Уходящая звезда. Алмаз Холлистока - Макс Роуд

— Мне просто хочется, чтобы тебе было хорошо.

— Спасибо, милая.

Допив кофе, Анна тоже приступила к утреннему туалету, а Генрих сходил на третий этаж, где хранились все его вещи, и переоделся. День обещал быть теплым, и его выбор пал на белую рубашку, джинсы и легкие черные туфли. Словом, на все то, что было приобретено при приезде в Германию. Оставшись довольным своим видом, он вновь спустился вниз, вынул из почтового ящика на входной двери свежий номер «Ди Вельт», который выписывала Анна, прощел в гостиную, и оставшееся до завтрака время посвятил чтению новостей. Тем временем Анна, как хорошая хозяйка, приведя себя в порядок, скоренько приготовила аппетитную яичницу, сделала бутерброды с маслом и сыром и поставила все на стол, водрузив посередине стеклянный кувшин с апельсиновым соком.

— Прошу завтракать! — Анна появилась на пороге гостиной.

— Ой, уже?! — Генрих отложил в сторону газету. — Я и глазом моргнуть не успел!

— Ты просто зачитался, — с улыбкой сказала она, подставляя ему стул, — я не очень-то торопилась.

Пока он и ели, сохранялось полное молчание, но как только Холлисток отставил пустую тарелку и налил обоим сок, Анна, уже вошедшая во вкус новой жизни, сразу задала вопрос:

— Что будем сегодня делать?

Холлисток, которому понравился сок, сначала допил свой стакан, и ответил тогда, когда он опустел совсем:

— Пока будем дома. Должен прийти этот Блашниц, может быть будут звонки от потенциальных клиентов, и наконец, должен вернуться Масси. Как только решим эти вопросы, поедем на Сандкауле — я не забыл!

— А кстати, Масси далеко уехал?

— В Кельн.

— Что же он там потерял?

— У него там встреча, — усмехнулся Холлисток.

Выпив еще стакан сока, он с довольным видом поднялся из-за стола:

— Спасибо!

— Пожалуйста! Пойдем наверх?

— Да, телефон-то той квартиры в объявлении написан.

Сидя в ожидании, они рассказывали друг другу разные истории из жизни, и конечно, здесь Анне приходилось больше слушать, чем говорить, но делала она это с удовольствием. Холлисток, не углубляясь, конечно, в детали, вспоминал различных людей, которые просили у него помощи, давая им краткие, но четкие характеристики. Он рассказывал, как люди менялись, когда речь заходила о деньгах, как многие из них не останавливались ни перед чем, если впереди брезжила выгода, ярко обрисованная им, Холлистоком. Анна слушала внимательно, стараясь ничего не пропустить — ведь она еще так мало разбиралась в людях, а именно это для вампира является основополагающим фактором жизненного успеха. Также за это время Холлисток принял три звонка, но записал на следующий день только одну женщину, отказав остальным.

— Они скучные, — ответил он на вопрос Анны, спросившей, чем не понравились ему остальные, — скучные и бестолковые. Людей интересуют в основном личные взаимоотношения и когда я чувствую выгоду, то готов им помочь. Но если дело касается проблем на работе или выходок непослушных детей, то это увольте, это не ко мне! На это существуют штатные психологи в госпиталях или специализированных клиниках, а я, как понимаешь, практик! Люди…

Раздавшийся внизу длинный звонок в дверь прервал его тираду.

— Угадаешь, кто там? — Холлисток, улыбаясь, посмотрел на часы, а потом на Анну.

— Масси! — хитро сказала она.

— А почему не Блашниц, ведь сейчас как раз полдень?

— А вот Масси, и все тут! Блашница я вчера хорошо запомнила, это не он.

Тем временем внизу еще раз позвонили.

— Где у тебя там консьержка гуляет? — Генрих подошел к окну.

— Может, в туалет ходила…да вот, уже открыли!

Действительно, внизу на лестнице послышались шаги, и через полминуты перед ними стоял Масси Грин.

— Здравствуйте, босс! — Масси обвел взглядом комнату. — Добрый день, госпожа!

— Проходи, — Холлисток сделал соответствующий жест. — Как дела?

— Все ок, босс. А у вас?

— У нас тоже, — усмехнулся Холлисток, и услышав очередной звонок, добавил. — Ладно, потом расскажешь.

— А это Блашниц! — сказала Анна и села на стул.

Масси по-очереди смотрел то на нее, то на Холлистока, потом пожал плечами и пошел в свою комнату.

— Если хочешь есть или еще чего, — Генрих проводил его взглядом, — не стесняйся, тут все свои!

Масси кивнул, и как только за ним закрылась дверь в комнату, во входную дверь позвонили.

— Открыто! — громко сказал Холлисток и направился к своему столу.

