Перерождение - Ксения Корнилова

– Давай, – Мелани вздохнула. Она не особо хотела, чтобы подруга приезжала к ней – слишком пустой казалась вся эта болтовня, но решила, что за выходные может решиться рассказать про то, что с ней случилось сегодня.

– Договорились. – Стефани вскочила с дивана, – не хочешь пройтись до метро? Я сегодня безлошадная.

Мелани почувствовала, как сердце замерло на секунду, а потом застучало так сильно, что ей стало трудно дышать. «Да что же со мной происходит?!»

– Мел? Ты в порядке? – Уже у двери, застегивая туфли, Стефани обернулась, не дождавшись ответа.

– Да… в норме, – Мелани вымучила из себя улыбку, надеясь, что подруга не увидит то страшное лицо, которое испугало ее сегодня в зеркале. – Извини, я что-то не в настроении гулять.

– Ладно. Тогда до субботы? – Стефани сама не понимала, почему ей хочется поскорее уйти.

– Да, до субботы.

Когда за подругой закрылась дверь, Мелани вскочила с дивана, подлетела к двери и закрыла ее на все замки.

От резкого движения у нее потемнело в глазах, и закружилась голова, и девушка оперлась рукой о стену, стараясь не упасть. Когда темнота рассеялась, она медленно вернулась на диван и заплакала.

Вместе со слезами уходило и напряжение, которое не отпускало ее с самого утра, когда она попыталась выйти из квартиры. Почувствовав себя обессиленной, Мелани сама не заметила, как уснула.

***

Было около пяти часов вечера, когда Мелани и Стефани закончили уборку квартиры и открыли бутылку вина. Предчувствуя, что в этой квартире нет ничего путного из еды, гостья предусмотрительно принесла с собой пакет сэндвичей, сырную нарезку, ветку винограда, пакет мандаринов и пачку крекеров.

Устроившись у телевизора с бокалами, подруги включили старую комедию про американскую молодежь.

Спустя три бокала вина, когда на экране показались титры, Мелани наконец-то решилась рассказать о том, что произошло с ней в этот вторник.

– Стэф, – чуть захмелевшим голосом начала она, – я хочу тебе кое-что рассказать… но хочу, чтобы это осталось между нами.

– О чем речь, я могила, – по голосу Стефани было слышно, что вино ударило ей в голову больше, чем ее подруге.

– Мне кажется, я схожу с ума. – увидев расширенные от удивления глаза, Мелани замешкалась, но все же продолжила. – я не могу выйти из квартиры.

Произнеся это вслух, стало смешно и одновременно страшно. Может быть, она и правда сходит с ума?

– Я не поняла. Ты не можешь выйти? Что это значит? – мозги Стефани под парами вина работали медленнее, чем обычно. – Тебя не выпускает домовладелец? Ты должна ему денег?

– Дело не в этом. – Мелани замолчала, пытаясь подобрать слова. Она пожалела о том, что не рассказала все до того, как они открыли вторую бутылку вина – нужные слова никак не могли сформулироваться, постоянно запутываясь между собой.

Стефани смотрела на подругу так, как будто та действительно была не в себе.

– Мне страшно. – наконец произнесла Мелани.

– Ммм… Страшно? Не понимаю… – у нее был такой растерянный вид, что девушка теперь начала жалеть о том, что вообще завела этот разговор.

– Мне трудно это объяснить… Как будто этот страх идет изнутри. Я не могу его контролировать. Он… он проявляется, как только я подхожу к двери, или вообще задумываюсь о том, чтобы выйти куда-то. Но это не самое плохое. – девушка замолчала, вертя бокал с вином в руках. – Когда появляется этот страх, со мной начинает происходить что-то совсем безумное. Мне становится так плохо, как не было никогда. Даже после того марафона я не чувствовала себя так, хотя тогда мне казалось, что я помираю. Сейчас все гораздо хуже.

– Погоди, погоди, – перебила подругу Стефани. – Я не понимаю, о чем ты говоришь. Чего ты боишься?

– Да не знаю я! – выкрикнула Мелани, вскочив с дивана. Тут же она почувствовала, как в глазах потемнело, и слегка покачнулась, чуть не уронив бокал вина на пол. – Я же говорю, это… это неконтролируемый страх. Понимаешь? Сначала просто как… как волна огня проходит по позвоночнику, как будто током бьет, или что-то вроде того. Потом сердце начинает биться сильно-сильно. Так сильно, что я чувствую его даже в кончиках пальцев, понимаешь? И горло… – девушка сглотнула, – дышать становится трудно, как будто мышцы напрягаются и пережимают горло. – она чувствовала, что сейчас разревется. – Понимаешь?

– Эммм… Мэл… Ты не думала, что тебе нужно к врачу? – Стефани взяла подругу за руку и потянула ее вниз, пытаясь усадить обратно на диван.

Мелани выдернула руку, не рассчитав при этом силу, и покачнулась. Отступив назад и натолкнувшись на табуретку, на которой стояла тарелка с остатками сыра и винограда, девушка потеряла равновесие, но устояла. Рука, в которой она держала стакан с вином, дернулась, и вино пролилось прямо на подругу. Вскрикнув от неожиданности, та вскочила с дивана.

– Ты что творишь? С ума сошла?

– Сошла! Сошла! Я про это и пытаюсь тебе сказать! – наконец, не выдержав нервного напряжения, Мелани разревелась и плюхнулась обратно на диван, закрыв лицо руками.

Стефани, постояв немного в замешательстве, опустилась рядом на диван и обняла ее.

– Мэл, ну хватит. Ты чего? Все же хорошо…

– У кого хорошо?! – она подняла лицо, мокрое от слез и посмотрела на подругу. В ее глазах сверкала ярость, смешанная со страхом. – Ничего не хорошо и никогда уже не будет хорошо! Сначала Даниель, теперь это… – Мелани всхлипнула, как ребенок, и разрыдалась еще сильнее. – Я думала… я думала, что умираю! Это было так страшно! Ты просто не понимаешь! – она опять спрятала лицо в ладонях. Ее плечи сотрясались от рыданий.

Стефани убрала руки с плеч подруги и взяла стакан с вином и пару виноградин. С задумчивым выражением лица, она откинулась на спинку дивана, взяла пульт и начала искать новый фильм.

Когда из телевизора раздались звуки заставки к очередной комедии, Мелани подняла глаза и с удивлением посмотрела на подругу. Та, перехватив ее взгляд, сделала глоток вина.

– Чего ты удивляешься? Я ж ничего не понимаю. – холодно сказала она. – Сначала ты тонешь в своем горе, но не пускаешь меня, чтобы я могла тебе помочь. Потом ты вдруг соглашаешься на то, чтобы я пришла. И что? Ты рассказываешь какие-то невероятные вещи, а на мои попытки помочь тебе говоришь, что я ничего не понимаю. Знаешь, Мэл, – Стефани посмотрела на подругу, – не у одной тебя проблемы. Только тебе кажется, что твои, почему-то, серьезнее.

Мелани слушала подругу, не веря своим ушам. Неужели та всерьез считает, что