Любовь и честь - Патриция Хэган

– Вам это понравилось. Вы просто не хотите признаться в этом мне… или себе.

Кит всеми силами старалась сдерживаться.

– Не увиливайте! Я бросила вам вызов. Вы готовы его принять?

Курт был уверен, что она дразнит его, и в конце концов отступит. Что страшного, если он согласится с ее предложением?

– Хорошо. Когда?

– Вы, следовательно, согласны, что если я смогу победить быка, то вы больше не станете претендовать на Пегаса?

Курт кивнул.

– Позади ранчо Фрезира есть старый загон, который редко используется. Его пастухи приготовят загон для меня и будут молчать. Я не хочу, чтобы об этом узнали мои родители.

– Я не осуждаю вас за это, – ехидно заметил он. – Хотя это не очень подходящее для женщин занятие.

– Лучше побеспокойтесь о себе.

Он замолчал. У этой малышки язычок как у ядовитого кактуса.

– Когда? – прорычал он. – Мне надоело терять время. Я хочу получить свою лошадь.

– Когда все будет готово, я кого-нибудь пришлю к вам. – Кит повернулась, чтобы уйти, но остановилась и добавила: – Кстати, не обязательно следить за мной. Я не убегу вместе с лошадью. Зачем? Пегас все равно останется у меня.

– Я мог бы придумать множество причин, чтобы следовать за вами, – пробормотал Курт, обнимая ее за талию и прижимая к своей груди. – Но поверьте: я этого делать не буду. Это моя земля… или вскоре будет моей.

Он поцеловал ее, но она вырвалась из его рук и посмотрела на него округлившимися глазами:

– Что… что вы сказали?

Озадаченный ее поведением, Курт повторил:

– Я сказал, что эта земля скоро будет моей. Я хочу построить здесь новый дом и приехал, чтобы посмотреть, как здесь все смотрится при лунном свете.

– Вы… вы живете здесь рядом? – спросила она.

– Моя земля по ту сторону хребта примыкает к этому участку. Почему вас это интересует?

Кит покачала головой, пытаясь собраться с мыслями:

– Сеньор Гаспенсиа… я знала его. Он был моим другом. Я… мне очень больно сознавать, что это больше не его земля.

– Она будет продана за неуплату налогов. Как только объявят об этом.

Кит вспомнила об объявлении, которое она вытащила сегодня утром из земли и спрятала у реки в кустах. Сейчас она была вдвойне рада, что поступила так: Курт Тэннер не знает, что землю вот-вот продадут.

Она вновь повернулась – больше говорить не о чем. Ей было неприятно думать, что ее собственность будет примыкать к его участку, но хотя какая разница? У Курта Тэннера две тысячи акров, а может быть, и больше. Вряд ли он лично окажется недалеко от нее.

– Я жду, – мягко сказал он ей вслед, – как вы поступите дальше.

Кит резко развернулась, чтобы отчитать Курта, но он уже ушел. Только в ветвях шумел ветер, и громко и беспорядочно билось ее сердце.

Глава 8

На следующее утро Кит проснулась рано и тут же послала на почту Муэго отправить письмо Китти. Потом она оделась и вышла через заднюю дверь. Но в этот момент с террасы, где они обычно завтракали, ее окликнула мать. Тяжело вздохнув, Кит повернула обратно и пошла к ней.

Комната была заполнена карликовыми апельсиновыми и лимонными деревьями, посаженными в яркие горшки. Белая плетеная мебель, на мозаичных плитках пола – ручной работы ковер в персиковых и синих тонах. Это была любимая комната Кит; из нее открывался прекраснейший вид на волнующееся под ветром море.

Джейд выглядела посвежевшей и бодрой в розовом шелковом пеньюаре. Но когда на террасу вошла Кит, улыбка на ее лице сменилась выражением ужаса.

– О Боже. Посмотри на себя, Кит! Ты похожа… на цыганок в лохмотьях. О чем ты только думаешь, появляясь на людях в подобном виде?

Кит вздохнула, с усилием сохраняя спокойствие:

– Мама, я собираюсь ехать верхом. Я в одежде для верховой езды.

– Это отнюдь не наряд для езды верхом! – заявила Джейд, окинув Кит презрительным взглядом. – Леди носят специальные костюмы для верховой езды, а не мужские обноски. Возвращайся к себе в комнату и переоденься. И вообще я не хочу, чтобы ты сегодня ездила верхом. Тебе нужно приготовиться к вечернему приему.

На этот раз Кит не сдержалась и воскликнула:

– Снова прием, мама? Кажется, ты готова устраивать приемы каждый день…

– Этот прием устраиваю не я, – поспешила сообщить ей Джейд. – Если ты уделяешь хоть какое-то внимание своим светским обязанностям, то должна знать, что сегодня званый ужин, посвященный дню рождения Анаи Эстебан. На него она приглашает не всех подряд, но ты приглашена и должна идти. Ты меня понимаешь?

Кит не выносила Анаю Эстебан, высокомерную особу, насквозь пронизанную снобизмом и тщеславием. Но она была хорошенькой и богатой, и молодые люди наперебой ухаживали за ней. Интересующиеся светской жизнью девушки всячески добивались приглашений на проводимые ею вечера и другие светские мероприятия.

– Я не хочу идти, – упрямо заявила Кит. – Всякий раз рядом с ней мне приходится прикусывать язык, чтобы не высказать ей, какая она противная и злая.

Джейд вздохнула:

– Не знаю, что мне делать с тобой! Ведь это противоестественно – не любить наряды и балы.

Кит знала, что объяснять матери, что та ошибается, – пустая трата времени. На самом деле Кит получала удовольствие от красивых платьев и изысканных приемов, но не тогда, когда ее заставляли посещать их, и не с участием тех людей, которые ей были не по душе.

– Не понимаю, почему я должна идти туда, где не увижу ничего интересного?

– Если бы ты делала все в соответствии со своими желаниями, то только бы и ездила верхом с пастухами и следовала бы по пятам за сеньором Фрезиром. Так жаль, что я родила не мальчиков-близнецов.

– Вот тогда-то я, возможно, и имела бы некоторую свободу, – дерзко заметила Кит.

– Ну и что бы ты делала?

– Стала бы ветеринаром, как Фрезир.

– Но это же смешно! Женщина… лекарь для животных?!

– Или стала бы хозяйкой ранчо…

– Выйти замуж за хозяина ранчо! – воскликнула Джейд. – С твоим происхождением, с королевской кровью в твоих жилах… Впрочем, – продолжила Джейд, – я кое-кого расспросила о том красивом мужчине, с которым ты танцевала на посольском балу. Его прошлое немного туманно, но он вхож в лучшие дома Европы, даже в королевские семьи. Он довольно богат, один из крупнейших землевладельцев Испании, и…

– Он невыносим! – прервала ее Кит.

– Я полагала, что он отлично подошел бы для тебя, и поэтому пригласила его на несколько званых вечеров…

– Ты не должна была этого делать! – выдохнула Кит.

– А я сделала, – невозмутимо сказала Джейд. – Но он отклонил мои приглашения. Наверное, он не увлекся тобой, как я считала, или, – ехидно добавила она, – скорее всего увидел в тебе маленькую цыганку, предпочитающую ездить верхом, и ему это не понравилось. Как любому джентльмену.