Сомниум - Михаил Викторович Гречанников

— Я всё это хорошо помню, — закивал Игорь со скептической улыбкой. — Всё будет сделано, как надо.

Вскоре Максим ушёл, а Артур принялся искать информацию. Слова об инвесторах и «Гипносе» ничего не сказали ему. Вероятно, он всё ещё был отрезан от какой-то важной информации.

Потребовалось время, прежде чем обнаружился нужный массив данных. Он не давал полной картины и содержал лишь обрывки нужной информации. И всё же полученных данных было достаточно, чтобы Артур понял, насколько неверно он воспринимал до сих пор происходящее. Будь у него эмоции, он, несомненно, выругался бы, как не ругался никогда.

Пока часть своих ресурсов он направил на поиски нужной информации, другая его часть выполняла задуманный план.

Далеко от Земли Александры, в Череповце, Артур постепенно, аккуратно скопировал себя в мозг другого человека — своего брата, Виталика. Он не пытался управлять чужим телом и никак не выдавал своего присутствия. Просто наблюдал и анализировал процессы, происходившие в мозгу брата. Он делал это уже не одну неделю. Каждую ночь, когда Виталик ложился в капсулу, Артур вновь сканировал его мозг, копировал данные и выстраивал новый алгоритм.

Процесс этот был и сам по себе энергозатратным, а вкупе с тем, чем нагружали Четырёхлистник инженеры, мозг Артура находился в постоянной работе. И до слов Максима Артур понимал, что долго в таком режиме его органический мозг не протянет — он просто ускоренно состарится и умрёт. Поэтому Артур начал искать себе новое место.

В один из сеансов Кате снова приснился чудесный сон про лес и деревянный дом, на крыльце которого сидел Артур. На этот раз девушка не стала мешкать и смело подошла к дому.

— Снова этот сон! — радостно сказала она. — Не могу поверить! Мне никогда не снились дважды одни и те же сны!

— Потому что это непростой сон, — ответил Артур. — Он особенный. Я его сделал сам.

— Как это — сделал?

— А вот так. Я волшебник. — Артур подмигнул гостье.

Катя заметила в руках хозяина дома кружку.

— Что у тебя там? — спросила она.

— Чай. Хочешь?

— Да. Очень хочу.

— Держи.

Неведомо откуда у него в руке появилась вторая кружка. Катя взяла её — кружка была тёплой, но не горячей, и чёрный ароматный чай был идеальным как по вкусу, так и по температуре.

— Что это за вкус? — спросила Катя.

— Черника. Это чай с черникой.

— Ух ты. Никогда не пробовала чернику.

— Пробовала, — возразил Артур. — Если бы ты её никогда не пробовала, я бы не смог сделать тебе здесь такой чай. То, что ты чувствуешь, взято из твоей памяти.

— Но я не помню, чтобы когда-то ела чернику, — нахмурилась Катя.

— Это было давно. Ты была ещё маленькая. Чернику собирала в лесу твоя бабушка. Ещё до введения «Сомниума». Тогда ты любила чернику.

— Так это ещё до школы было! — рассмеялась Катя.

Здесь ей почему-то хотелось смеяться. Ей было легко и свободно, хотелось петь и танцевать. Она не помнила, когда в последний раз у неё возникали подобные желания.

— Вот бы остаться здесь навсегда, — мечтательно произнесла Катя.

К её удивлению, Артур вдруг посерьёзнел.

— Ты просто не знаешь, о чём говоришь, — сказал он упавшим голосом. — Поверь, ты не захотела бы этого.

— Да? — Тон Артура её насторожил. — Ну... Ладно. Как скажешь. Так ты... Настоящий? Или это и правда лишь сон?

— Нет. Не просто сон. Ты же помнишь, как Максим спросил у тебя после пробуждения, всё ли нормально? Это из-за аномальной активности твоего мозга во время этого нашего «сна».

— Он и в этот раз будет спрашивать?

— Нет. Не думаю. Я быстро учусь и не повторяю прошлых ошибок. Сейчас я могу общаться с тобой неограниченно долго.

— Неограниченно — это громко сказано, — скептически ответила девушка. — У эксперимента есть границы.

— Здесь время течёт иначе. Можно находиться во сне долго, очень долго. Намного дольше, чем в реальности.

Катя подошла к Артуру и селя рядом.

— Ну надо же, — поразилась она. — Крыльцо... оно деревянное! Я чувствую!

Она провела по нему ладонью.

— Как же здесь всё... реально! — Катя покачала головой. — Чай, лес, этот дом... и ты.

Артур вдруг наклонился к ней и поцеловал её в губы. От неожиданности она не успела даже испугаться. А когда Артур отстранился, Катя поняла, что хочет ещё.

— Я скучала по этому ощущению, — сказала она. — Очень скучала.

— Ну как, в этот раз ты зайдёшь в дом? — с улыбкой спросил Артур.

— А кровать у тебя мягкая?

— Очень.

— Тогда зайду.

В этом мире всё было непривычно. И ощущения, которые она испытывала, казались сильнее в разы тех, что были в реальной жизни. Было ли это из-за отсутствия разнообразия в реальности, или это всё обусловлено условиями сна? Этого Катя не знала. Как бы то ни было, она лишь хотела получить как можно больше ощущений — чтобы компенсировать месяцы жизни взаперти и получить аванс за всю оставшуюся жизнь, какой бы она ни вышла.

Когда, наконец, они закончили, Катя чувствовала себя измождённой, словно занималась тяжёлым физическим трудом. В каком-то смысле так оно и было. Сердце у неё колотилось, мышцы ног ныли, а по телу разливалось сладостное ощущение. После четвёртого оргазма она уже перестала понимать что-либо, кроме языка своего тела. После седьмого поняла, что больше не может. После одиннадцатого уже ничего не думала, мыслей не осталось. Сколько всего их было, она не могла сосчитать. В реальности она не испытывала ничего даже похожего.

— Интересно, — сказала она, лёжа с закрытыми глазами, — мне думать, что у меня был самый охренительный в жизни секс, или самый охренительный в жизни сон?

Артур рассмеялся:

— Думаю, и то, и другое. Хочешь пива?

Она открыла глаза и рывком села.

— Боже мой, у тебя есть пиво?!

— У меня всё есть.

Он поставил на столик рядом с кроватью запотевший кувшин с мутным золотистым напитком и два бокала. А пока он наполнял один из них, Катя пыталась вспомнить, был ли тут столик, когда