живет маркиз Рочвуд. Ничего не вышло. Тогда Ребекка попросила подвезти ее туда, где можно купить адресную книгу, но оказалось, что адреса аристократов можно узнать только в мужских клубах, куда не пускают ни женщин, ни родственников.

Ребекка могла расспросить Найджела Дженнингса, но не видела его с тех пор, как он передал ей письмо для доставки Руперту. Кроме того, она вовсе не хотела с ним разговаривать. Да и Руперт мог сказать ему, что Ребекке нельзя доверять. Возможно, поэтому Найджел больше к ней не подходил.

Пришлось, как всегда в затруднительных случаях, обратиться к Флоре. Уже через час она вернулась с адресом. Снова Джон Китс! На этого парня всегда можно положиться.

Ребекка дождалась следующего утра, чтобы приехать к Руперту пораньше, пока тот не успел уйти по делам. Лучше бы, конечно, попросить Флору сопровождать ее, но вряд ли это удобно, поскольку Ребекка отправится прямо к дому Руперта, а потом вернется во дворец. Остается надеяться, что за это время ее ни разу не стошнит.

Арлингтон-стрит находилась куда ближе к дворцу, чем ей казалось. Возможно, она успеет закончить неприятный разговор с Рупертом, прежде чем ей станет плохо. Но, выйдя из наемного экипажа и направившись к дому, Ребекка снова струсила. Ее трясло, как в ознобе.

Однако Ребекке удалось справиться с собственным волнением. Она припомнила все причины, по которым должна пылать гневом, и все получилось!

Она кипела возмущением, когда дверь открылась, но уже через несколько секунд ярость ее сменилась досадой.

Дворецкий сообщил, что маркиза нет дома. Точнее, нет в стране. Лучше прийти через несколько недель, к тому времени маркиз, вероятно, вернется из Франции, что, однако, крайне сомнительно, поскольку его корабль «Мерхаммер» отплыл только сегодня утром.