Перерождение (СИ) - Мозолевский Павел

Вот уже тысячу лет несу свой пост с гордостью: исполняю свои обязанности с трепетной преданностью делу. Для меня важен каждый студент. Каждое горящее сердце страстью, каждые пылающие глаза жаждой знаний!

И говорю это в укор вам Айрон!

Ваша задолженность составляет двадцать цельных камней манны. Что приравнивается к четырём тысячам золотых монет! Или сотне тысяч платиновых, или тысяче адамантитовых!

Именно такую суму каждый знатный студент вносит за десятилетие обучения! Именно столько вы задолжали Айрон!

Однако… По глубинным законом Царства Теней — любой носитель высшей крови имеет право на образование; и даже обязан им пользоваться в полной мере! Без исключений!

Я ещё храню в сердце надежду на пробуждение ваших сил. Род Лэгрант должен продолжаться. Иначе мы потеряем важную линию крови. Что совершенно неприемлемо!

Именно поэтому. В связи с неожиданным падением вашего дома, академия готова предоставить вам субсидию на благо народа Ак-шас.

И даже выдать обмундирование первого курса: БЕСПЛАТНО! Если же вы не будете добросовестно проходить обучение, вас принудительно отправят в ссылку за долги на сто двадцать три года!

Место заключения кристаллическая шахта Рассвет. Даже если у вас не выйдет пробудить силы, подумайте о своих потомках, что вы оставите им. И подумайте хорошенько.

Мне больно видеть как гниёт благородная кровь в ваших безрассудных венах.

Обучение начнётся первого дня, первого месяца чёрного солнцестояния в 13:30. То есть ровно через семь дней!

Если вы не явитесь, то можете прямо сейчас собирать вещи в заключение. Бежать категорически не советую!

С уважением — Арманд Виге-Лебрен.

«Роспись» «Печать»

Винтики закрутились, а взгляд дрогнул, — И меня правда отправят на рудники? Что это вообще за место? — перевёл взгляд на девушку.

Девушка облокотилась на дверную раму, сложила руки замком и начинала отвечать:

— Страшное место, где дуют лютые ветра, обитают жуткие звери. И за каждым камнем ждёт смерть.

Она быстро продолжила.

— Никогда ещё высшую кровь туда не ссылали, это великий позор на тысячелетия. И да… Отправят, академия никогда не шутит.

Кровь нагревалась. Глаза Айрона окрашивались красным. Чувство гнева поднималось из глубины души, интеллект критически падал. Клыки на рыке лезли из-под губ… Мускулы левой руки, что держит письмо, ожили, красные вены покрыли руку.

— Сперва это вонючие тело, потом крысы, теперь письмо. Да вы что, издеваетесь? — кулак молотом злого бога ударил по тумбе. Дерево на половинах затрещало, лопалось, а после тумба и вовсе разлетелась осколками по комнате, как арбуз, ударенный дубиной.

Айрон выпустил гнев и моментально отошёл от приступа ярости:

— Я…

Горничная замерла, но не от страха, янтарные глаза пристально смотрели на осколки. Девушка явно задумалась.

— Молодой господин, а что вы это только что сделали? — она взяла щепку и внимательно рассматривала.

— Прости, я не должен был срываться. Не хотел взрывать тумбу рукой… Как я вообще, — Айрон рассматривал руку-пирог с сосисками и недоумевал.

— Всё хорошо, часто такое происходит? — с большим любопытством спросила она, продолжая смотреть на щепки.

— Подобное почувствовал вчера, когда возился с теми дьявольскими крысами… — чутка отрешённо говорил он.

— Эмм… что? — она посмотрела на Айрона, как на умалишённого. — С какими крысами? — с любопытством спросила она.

Юноше стале не по себе.

— Ну, я… Вчера убежала, а потом провалился в дыру с крысами и там…

— Мне, наверное, лучше это не знать… Ваши вкусы…

Лилиана стояла в ступоре и пыталась осмыслить происшествие, но исходя из выражения лица, она не осмыслила. Настало молчание на три вздоха, однако девушка сама разрушила его.

— Вы лягте ещё поспите… Нельзя так сильно перенапрягать тело. Ещё толком не рассвело, а у меня дела по дому, — девушка уже отставила дверь от стены.

— Погоди, скажи мне своё имя!

