Отбор... или беги, Принц, беги! (СИ) - Ясинская Лика

«— Вот же жучила лицемерный!» — подумала про себя Регина, благодушно скалясь главному божьему служке и преклоняя голову.

«— Вот же стерва настырная!» — мягко до приторности улыбался Святой отец Антонис, сложив пальцы щепотью и освящая охранительным знаком горделивое чело своей венценосной прихожанки.

«— Его грыхова Светлость, коротышка Офанаси, будет безмерно счастлив узнать, что его планы не нарушатся Королевской Коброй», — выдохнул в уголке за алтарем неприметный храмовый прислужник, радуясь, что сегодня пополнит свой кошель, предоставив герцогу гарантии успешного субботнего переворота.

Глава 35.

Эруан, присутствующий на балу по поводу приезда на свадьбу Эйлис и Рина официальных дипмиссий соседних королевств, задумчиво разглядывал свою спутницу. Наряженная в безупречное платье и увешанная драгоценностями из сокровищницы Эльтийского, выделенными ей на время мероприятия, Шейна Артэ привлекала своим вызывающе роскошным видом всех присутствующих аристократов. Что невероятно бесило графа. Он сам не мог понять своей реакция на это необыкновенную женщину. Впрочем, на неё реагировал не только он.

— Барс сегодня совсем обнаглел и притащил во Дворец с собой какую-то заплесневелую деревенскую ведьму? — шипение Регины рядом с чутким ухом волчицы, резануло по и так натянутым нервам, заставив ее схватить с подноса фланирующего между гостями лакея бокал игристого вина. — Одну нахалку Дерхо я ещё рядом с собой вытерплю, но эту варварку… Это уже перебор!

— Реджи, как считаешь, если я подарю на свадьбу наших детей маленький меч для внука и жемчужную тиару твоей прабабки-северянки внучке, это не будет слишком откровенным намеком, что в конце лета ты станешь очень счастливой бабушкой? — Аустин возник за плечом дражайшей змеюки и неожиданно лихо подмигнул смутившейся Шейне. Королева в ответ захлопнула отвисшую челюсть и злобно полыхнула своими темными очами. Чернота их всячески подчеркивалась, чтобы, Светлый упаси, никто не посмел заподозрить Регину в родстве с северной окраиной Гориции. Король продолжил, обратившись к своему верному вассалу. — А ты, Эруан, решил, что, вручая мне под крылышко своё рыжее сокровище, имеешь право скрыть от меня свою очаровательную спутницу? Это ты зря! Я всё вижу!

И не дожидаясь, пока замешкавшийся Северный Барс вспомнит о светских приличиях, на всех порах ломанулся сквозь плотный строй фрейлин, чтобы приложиться к ручке ошарашенной волчицы, обалдевшей от такого внимания.

— Вельтлант, Аустин, можно просто, мой король, — промурлыкал большой, импозантный котик, которого по странному недоразумению можно было спутать с Его Величеством, — прелестная… незнакомка! Но мы же познакомимся?

— Шейна Артэ, к вашим услугам… мой Король, — низкий, завораживающий своей бархатистостью голосок северянки, вызвал у графа Дерхо желание стукнуть своего сюзерена по ухмыляющейся морде лица, а у Королевы — облить волчицу дерь… дегтем и обвалять в перьях. Предварительно отобрав у нее откровенно ревнующего Барсика, фамильные драгоценности Эльтийских и бесстыжего предателя Аусти. И это ещё не полный список ее желаний…

Но тут в зале раздались первые музыкальные аккорды, и монарх, успев запечатлеть на запястье леди Артэ достаточно слюнявый поцелуй, подхватил Регину и ввел ее в расступившийся перед ними круг танцующих пар. Поскольку регламент приёма надо соблюдать!

— Аустин Вельтлант, — первой не вытерпела пытку самодовольным молчанием Короля его супруга, — она даже не дворянка! Это… это просто меховая подстилка Барса! А ты…! Уже весь наш элитный паркет слюной закапал! Тебе не стыдно?

— А я доверяю своей интуиции, Реджи, — страстно прижав к себе пыхтящую злым раздражением жену, тем не менее, мягко проворковал Его Величество, — и скоро наш отмороженный в некоторых местах граф поведет эту чаровницу к алтарю. Так что, считай, я всего-навсего проявил внимание к будущей теще Ринэйрта… А теща достойная, как мне кажется!

