Never Fade Away (СИ) - Барышников

— Джонни, все норм? — картинка возвращалась мутной, несфокусированной, системы лажали. Впритык наконец-то отрисовалось озабоченное лицо Евродина — глаза в глаза, настолько близко, что можно было пересчитать все веснушки, если бы пришла в голову такая ебанутая идея. Ладонь Керри похлопала по щеке, потом опустилась на плечо — это Ви ощутил еле-еле, как будто организм потратил весь запас осязания на ту односекундную вспышку колючей и пожирающей чувствительности, а теперь не мог работать нормально. Яркость и контрастность никак не настраивались, изображение то проступало четко, то терялось за клубящейся темнотой. Судя по всему, Евродин умудрился втащить его обратно на диван, за что наемник был ему смутно благодарен.

— Нет, — выдохнул хрипло и неожиданно для самого себя Ви, хотя хотел привычно и упрямо ответить «Да». Кажется, дело, и правда, было хуже, чем обычно.

— А-а, ты, наверное, Ви, — разницу между ними Керри уловил моментально, что соло не удивило. Он уже понял, насколько отлично Евродин с Джонни знали друг друга. В голубых глазах все еще была обеспокоенность — видимо, Ви рухнул художественно, колодой. Хорошо, что рожу не разбил, хотя нос и побаливал. — Джонни предупреждал, что такое может случиться.

На какое-то время наемник завис, запрокинув голову и глядя на фигурную футуристическую люстру на высоком потолке. Мозг все еще отказывался адекватно обрабатывать информацию, мысли тошнотворно буксовали.

— Нормально поговорили? — разродился он наконец совсем не тем, что хотел сказать — видимо, сегодня для Ви была ночь, когда сознание потеряло связь с языком. Из-за присущих соло интонаций получилось с предъявой. Гнусненько так получилось, потому что заебываться Ви вовсе не хотел. Но поправляться или объясняться сил не было.

— Чувствую угрызения совести, — судя по выражению ярких глаз, Керри, и правда, усовестился на миг, улыбнулся обезоруживающе. И наемнику хотелось бы растолковать, что Евродин тут вовсе ни при чем, да и Ви никого не винил: сам подписался, сам хотел помочь рокеру, но язык банально не ворочался, сердце билось заполошно где-то в глотке, во рту пересохло и горечь текилы отвратительно каталась по рецепторам. Соло промолчал. — Ты это… Посиди пока. В себя приди. Ваще ни о чем не волнуйся.

Ладонь Керри еще раз дружески коснулась его щеки, а потом он оставил наемника одного.

Ви терпел. Ви дышал. Ви приходил в себя. Впервые чувствовал себя настоящей развалиной — обычно безотказное, сильное, молодое тело обидно и непривычно подводило.

Когда Сильверхенд в облаке красиво рассыпавшихся голубых пикселей появился сидящим на спинке соседнего модного белого дивана, утвердив стройные, длинные, широко расставленные ноги на сидении среди пустых бутылок и каких-то обрывков, соло даже не шевельнулся, только повел глазами, переместив взгляд на рокербоя. Возможно, это было клиникой и патологией, но даже разваливаясь на части, Ви не мог не засмотреться: падающий сверху свет живописно очерчивал изгибы мышц, бросал блики на металл руки рокербоя, блестел в черных волосах, подчеркивал тенями изгиб жесткой линии губ. Ебаная бесподобная картина. Наемник задумчиво улыбнулся.

— Все еще в говно, да? — одновременно с пониманием и с подъебой Джонни приподнял брови над авиаторами.

— Не сказал бы, — собрав себя с усилием в кучу, Ви уперся ногами в пол, толкнулся вверх и уселся ровнее. — Что там с концертом?

— Ты все слышал?

— Когда эффект слабеет, начинаю слышать. Ну?

— Жалею, что затеял это, — усмешка на губах рокера погасла, и он нахмурился, пристально глядя на соло. — Тебе херово. И с каждым разом все хуже.

— Мы все равно планировали это провернуть, — ужасно хотелось пить. Нашарив на столе какую-то бутылку, Ви отвернул пробку и осторожно нюхнул содержимое. Вроде алкоголем не пахло. Опасливо наемник сделал глоток, прежде чем договорить. Выдохшаяся газировка — не худший вариант. — Не поворачивать же на полпути.

— Не такой ценой, — сжав губы в одну жесткую линию, Сильверхенд качнул головой.

Город за панорамным стеклом исходил неровными неоновыми огнями, содрогался многочисленным светом окон, дышал ночным полумраком. Ви позволил своим глазам отдохнуть на этой картине пару секунд, а после, набравшись сил, вновь перевел взгляд на рокербоя.

— Я выдержу, — сделав еще один глоток, соло с удовлетворением отметил, что противная слабость из голоса ушла. — Не развалюсь. Мы уже начали, Джонни.

— Блять… — с усилием Джонни прошелся живыми пальцами по поцарапанному лбу, потер задумчиво щетинистый подбородок: Ви осознавал и буквально слышал в мозгу, как в рокере отчаянно боролись два беспокойства — за самого наемника и за Керри. Взвешивать было тяжело. Ви понимал и сочувствовал.

— Так что насчет концерта? — соло знал, что не сможет повлиять на принятие Сильверхендом решения, давить на рокербоя было бесполезно — он сам кого хочешь задавит, но уж больно Ви грела мысль о живом выступлении SAMURAI. А если Джонни сейчас открестится от этой идеи, собравшись поберечь наемника, то концерта Ви уже не видать. Он был уверен, что еще пару раз прием псевдоэндотрезина выдержит, не обнулившись. Да и не для рокера будет эта мысль, но, блять, что еще страшного могло случиться, кроме того, что тело останется Сильверхенду? Это было бы не худшим исходом. Наверное.

— Че? — рокербой бросил на соло быстрый, пристальный и хищный взгляд — словно что-то старался прочесть в его глазах.

— Я молчал, — уткнувшись в бутылку и стараясь не смотреть в лицо Джонни, Ви матерно проклинал себя за неосмотрительную мысль. Рокер какое-то время еще буравил его подозрительным взглядом, а затем выдохнул рвано и решительно.

— Значит, хочешь увидеть SAMURAI живьем? Что ж, ты прав, другого шанса не будет. Звони Нэнси.

Без привычного пиздеца, конечно же, не обошлось, но наемник на иное и не надеялся: клавишница SAMURAI, ныне звезда журналистики, Исида Бесс, псевдоним которой по ценному мнению Сильверхенда напоминал имя стриптизерши, тащившейся от истории Древнего Египта, ушла добывать материал о мальстремовцах и канула где-то в чилаутах Тоттентанца. Ожидаемо.

Выручать Нэнси нужно было оперативно, пока ей не навешали хрома сверх всякой меры или не нашпиговали свинцом под завязку. Времени на отходняки, отдых и перекусы не было.

Захлопнув багажник поршика, Ви накинул на себя извлеченную оттуда бронированную самурайку, продел, путаясь, руки в рукава, удерживая подбородком у груди два инъектора стимуляторов.

— Уверен? Ты и так на ладан дышишь после сбоя, — рокербой хмуро рассматривал соло с переднего пассажирского сидения.

— Варианты? — подняв подбородок, Ви выронил стимпаки себе в ладонь, распахнул дверцу и запрыгнул на водительское место. — Нет вариантов. Один сейчас.