"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

В конце концов, попросив Стюарта толкнуть, если что, Денис прикрыл глаза и погрузился в убивающую время дремоту. Впрочем, и покемарить толком не удалось, слишком часто мимо них шастали инструкторы в чине майора и выше. Так что вскакивать, вытягиваясь во фрунт, приходилось каждые пару минут.

Денис ломал голову: на кой черт их вызвали в штаб? Перебрав в памяти все известные ему прегрешения сотоварищей и не обнаружив ничего стоящего, он принялся анализировать другие параметры. Вроде не земляки — тут присутствовали представители, пожалуй, всех континентов, кроме разве что ледяной Антарктиды. Пятеро, кажется, религиозны, остальные в подобном не замечены. Трое китайцев, один чернокожий… Денис никак не мог нащупать систему. В успеваемости не хромал никто, скорее наоборот, мозги присутствовали у всех. Заметив, что Стюарт украдкой наблюдает за ним, Денис хмуро поинтересовался.

— Чего?

— Высчитываешь, на кой черт мы тут сидим?

— Да уж нетрудно догадаться. Есть какие мысли?

Бэйн приблизил лицо.

— Нам что-то предложат, предчувствие у меня такое.

— Что?

— Я не телепат.

Денис собрался ответить поязвительнее, как вдруг замер. Кто-то тихонько, еле слышно присвистнул:

— Оба-на!

В вестибюль, сверкая парадной белой формой Флота, вошел щуплый капитан-лейтенант. Оглядев устланный коврами вестибюль, он не секунду задержал тяжелый взгляд на рассевшихся курсантах и, чему-то улыбнувшись, упруго взбежал на второй этаж. Повисло задумчивое молчание. Первым вышел из ступора Денис.

— Флотский.

Остальные переглянулись. Флотские офицеры нечастые гости в училище десанта военно-космических сил. Им тут просто нечего делать. По крайней мере, за весь год Денис не видел ни единого, и Стюарт подтвердил его мысли.

— Белые мундиры. И сдается мне — по наши души.

На него зашикали.

— Тебя бы на экстрасенсорику проверить, Нострадамус хренов!

Стюарт шутливо отмахнулся.

— Проверялся уже — полный ноль.

— Да уж заметно!..

Парни тихонько прыснули. Стюарт помрачнел. Видимо, шутка задела что-то неприятное в его душе.

— Иди к черту, юморист!..

— Смирно!

Курсанты вскочили, распрямляя одеревеневшие от долгого сидения конечности. К ним направлялся сам начальник училища, в компании с давешним капитан-лейтенантом.

— Вольно, орлы.

— Вольно!

Щеголяющий капральской нашивкой Яндарбиев кинулся навстречу с докладом.

— Господин бригадный генерал, группа курсантов второго курса в составе одиннадцати человек ожидает приказа!

Генерал поморщился.

— Да не ори ты так, капрал. Все в сборе?

— Так точно.

Начальник училища удовлетворенно кивнул.

— Вот и славно. Вот, знакомлю: капитан-лейтенант Сайбер. Вы поступаете в его распоряжение. Необходимые документы уже подготовлены. Прощайте, орлы!

Денис непонимающе посмотрел на остальных. Выражение лиц товарищей тоже блистало целой гаммой выражений — от удивления до откровенного непонимания ситуации. На кой черт флотскому полвзвода второкурсников из десантного училища? Денис решился.

— Господин бригадный генерал, разрешите обратиться?

Генерал приподнял бровь.

— Слушаю вас, курсант.

— Господин генерал, в каком смысле «прощайте»?

Генерал дернул уголком рта.

— Капитан-лейтенант вам все объяснит.

Потеряв к группе курсантов всяческий интерес, начальник училища развернулся и медлительной походкой скрылся за лестничным поворотом. Впрочем, Денис мог поклясться, что их «батя» чем-то крайне недоволен — уж не внезапным ли визитом каплея?

Флотский подождал с полминуты, давая курсантам адаптироваться к новым обстоятельствам, потом негромким баритоном приказал.

— Будьте любезны построиться, господа гардемарины!

От неожиданности обращения замер не только Денис, но и остальные. Видя их замешательство, каплей рассмеялся.

— Подробности я вам разъясню по дороге, благо лететь далеко, успеете удовлетворить любопытство. А сейчас, — его голос приобрел знакомую командную твердость, — выходи строиться на улицу!

Вбитые за год рефлексы сработали автоматически: без малейших мыслительных усилий тело Дениса выбежало на улицу и заняло свое место в строю. Капитан-лейтенант неторопливо вышел следом и рассмеялся вновь.