— Ты готов был ее прямо в зале разложить! Я всё видела! — Регине с трудом удавалось сдержать на лице приветливую улыбку. В связи с чем, некоторые придворные сочли благоразумным отвальсировать подальше от Кобры и ее загадочно ухмыляющейся жертвы. — Так вот, знай, Аусти, если ты, да хоть разок попытаешься задрать этой Шейне юбку, я … сделаю так, что дальше на женщин ты сможешь только смотреть! И не более того! Поскольку ни на что большее ты не будешь способен! Сомневаешься? А вот это зря! Я обещала, я сделаю!

— Уйдешь в монастырь или отправишься в замок своих родителей? — кривая усмешка Короля сделала его похожим на базарного барыгу. — Или, как умная жена, наденешь сегодня вечером мой подарок? А, Редж? Выбор за тобой. И только за тобой!

— К-какой еще подарок? — Королева, словно маленькая девочка, распахнула свои глаза и уставилась на мужа. — Очередной пошлый комплектик из клочков кружавчиков, который тебе помогли выбрать твои шлюшки? А, Аусти? Интересно, кто тебя консультирует! Выдрать бы им глазки! Вместе с лохмами! Которая из них тебя сегодня… консультировала?

— В этот раз, ты немного перегнула с определением…, - рассмеялся Король, нежно целуя Регину в висок, — но этого полугнома и вправду можно обозвать шкурой, он так торговался за свои алмазные безделушки, что… Я себя тоже гномом почувствовал. Но я тебе их выторговал!

— Ах, я не ослышалась… мой король, — при мысли об очередном украшении у Ее Величества внезапно пробудилась вся оставшаяся в небольшом количестве кротость, покорность и сговорчивость, — вы решили побаловать свою любимую жену… небольшим подарком?

— И себя, драгоценная моя, и себя, любимого, — коварно прищурился монарх, предвкушая сегодняшнее развлечение. Ведь по его нескромному заказу были изготовлены особые украшения, которые не подразумевали ношения их вместе с одеждой. — Но пообещайте мне, что выполните одну мою просьбу, без упрёков и попыток выдвинуть дополнительные условия…

— Это как-то не совсем правильно, вот так, взять и отдать тебе одно желание, — насторожилась Регина, но представив переливчатый блеск редких по красоте бриллиантов, коротко и решительно кивнула. — Согласна! Так уж и быть. Умеешь ты уговаривать!

— Тогда по бокальчику шипучего и мы идем к себе? — деловито уточнил Король, завершая танец и подавая знак музыкантам продолжать бал. — Поверь мне, ты не пожалеешь… Будем примерять на тебя подарки.

«— Вот именно с этой фразы у всех Вельтлантов и начинаются очередные грандиозные проблемы», — скептически фыркнула про себя Королева, — «но до них еще, как до Орантии пешком в неудобной позе, а камушки в шаговой доступности, стоит только выполнить один каприз Аусти… зная его ограниченную фантазию, завтра на приеме буду блистать… бриллиантами».

«— Вот именно ради подобных, грыховых, радужных булыжников из алмазного фонда моего папаши ты и повелась на помолвку со мной», — цинично подумал Аустин, предвкушая вечернее развлечение с готовой выполнить любое его желание супругой за горсточку драгоценных камушков в золотой оправе. — «Но моим внукам, которые родятся от Лисички и Рина, надо же с кем-то играть в этом огромном Дворце… а Регине всего-то два раза по двадцать лет… сначала посопротивляется, поорет, а потом примется за воспитание собственных наследников… вот уж сынуля обрадуется братику или сестричке… а мы с Барсиком через полгодика двинем коней… то есть конницу на расчистку Южных ущелий… а то я с такой придворной жизнью рискую вообще на коня не забраться… Или мне понадобится тягловой тяжеловоз».

Побледневший и осунувшийся Исхар нехорошо посмотрел на свое отражение в высоком зеркале гостиной, которая вместе с двумя спаленками была отведена баронессам из свиты Ее Величества Регины Вельтлант. Такой внешностью лишь детей пугать, а не пытаться поразить даму своего сердца. Из глянцевой поверхности на него взирал тощий, долговязый лейтенантик, черные вьющиеся волосы которого были затянуты в низкий хвост, открывая высокий лоб, черные дуги нахмуренных бровей, необычного цвета глаза… Ни мощной фигурой, ни выпуклыми мускулами парень похвастать не мог. И как ему такому невзрачному привлечь внимание этой юной, надменной «змейки», такой не похожей на весь разноцветно-фривольный спецотряд Королевской Кобры?