КиберЗолушка - Марисса Майер

Зола перехватила поудобнее магбелт.

— Разумеется, я знаю, что такое любовь.

И печаль. Если бы она могла расплакаться прямо сейчас, в доказательство своих слов!..

— Хорошо. Тогда ты поймешь, что я делаю ровно то, что сделала бы любая мать, чтобы защитить своих детей.

Адри положила фото на каминную полку изображением вниз. Перл, не вставая, отвернулась, прижавшись щекой к коленям.

Страх снова начал скручивать Золе живот.

— Адри?

— Вот уже пять лет, как ты стала частью этого дома, Зола. Пять лет, как Гаран оставил мне тебя. Я до сих пор не знаю, что его заставило, до сих пор не знаю, почему он чувствовал себя обязанным путешествовать по Европе, по всей Европе — и все ради чего… Ради того, чтобы найти какого-то… мутанта и взвалить на себя заботу о нем. Он никогда не объяснял мне. Может быть, однажды он объяснил бы. Но мне ты никогда не была нужна. Ты это знаешь.

Зола закусила губу. На нее смотрели медроиды с пустыми лицами.

Да, она знала. Но не думала, что Адри когда-нибудь выскажется так ясно.

— Гаран хотел, чтобы о тебе позаботились, — и я делала все, что в моих силах. Даже когда он погиб, даже когда закончились деньги, даже когда… все развалилось.

Голос Адри надломился, и она прижала ладонь ко рту. Зола видела, как дрожат ее плечи, слышала прерывистые вдохи, когда Адри пыталась подавить рыдания.

— Но Гаран был бы со мной согласен. Пиона важнее. Наши девочки важнее.

Зола попыталась что-то сказать тонким от напряжения голосом. Она слышала в словах Адри попытку оправдаться. И решимость.

Ее передернуло:

— Адри…

— Если бы не ты, Гаран был бы все еще жив! И Пиона…

— Я не виновата!

Зола заметила белую вспышку, увидела, как Ико нерешительно мнется в прихожей. Ее датчик практически почернел.

Зола пыталась что-то сказать. Чувствовала бешеное биение пульса; перед глазами плыли белые точки. В углу зрения замерцал красный огонек — предупреждение: программа рекомендует успокоиться.

— Я не просила, чтобы со мной сделали это! Не просила меня удочерять — ни вас, ни кого бы то ни было! Я не виновата!

— Я тоже! — Адри внезапно обрушила удар на экран, одним взмахов выбив его из скоб-держателей; тот упал и разбился, увлекая с собой две пластинки — свидетельства достижений ее мужа. Куски пластика рикошетом отскакивали от рваного ковра.

Зола отшатнулась назад, но приступ ярости прошел так же быстро, как и появился. Нервное дыхание Адри уже замедлялось. Она так ревностно старалась никогда не причинять беспокойство соседям. Быть незаметной. Не устраивать беспорядка. Не делать ничего, что могло бы бросить тень на их репутацию. Даже сейчас.

— Зола, — сказала она, вытирая пальцы тряпкой. — Ты пойдешь с этими медроидами. Не устраивай сцену.

Пол под ногами у Золы закачался.

— Что? Зачем?

— Потому что это наш долг — сделать все, что мы можем, а ты знаешь, как высок спрос на… тебе подобных. Особенно сейчас. — Она прервалась. Ее лицо пошло красными пятнами. — Мы все еще можем помочь Пионе. Им просто нужны киборги, чтобы найти лекарство.

— Вы записали меня в волонтеры для исследований чумы? — Язык ей повиновался с трудом.

— А что еще я должна была сделать?

У Золы отвисла челюсть. Она оторопело помотала головой, а три желтых датчика сфокусировались на ней.

— Но… после исследований никто не выживает. Как вы могли…

— Никто не выживает после чумы. Если Пиона тебе так небезразлична, как ты заявляешь, ты сделаешь, как я сказала. Если бы ты не была такой эгоисткой, ты бы сама записалась в волонтеры, как только вышла с рынка сегодня днем, прежде чем прийти сюда и разрушить мою семью. Во второй раз.

— Но…

— Заберите ее. Она ваша.

Зола была слишком ошеломлена, чтобы двигаться, когда ближайший к ней андроид поднял сканер к ее запястью. Сканер издал писк и снова втянулся.

— Линь Зола, — сказал металлический голос, — вашей добровольной жертвой восхищаются все жители Восточного Содружества. Она будет оценена по достоинству. Вашим близким будет выплачена компенсация в знак благодарности за ваш вклад в наши исследования.

Ее пальцы с силой сжали магбелт.

— Нет, вот в чем все дело! Вам плевать на Пиону, плевать на меня, вам просто нужна эта идиотская компенсация!

