Ступень Пятая - Инди Видум

проблем. К Андрею у него и без того накопилось претензий воз и маленькая тележка, потому что внук ставил свои удобства и развлечения превыше всего остального, не понимая, что, погубив клан, останется без всего. Именно этого пренебрежения Мальцев никак не мог простить родственникам, которые считали, что у них достаточно денег, чтобы больше ни о чем не беспокоиться. Разве что только какое впечатление они производят на фоне других.

— Андрей имеет право на отдых.

— Ах, он несчастный перетрудившийся ребенок, — с издевательскими интонациями протянул Мальцев-старший. — Всего тридцать с небольшим годиков мальчику, поэтому держится за мамкину юбку и прячется за папкину спину, потому как отвечать за свое поведение не хочет. Значит так, Александр. — Мальцев стукнул ладонью по столу без магии, но с такой силой, что чашка подпрыгнула и опять облила все вокруг чаем. Впрочем, Мальцевы не обратили внимания, потому что смотрели друг на друга как непримиримые враги. — Ежели Андрей в течение недели дома не появится, главой клана ему не быть. Все Дианке завещаю. А она уж себе кого надо в спутники выберет. И если это будет Елисеев, то так тому и быть.

И он довольно закхекал прямо в ошарашенную физиономию сына.

Глава 13

Раскаяния я не ощущал. Наоборот, был убежден в правильности того, что сделал. На это указывали и поставленные там же заклинания учителя. Было бы время, я бы еще по сейфам полазил, мне это было под силу, но, чтобы не оставить следов, требовалась нехилая такая подготовка, которая могла не завершиться к тому времени, как Тумановы вернутся.

А вот включить компьютер, обнаруженный в лаборатории, мне было по силам, вот только запрашиваемого пароля я не знал, а без него войти не мог. К сожалению, к моим магическим навыкам эта железка отнеслась без должного уважения. Пошарив под столешницей, куда не слишком умные пользователи иногда крепят стикер с паролями, я ничего не нашел. Обыскав все возможные места для сокрытия такого стикера и проверив все на тайники, я пришел к неутешительному выводу: либо Тумановы были пользователями опытными, либо пароль не доверяли ничему и никому, кроме себя — в любом случае, к данным компьютера мне было не пробиться. Стаса бы сюда, он бы наверняка что-нибудь придумал. Но проводить кого-то сюда я бы не рискнул — не-магу велика вероятность попасться.

Были еще обычные, даже незапертые шкафы с папками, туда я заглянул, пришел к выводу, что если там и есть что-то важное, то меня оно касается вряд ли, а вот просматривать придется долго, поэтому, сунув нос в пару папок, я вернул их в шкафы и закрыл дверцы. Время поджимало.

Бросив печальный взгляд и на сейфы, и на выключенный компьютер, я зачистил в помещениях ауру, ретировался из подвала, посещение которого могло быть куда успешней, если бы удалось просмотреть записи на компе, защищенные одним только паролем. Не было там магии, что было большим просчетом с точки зрения безопасности. Вот мой ноут посторонний использовать не сможет. И даже вытащить из него ничего не сможет, ни одной детальки. Правда, это исключительно наша внутриклановая разработка, которой мы не делились ни с кем. Серый загорелся было выбросить на рынок этакую гибридную защиту информации, но Постников резко выступил против, потому что собственная безопасность должна стоять на первом месте, а деньги — на втором.

Пожалуй, я немного расстроился из-за того, что никто из Тумановых так и не появился, потому что во мне жила глупая надежда, что стоит услышать самому то, что обсуждают император и цесаревич, как окажется, что мои страхи не стоят выеденного яйца.

Зато прислуги, как мне показалось, стало больше, поэтому я ни один раз пожалел, что среди моих способностей нет перемещения по потолкам — только такой способ мог гарантировать, что я ни на кого не наткнусь. В результате больше всего времени ушло именно на то, чтобы выбраться из дворца.

Пробежался я до дома Глазьева, размышляя, даст ли прослушка сейчас хоть что-то. Ведь если раньше это обговаривалось до малейших деталей, то Тумановы могли понимать друг друга с полунамека, недоступного нам. Желание покопаться в компе только усилилось, причем распространилась еще и на те, что были в других помещениях. Нужно будет проконсультироваться у того же Стаса, как можно скачать информацию с запароленных компов, а уже потом лезть. А если подготовиться нормально, то и сейфы можно будет вскрыть.

Но полезу второй раз, только если услышим что подозрительное, потому что лезть во внутренние дела императорской семейки — не самое хорошее времяпрепровождение и чреватое тем, что замажешься по уши там, где ожидаешь меньше всего. Не нужны мне чужие секреты, которые не касаются нашего клана.

Оказалось, торопился я напрасно. Компания все еще сидела за столом, и я осторожно подошел, подменил фантом собой, после чего его развеял. И только тут понял, насколько меня вымотал контроль этой магической структуры.

Ни моего прихода, ни развеивания фантома никто не заметил, поэтому я осторожно коснулся Постникова, привлекая внимание, и тихо сказал:

— Все получилось.

Он кивнул, показывая, что понял, но как ему ни хотелось узнать результаты, сейчас было не время для этого. Так что я, посчитав, что самое нервное позади, отдал должное тому, что оставалось на моей тарелке. Мне стало интересно, кто в ней ковырялся, чтобы создать впечатление исчезающего блюда, потому что фантом у меня, конечно, продвинутый, но не настолько, чтобы еще и самостоятельно питаться. Повар у Глазьевых оказался так себе, но пробежка и использование магии на грани разбудили во мне зверский аппетит. Так что я смирился с несовершенствами местной кухни и доел все, что оставалось на тарелке. Остальные, разбалованные стряпней Ольги Даниловны, больше ковырялись в блюдах, чем ели. Давыдов же даже не делал вид, что ест, общался я супругой Глазьева, от которой не так давно почившему Роману достались близко посаженные глаза и вспыльчивый характер. Впрочем, по словам Ефремова, вся вспыльчивость у Глазьева-младшего волшебным образом испарилась, когда он полностью осознал ситуацию, в которой оказался. Сложно пыжиться, если за тобой никого нет и даже родной отец не признает. А ведь мать могла тоже не признать, даже если Роман пытался с ней связаться, — вон как кривит губы от одного только подозрения, что ребенок может оказаться не одной с ней крови. Да, эта пара друг друга стоила, для них не имеет значения, чья душа внутри, если тело правильное. Я бы