Строптивая невеста - Арнетта Лэм

— Что ты делаешь? — возмутилась она. Ее глаза были расширены, коса упала вперед и щекотала ему шею.

— Я? Сверху находишься ты. У нас всегда получалось именно так, помнишь?

— Прекрати! — она попыталась вырваться. Он крепко держал ее.

— Признайся, Элпин, тебе было приятно одерживать надо мной верх.

— Мы были детьми, вместе играли и возились. Ты ненавидел меня. А я… — посмотрев на его губы, она судорожно сглотнула. — Я была…

— Какой же ты была?

— Я была наивна и не знала, насколько далеко могут завести подобные игры.

Неожиданно он расслабился. Между ними промелькнула искра понимания. Он спокойно притянул ее ближе, словно ища тепла холодной зимней ночью. Ее нежное дыхание овевало его лицо. Теперь он видел ее лицо вплоть до мельчайших деталей.

— Теперь ты знаешь, куда ведут игры.

— Ты не сможешь поцеловать меня.

— Я всегда целовал тебя.

— Нет. Да. Я хотела сказать, что тогда все было по-другому. Мы были детьми. А сейчас ты не хочешь меня.

Он поерзал, устраиваясь поудобнее. Это движение наглядно показало, насколько он изменился за эти годы и как сильно желает ее.

— Мы же дружили, разве не так?

— Да, — вздохнула она. Настороженные глаза стали темными, словно васильки. — Ты был моим единственным другом.

Она преувеличивает. Она вся соткана из обмана. Элпин Мак-Кей и в самом деле испытывает к нему сильные чувства, но привязанность в их списке не значится. Тогда зачем ей клясться в вечной дружбе? Он должен вывести ее на чистую воду, должен понять, почему женщина, лишившая его возможности зачать наследника, сейчас лезет из кожи вон, пытаясь соблазнить его.

— Я был и остаюсь твоим лучшим другом.

Она открыла рот, намереваясь что-то сказать, но передумала. Прикусив нижнюю губу, Элпин невидящими глазами уставилась на пряжку с гербом Керров. соединявшую рубаху и тартан Малькольма.

Решив добиться успеха, он склонил набок голову и прижался губами к губам Элпин. Она зажмурила глаза и стиснула губы так, что разжать их было не легче, чем открыть сундук с приданым старой девы. Друзья, да? Посмотрим…

Сперва его поцелуй был нежен. Убедившись, что Элпин упрямо не желает отвечать, Малькольм воспользовался старым, как мир, трюком всех обольстителей.

— В детстве ты и то лучше целовалась. Она усмехнулась. Грудью он чувствовал мягкость ее груди. Их бедра соприкасались.

— Ты тоже. Только теперь у тебя на лице нет грязи, а в сердце — непорочности.

Ей удалось обратить против него его же оружие.

— Мы оба уже не непорочны, Элпин. Мы выросли из этого. — Собрав всю свою решимость, он пытался игнорировать бегущий по венам огонь желания. — Ну что, мир?

Она оставалась серьезной, как грешник в воскресенье.

— Мне кажется, Малькольм, что это больше напоминает свидание.

— Я тебе нравлюсь, — продолжал настаивать он. — В глубине души ты всегда хорошо относилась ко мне. Иначе с чего бы тебе приезжать сюда жить? — Про себя он решил, что, если Элпин согласится поддержать это насквозь фальшивое утверждение, она дорого заплатит за это.

— Отношения с тобой очень важны для меня, Малькольм.

Заметив, что она предпочитает уйти от ответа, он решил сыграть на этом.

— Так докажи это, Элпин. Поцелуй меня в знак мира.

Элпин застыла. Она заманила его сюда, чтобы пококетничать, начать соблазнять его. Приворотное зелье еще не было готово, но она не могла отступить. Ей больше некуда податься. Жизнь осталась такой, как была, и теперь она лежит, прижавшись к чужому ей мужчине, и не может позволить себе отвернуться от него. Слегка успокоившись, она протянула руку и убрала прядь волос со лба Малькольма, стараясь быть как можно более ласковой.

— Если тебе так этого хочется.

Когда Малькольм принялся целовать ее, Элпин получила первый урок в искусстве соблазнения. Малькольм источал обаяние. Нежные прикосновения его рук и ободряющие слова заставили Элпин горячо воспринять этот урок. Она была слишком горда, чтобы пойти на попятный, и слишком занята своими мыслями, чтобы придумать какой-нибудь другой выход из положения. Она наклонилась и поцеловала его в ответ.

Это объятие было совсем непохоже на неловкие детские развлечения, в нем чувствовалась зрелая, требовательная страсть. Элпин задышала чаще, голова у нее закружилась. Те-1 ло по-прежнему оставалось плотно прижатым! к телу Малькольма. Он был крупным мужчиной, и такому миниатюрному созданию, как Элпин, было очень удобно лежать на нем. Когда эта мысль пришла ей в голову, Элпин осознала, что положение их тел изменилось. Поза стала более удобной, и руки Малькольма по-хозяйски лежали у нее на спине. Когда он провел языком по губам Элпин, заставив ее приоткрыть рот, она отпрянула и с ужасом уставилась на него.

Его темно-карие глаза открылись. В их взгляде была опасность. Лениво улыбнувшись. Малькольм заметил:

— Ты вовсе не стараешься помириться со мной, — и снова поцеловал Элпин. Затем он упрекнул ее: — Ты солгала мне, сказав, что у тебя были романы.

После этого она прекратила следить за каждым его движением. Запустив пальцы в его густые волосы, она почувствовала, как приятны на ощупь эти пряди. Прикоснувшись языком к губам Малькольма, она ощутила, как по позвоночнику пробежала дрожь желания. Руки и ноги резко ослабели. Словно течение, чувства несли ее к нему, обещая некую таинственную награду.

Когда его руки прошлись по ее бедрам, Элпин поняла, какой может быть эта награда. Сознание того, что она возбуждает Малькольма, подействовало на нее, как пощечина. Возбуждение немедленно улеглось. Но если он заподозрит, каковы в действительности ее чувства, он снова посмеется над ней. Надо заставить его поверить, что их дружба не просто сохранилась прежней, а превратилась в страсть. И еще ей надо убежать от него. По крайней мере, в этот раз.

— Кажется, — она отстранилась, чтобы перевести дыхание, — твои мирные намерения способны привести к войне.

— Тогда я сдаюсь, — он разжал руки. — Предлагаю взаимовыгодное соглашение. Мы уже подготовили для него почву.

Его хрипловатый шепот смутил Элпин, а ее собственная реакция — потрясла до глубины души. Срывающимся голосом она спросила:

— Ты что, намерен спать со мной?

Он засмеялся. Его грудь еле заметно завибрировала, и Элпин почувствовала это движение.

— Подобные развлечения обычно именно так и заканчиваются.

— Развлечения? — Все благие намерения улетели, как чайки перед ураганом.

— Да, и я надеюсь, что мы насладимся им сполна. Скажем, сегодня в полночь в моей спальне.

— Сегодня? — ярость заставила ее кровь забурлить. — Твоя любовница едва успела уехать.

— Я хочу тебя. Все остальное не имеет значения, — указательным пальцем он дотронулся до ее носа. — Итак, этой ночью. Я повел бы тебя туда прямо сейчас, но нам помешает Саладин.