Викинг - Фабио

– Ты не видела конунга?

Сибил поставила поднос на низенький столик и ответила:

– Думаю, господин со своими дружинниками все еще на совете. Я видела, как в трапезную Невин понес бочонок меда.

– Вольфгард угрожает нам все сильнее, – пробормотала Рейна, нахмурив брови. – Только сегодня утром нас чуть не прирезали. Вольфгарду нужна наша смерть!

– И что произошло дальше, госпожа? – встревоженно спросила Сибил.

Рейна пожала плечами.

– Я разоружила этого мерзавца и прикончила бы его тут же, если бы не муж… Он запретил его убивать! Вместо этого, убийцу посадили к другим пленникам под замок.

Сибил посмотрела на ее мрачное лицо и сказала:

– Похоже, твоя жизнь с мужем не ладится!

– С чего ты взяла? – с деланным спокойствием спросила Рейна.

Сибил изогнула черную бровь и усмехнулась:

– Я вчера насмотрелась достаточно, когда твой муж притащил тебя сюда мокрую и замерзшую. Вы что, госпожа, пытались вчера утопиться?

В глазах Рейны замелькали гневные огоньки. Стараясь сдержаться, она сухо ответила:

– Я сидела на берегу и провожала корабль Рагара… А потом я забыла о том, что начинается прилив… Сибил хмыкнула:

– Хорошо, что у твоего мужа хватило ума вспомнить о приливе и вытащить тебя оттуда.

– Да я бы лучше в Луару уплыла! – яростно закричала Рейна.

– Но ты же замужем, госпожа!

– Да, меня заставили выйти замуж! Сибил укоризненно посмотрела на Рейну.

– Виктор Храбрый не заставлял тебя это делать. Ты сама приняла такое решение, чтобы спасти брата.

– Ну да! А теперь я оказалась под властью этого человека, который хочет сделать меня своей покорной рабой!

Взгляд Сибил стал печальным и мудрым.

– Госпожа, нельзя судить обо всех мужчинах по Вольфгарду. Я знаю, что ты очень страдала у него и раны твои глубоки. Но конунг Виктор – совсем не такой! Он – прекрасный человек! Он никогда не обращался с тобой, как те варвары, что похитили вас с матерью.

– Может быть, он никогда и не обижал меня, – ответила Рейна, – но он слишком часто говорит мне «нет»!

Сибил только горько рассмеялась.

– А какой ты выбор оставила мужу? Какой же муж разрешит своей жене бросить его?! Госпожа, ты любишь, по-моему, только свою гордость!

– Оставь меня в покое и замолчи! – яростно топнув ногой, взорвалась Рейна. – Как только ты увидела Виктора, ты сразу приняла его сторону. Ты предала свою госпожу!

Не сказав больше ни слова, Сибил покинула комнату. Рейна выругалась ей вслед, чувствуя, что теперь она своей несдержанностью обидела и Сибил. Точно так же, как сегодняшним утром, обидела Виктора. И еще она подумала, что Сибил, конечно же, права в том, что во всех ее неприятностях виновата гордость. Она уже почти согласилась с тем, что ей нужно приумерить свою гордыню и быть помягче. Однако Виктора все не было и Рейна в беспокойстве металась по комнате, не зная что и думать. Внезапно, в соседней комнате, где обычно никто не спал, полилась вода. Недоумевая, кто бы это мог быть, Рейна вошла туда и увидела мужа…

Он стоял голый по пояс и вытирался влажным полотенцем. При одном взгляде на его мощный торс у Рейны пересохло во рту. Очевидно, услышав шаги, конунг обернулся, перебросив мокрое полотенце через плечо. Он озабоченно посмотрел на жену и спросил:

– Ну как там Фрейя?

– Успокоилась, наконец, – ответила Рейна, – согрелась у огня и уснула.

– Ну и ладно.

Он отвернулся, и Рейна с восхищением заметила, как под блестящей, влажной кожей на его спине перекатываются бугры мускулов. Чувствуя, как ее сердце сжалось, она смущенно кашлянула:

– Почему ты здесь, муж мой, а не в нашей опочивальне?

Он снова повернулся к ней, и женщина увидела в его глазах странное выражение: смесь печали и оскорбленной гордости.

– Ты сказала, что тебе мое доверие не нужно! Вот я тебе и не верю больше! И, пожалуй, проведу эту ночь здесь, а то ты меня еще прирежешь во сне! Кто знает, что взбредет в голову женщине-воительнице?!

Он подождал с минуту ее ответа, но что могла ответить ему Рейна? Слова мужа кололи ее, причиняя боль, обиднее же всего было то, что она заслужила это. И еще больнее было сознавать, что сейчас, когда Виктор отстранился от нее, она словно теряла часть самой себя.

– Я не прирежу тебя, – тихо сказала Рейна.

– А, так выходит, что все-таки я могу тебе доверять? – насмешливо спросил он, не трогаясь с места.

– Я сказала это сгоряча.

– Сгоряча?

– Ну, в сердцах! Меня ослепил гнев!

Он помолчал, затем вытерся насухо и направился к кровати. Сердце Рейны сильно застучало, когда она увидела, как он снимает штаны. Тусклый свет очага на мгновение осветил его сильное, прекрасное тело.

«Господи, как он мне нужен! – сжав зубы, подумала Рейна. – Весь нужен! И душа, и тело! Я хочу стать к нему ближе! Я не хочу, чтобы между нами была эта ужасная пропасть!» У нее даже глаза защипало от подступившей горечи, когда она увидела, как муж забрался под одеяло, но один, без нее!

– Ну, Рейна, – удивленно подняв голову, спросил он, – что еще? Я очень устал, извини! Она подошла к нему:

– Ты нарушаешь наше правило, муж мой!

– Какое правило?

– Мы теперь муж и жена и должны оставлять гаев и гордость за дверью опочивальни. А ты сегодня потащил все это с собой в постель!

Он пару раз хмыкнул, а затем серьезно и устало ответил ей:

– Наверное, это все-таки спокойнее, чем ложиться в постель с женой, которой нельзя доверять! В раздражении Рейна заметалась по комнате.

– Для чего ты все усложняешь, Виктор?!

– Это я усложняю?! – воскликнул он, не веря своим ушам.

– Ну не я же! Разве ты не видишь, что я разрываюсь на части!? Ты требуешь от меня, чтобы я отказалась от собственной защиты!

– От кого же ты собираешься защищаться, Рейна? От меня?

– Иногда мне кажется, что и от тебя тоже! – Заметив, что Виктор отвернулся, она торопливо добавила: – Но ты спас ради меня Рагара и Гаральда! Я всегда это буду помнить и всегда буду благодарна тебе!

Виктор повернулся к ней спиной, поправив шкуры, служившие ему подушками и бросил ей через плечо:

– Ага, ну пусть тебя твоя благодарность и согреет!

Рейна даже застонала, увидев его широкую спину. Так захотелось прижаться к ней! Теперь она действительно поняла, что не желает ему никакого зла. И еще она поняла сейчас, какую огромную власть приобрел он над ней и ее чувствами.

Наконец, Рейна, не в силах выдержать его молчание, тихо спросила:

– Скажи, что ты от меня хочешь?

– Думаю, ты сама знаешь, Рейна, – тут же ответил Виктор.

– И все же скажи.

Тогда он повернулся к ней, оперся на локоть и внимательно посмотрел на жену.

– Хорошо, слушай. Я хочу, чтобы мы с тобой делили все, что у нас есть – наши мысли, страхи, сердца, тела и даже наши души. Но в первую очередь, у нас должно быть простое доверие друг к другу и честность, а ты отказалась от этого.