Глаза Адри расширились, на висках запульсировали жилки — их было хорошо видно под кожей, туго обтягивающей череп.

Она в два шага пересекла комнату и хлестнула Золу по лицу. Зола упала у дверей и прижала ладонь к щеке.

— Заберите ее, — сказала Адри. — Заберите ее прочь с глаз моих!

— Я не записывалась в волонтеры! Вы не можете забрать меня против воли!

Андроид был невозмутим.

— Ваш официальный опекун уполномочил нас взять вас под надзор, если потребуется, с применением силы.

Зола сжала пальцы, прикрыв голову рукой.

— Нет! Вы не можете заставить меня быть подопытным кроликом.

— Да, — сказала Адри. — Могу, пока ты находишься под моей опекой.

— Вы и не думаете, что это может спасти Пиону, так что не притворяйтесь, что это ради нее! У нее в запасе дни. И шансы найти вакцину до того, как…

— Значит, моя единственная ошибка в том, что я ждала так долго, прежде чем избавиться от тебя. — Адри теребила в руках. — Поверь мне, Зола, ты — жертва, о которой я никогда не буду сожалеть.

Гусеницы одного из медроидов зашуршали по ковру.

— Вы готовы следовать за нами?

Зола сжала губы и убрала руку от лица. Бросила взгляд на Адри, но в глазах ее мачехи не было ни тени сочувствия. И Зола почувствовала, как в ней закипает какая-то новая ненависть.

— Нет. Не готова.

Она размахнулась и с силой ударила магбелтом по черепу первого андроида. Робот упал на пол; гусеницы продолжали двигаться в воздухе.

— Я не пойду! Ученые и так достаточно сотворили со мной!

К ней катился следующий андроид:

— Процедура двести сорок В: принудительное сопровождение киборга, подлежащего рекрутскому набору.

Зола презрительно ухмыльнулась и ударила концом магбелта в сенсор андроида, разбив линзу и опрокинув его на спину.

Она развернулась и оказалась лицом к лицу с третьим андроидом, уже прокручивая в мыслях, как выбежит из квартиры. Думая, не слишком ли опасно вызывать хувер. Прикидывая, где достать нож, чтобы вырезать ID-чип из запястья — с чипом они выследят ее, сомневаться не приходится. Гадая, достаточно ли быстро может передвигаться Ико, чтобы следовать за ней. И хватит ли ей сил всю дорогу до Европы проделать на своих ногах.

Медроид приближался слишком быстро. Она запнулась, пытаясь изменить траекторию магбелта, но металлические клещи медроида уже обхватили ее запястье. Выстрелили электроды. Слишком сильное напряжение для ее проводов. Ее рот раскрылся, но крик прилип к гортани.

Она уронила магбелт и отключилась. Красные предупреждающие сигналы мигали перед глазами до тех пор, пока мозг, повинуясь инстинкту самосохранения, как у всех киборгов, не заставил ее замолчать.

Глава 7

Доктор Дмитрий Эрланд провел пальцем по портативному экрану, изучая историю пациента. Мужчина. Тридцать два года. У него был ребенок, но никакого упоминания о супруге. Безработный. Стал киборгом три года назад в ходе лечения после несчастного случая на производстве. Несомненно, большую часть сбережений пришлось потратить на операцию. Он проделал долгий путь из самого Токио.

Слишком многое говорило против его кандидатуры — и этого доктор Эрланд не мог объяснить никому. Зажав язык между зубами, доктор издал губами не вполне пристойный звук, выражая разочарование.

— Что вы думаете, доктор? — спросила сегодняшняя ассистентка, темнокожая девушка, имя которой он никак не мог запомнить и которая была выше доктора на четыре дюйма как минимум.

Ему нравилось давать ей задания, которые заставляли ее работать сидя.

Доктор Эрланд медленно наполнил легкие, потом резко выдохнул и сменил данные на экране диаграммой соотношения тела пациента. Шесть целых четыре десятых процента были искусственными — правая ступня, немного проводки, и контрольная панель размером с ноготь большого пальца, вживленная в бедро.

— Слишком старый, — сказал он, бросая порт на стойку перед окном наблюдения. По ту сторону стекла лежал пациент. Он казался спокойным — только пальцы выбивали безумную дробь по пластиковым подушкам. Он был босиком, но протезы были покрыты кожей.

— Слишком старый? — переспросила ассистентка. Она встала и подошла к стеклу, взмахнув портскрином в сторону доктора. — Теперь тридцать два — это слишком старый?

— Мы не можем его использовать.

Она сложила губы в трубочку и скривила рот.

— Доктор, это будет уже шестой доброволец за месяц, от которого вы отказываетесь. Мы не можем себе позволить продолжать в том же духе.