— Да, неплохо вас тут выдрессировали! И тренированы на диво — вон мускулы как выпирают.

Он оглядел команду и скептически пожевал губу.

— Но, я не знаю, что из вас получится, ой не знаю! За мной, гардемарины!

Яндарбиев кашлянул.

— А вещи из казармы забрать, господин капитан-лейтенант?

Каплей ответил не оборачиваясь:

— Ваши вещи уже на борту.

Кто-то в строю присвистнул. Вот так дела!

Каплей шагал споро, упругим, но слегка кошачьим шагом, что волей-неволей вырабатывается у флотских со стажем в космосе. Искусственная гравитация ведь достигает номинала только у самой обшивки, а чем ближе к центру вращения, тем слабее и слабее прижимает тебя к полу, и момент перехода из зоны в зону лучше любого тренажера учит держать равновесие.

Они миновали наполовину врытые в землю ангары и вышли ко взлетной площадке. Тут всегда стояла пара дежурных «чижиков». Но сегодня, кроме заурядных турбинников присутствовало и нечто иное. Флотские не мелочились: на потемневшем от ракетных выхлопов бетоне распласталось сизое бронированное чудовище — десантный транспорт «Геркулес». Длиной около тридцати пяти метров, напоминающий раскормленного бегемота, транспорт мог нести в своем брюхе целый взвод со всей техникой и киберами. Живьем этого монстра Денис еще не видал — занятия по высадке с орбиты начинались ближе к концу второго курса. На его глазах два поворачивающихся пилона маршевых двигателей, еще горячие после посадки, вдруг зашевелились, двигаясь в обеих плоскостях. Похоже было, что кто-то в пилотажной рубке, готовясь к взлету, ухватился за джойстик управления.

Каплей указал на виднеющийся сзади «Геркулеса» пандус.

— Поднимайтесь на борт и занимайте свободные кресла, взлетаем через полторы минуты! — Он залихватски ухмыльнулся: — И готовьтесь к перегрузкам.

Офицер скрылся за стойкой шасси, где должен был находиться второй трап, ведущий к пилотскому модулю. Денису пришлось пригнуться — от бетона до днища транспорта было не более полутора метров. Соблюдая очередность, курсанты быстро забежали внутрь и торопливо расселись по приваренным к стенам довольно удобным сиденьям. Каплей сказал про полторы минуты до старта, а флот всегда славился своей пунктуальностью. Если не успел занять сиденье до старта, то жаловаться на поломанные перегрузкой ребра будешь своему сокамернику на гауптвахте. Такова специфика службы.

Даже после загрузки всей команды в грузовом отсеке оставалось еще до чертовой матери места. Рассчитанный на три боевых машины десанта, одиннадцать курсантов отсек принял с максимальным в данных обстоятельствах комфортом. Денис, все еще не понимая ситуации, плюхнулся в мягкое противоперегрузочное сиденье и после недолгих поисков нашел и закрепил страховочные ремни. Почти сразу наружный люк закрылся, а через пару секунд где-то совсем рядом зашумели пробуждающиеся двигатели.

Как и обещал каплей, пилот рванул с места в карьер, выдав полную тягу, едва только «Геркулес» оторвался от покрытия. Перегрузка вдавила в сиденье, выжимая из легких воздух, в глазах ощутимо потемнело. Кто-то из соседей сдавленно выматерился, на чем свет кроя и садиста пилота, и весь гребаный флот, и стальной гроб транспорта до кучи. Денис же предпочел промолчать — дыхание и так давалось с большим трудом, каждый вдох требовал бешеных усилий всех мышц корпуса. Он вспомнил наставления и начал дышать через нос, больше используя мышцы живота. Так и вправду сделалось полегче, теперь Денис уже не напоминал выброшенную на берег рыбу.

Впрочем, пилот, похоже, вознамерился доконать их окончательно. Едва только курсанты хоть как-то приспособились к перегрузке, как на секунду воцарилась невесомость, и тут же транспорт ухнул вниз, добавляя к свободному падению всю мощь двигателя. Вот теперь стало плохо по-настоящему. Отрицательная перегрузка переноситься человеком куда хуже, чем простое увеличение силы тяжести. Казалось, что все внутренности вот-вот вырвутся на свободу через рот. Денис изо всех сил сжимал зубы и радовался, что их не отпустили на обед — ведь нет постыднее зрелища, чем будущий десантник, весь заляпанный собственной рвотой.