— Добрый день! — в дверях появился Блашниц, который неловко остановился у самого порога, не зная, что ему делать дальше.

— Проходите, Иоганн! — Анна, видя его смущение, указала на стул напротив Холлистока.

В это время из комнаты показалась голова Масси, который смерив Блашница взглядом, снова скрылся внутри.

— Как ваши дела? — Холлисток внимательно посмотрел на своего гостя. — Как здоровье супруги?

— Все прекрасно, мой господин. К нам сегодня пришла воспитательница, и как только она занялась детьми, Марта сразу побежала в салон красоты!

— Это хороший знак! — Генрих даже засмеялся.

— Вы просто гениально провели операцию! Я даже не ожидал подобного мгновенного эффекта.

— Только теперь настало время расплачиваться, — голос Холлистока стал серьезным. — Сейчас вы узнаете цену.

— Я готов! — лицо Блашница выражало уверенность. — Я на многое способен!

— Тогда слушайте. Сначала необходимо решить вопрос с посланником, который, несомненно, придет к вам уже в эту ночь. Отложенная смерть вашей жены — это всего лишь отложенная смерть, не вам мне рассказывать о счетах, предъявляемых в таких случаях. Выход есть только один — вы, Иоганн, должны отдать вместо вашей жены кого-то другого. Вы давно пили кровь?

— Только телячью, я покупаю ее на бойне, а человеческую очень давно не пил. Последний раз это было летом 1962 года.

— Сегодня вам придется это сделать снова.

— Хорошо, — Блашниц был совершенно спокоен, что вызвало большое удивление у Анны, еще не привыкшей к подобному отношению к жизни. — Кого я должен убить?

— Это мне все равно, — сказал Холлисток, раскуривая сигару, — решайте сами. Главное условие — не медлите, срок у вас до 5 утра, ведь именно в это время умерла бы Марта. Посланник не может находится здесь больше, чем Земля сделает полный поворот, таким образом у вас осталось 17 часов.

— Я сделаю это, но как этот посланник поймет, что смерть какого-то человека предназначена ему? — спросил Блашниц.

— Да, действительно, как? — Анна тоже вопросительно посмотрела на Генриха.

— Иоганн, — Холлисток бросил на того быстрый взгляд, — Анне еще позволительно не знать этого, но вы наверное действительно слишком давно живете в своем однополярном мире, если задаете подобные вопросы! Вы просто должны подумать об этом во время принесения жертвы, и посланник не заставит себя ждать.

— Извините, господин, я забыл. Жизнь через смерть — это закон.

— Ну вот так-то лучше! Но это еще не все. Принеся свою жертву, вы не должны пользоваться появившейся силой — это моя прерогатива. Как все закончите, приходите сюда к нам, и я заберу у вас накопившийся излишек. Вопросы есть?

Блашниц покачал головой:

— Я все понял.

— Вот и хорошо! Тогда ступайте, обдумывайте план, и я вас жду.

— Я все сделаю, — Блашниц встал и пошел к выходу.

— Единственное, — окликнул его Холлисток, заставив обернуться, — даже если вы управитесь раньше, то не приходите раньше 11 вечера — у нас будут другие дела.

— А по-другому никак нельзя? — спросила Анна, как только за Блашницем закрылась входная дверь?

— Никак! — Генрих выпустил в потолок облачко дыма.

— А как ты возьмешь у него эту самую силу?

— Это ты возьмешь! — Холлисток хитро посмотрел на нее.

Тут уж, никак не ожидавшая услышать подобное Анна, действительно сильно удивилась:

— И как это будет выглядеть?!

Холлисток встал из-за стола и подойдя к ней, сел напротив, взяв стул Блашница.

— Ты должна многому научиться. Когда будет немножко поспокойнее, я, как и обещал, расскажу тебе о наших законах, иерархии и прочем. Но сейчас, когда есть отличная возможность что-то испробовать на практике, мы не будем от этого отказываться.

— Он мне кровь, что ли, принесет? — улыбнулась Анна.

— Почти. — Холлисток оставался серьезен. — Просто возьмешь его за руку, прокусишь ее, и выпьешь половину его крови. Кровь вампира, до этого укусившего человека, даст тебе много сил. Это необходимо, чтобы ты лучше и быстрее поняла саму себя, поняла, что ты такое, собственно есть.

— Как скажешь! — Анна продолжала улыбаться. — Я это сделаю, раз ты говоришь, что так нужно. А если мне понравится?!

Тут Холлисток, наконец, тоже улыбнулся.

— Кровь вампира отвратительна на вкус, — сказал он, беря ее за руку. — Она очень густая и горькая — это совсем не то, что человеческая, но сегодня представился прекрасный случай, и мы его не упустим. Состояние после укуса тебе точно понравится!