Служанка обернулась, держа руками двери. — Лилиана, — она ушла, попутно кое-как приставив дверь.

— Что это за место? — быстро выдал он, на что услышал ''Разрушенный дом''.

''Не будет ли ещё хуже, если я снова попытаюсь отсюда сбежать?''

Немезида: Вряд ли объект Демьян выпустит вас из особняка. Вы абсолютно ничего не можете в таком жалком состоянии. Вы даже полуразумных животных убить не можете.

"Такое впечатление, что я заказывал подобную жизнь? Перемещение в эту больную игру!''.

Немезида: Не советую жаловаться, лучше позаботьтесь о своём пропитании, а теперь спите, — холодно говорил голос в голове.

Немезида: Включаю принудительный сон и запускаю малую отладку тела.

Айрон почувствовал тяжесть век, словно те стали свинцовые. Мысли уходили в царство сна, он быстро отключился, ничего не добавив.

«Ветер перемен»

Лилиана неслась по коридорам зимней стужей в ночи. Напористым дуновением ветра на бескрайних степях. Даже деревянный пол не скрипел под легкой поступью каблучков, словно настоящий ветер гуляет по коридору.

Аккуратные кисти бурно ударили двойную дверь. Двери грохоча ударяются о стену. Какая-то картина упала на пол — старик поперхнулся и перелил кубок с кровью на бумагу. — ДЕДУШКА! Ты не поверишь, — громко вскрикнула.

Глаза пыла огнём, редкая улыбка сияла на лице, она медленно подошла к столу.

Демьян подскочил на месте от неожиданности и выдал:

— Сердце бедного деда чуть не выпрыгнуло на тот свет, что стряслось? Опять этот гад что-то чудил?

Старик на последнем слове свёл брови.

— Да нет… — Лилиана махнула рукой.

— Ты только послушай, я видела проявление родовой силы, — тихонько произнесла она.

— Быть такого не может… — глаза старика стали по пять копеек.

— Он ведь родился почти что дефективный, шанс к чему-либо равнялся абсолютному нулю, — дед развёл руки.

Девушка поставила руки на стол и глянула на деда.

— Я сама видела! Айрон разозлился. Мигом разбил тумбу из коричневого дуба, а это дерево нелегко повредить.

Лилиана выдохнула и продолжила.

— Говорит, что почти ничего не помнит. И проявление силы началось во время охоты на кроликов! — добавила она.

— Чётко видела бурную мускулатуру. Красные бугристые вены, сам кулак даже больше стал. Тенью соприкоснулся с тумбой и та взорвалась! — Лилиана показала взрыв жестами.

Старик крепко задумался, держал подбородок рукой, копался в недрах воспоминай, а потом в его глазах вспыхнул дьявольский огонек, словно сатори снизошло на него.

— Ведь чувствовал его гибель! А кровь лгать не может! — возбуждённо говорил он, не обращая внимание на стекающую кровь со стола на чёрные брюки.

— Быть может Айрон тупостью подвёл себя к порогу истиной смерти. И кровь пробудилась не желая погибать! Кровь перестроила тело и спалила воспоминания ко всем чертям!

У Демьяна, словно лампочка загорелась над головой.

— Возможно тираническая кровь Лэгрант и вправду способна на подобное, но мне думалось, что это обычное сказочки…

— Неужели правда, — Демьян копался внутренним взором в тоннах воспоминаний.

Как легко найти объяснение, когда лёгкая нажива так близко.

Старый вампир задумчиво произнёс.

— Это тот случай, когда беспросветный кретинизм не только пагубный, а ещё полезный! — его глаза полыхнули пламенем.

— И что же ты предлагаешь, уважаемый дедушка, — Лилиана постучала ногтем по столу.

Старый вампир показал клыки.

— Давай пару дней понаблюдаем за ним. Выйти я ему не дам и кормить не буду. Пускай охотится в саду.

— Если он взаправду чутка изменился или пробудил силы, то ты, внученька, присмотришь за ним в академии, туда можно брать одного слугу.

Демьян выдавал как из автомата.

Лилиана обрадовалась.

— Хорошо, дедушка.

— Лучше давать меньше информации нерадивому, я буду строить из себя дурочка, если он действительно ничего не помнит, мой настоящий характер не узнает, — Демьян вновь кровожадно улыбнулся.