"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий Анатольевич

Не сдержавшись, она все же широко улыбнулась и, наклонившись, звонко чмокнула меня в щеку… В обгоревшую щеку. Прямо по едва схватившимся волдырям. Млять! Получилось пипец как больно.

— Спасибо, Рихтовщик! — шепнула она мне на ухо, так же нежно, как раньше. И боль в потревоженной щеке тут же ушла на задний план.

Забыв о сидящих в неподалеку Скунсе и Жабе, я потянулся к почти прижавшейся в наклоне гибкой женской фигуре, но Слеза, опередив мои неуклюжие объятья, плавным текучим движением вернулась к нейтрально-сидячему положению.

— Но для окончательного прощения, ты должен согласиться помочь мне с заданием, — строго объявила она и скинула мою руку со своей коленки.

— Че за задание-то? — раздраженно спросил я. — Ты ж так нихрена толком о нем и не рассказала!

Опередив ответ девушки, перед глазами загорелись строки системного запроса:

Внимание! Вам предлагается эпическое задание «Опекун Хранителя», по условиям которого вам надлежит в течение следующих 29 дней, в команде с игроком Слеза, обеспечить доставку обладающего уникальным Даром «Кисляка» игрока Скунса в Замок Ордена Хранителей. P. s. Карта с маршрутом к указанному замку находится у игрока Скунса.

Награда за исполнение задания: +5000000 единиц опыта и исполнение Орденом Хранителей одного заветного желания.

Штраф за отказ от задания: -5000000 единиц опыта и -500000 кармы.

Штраф за провал задания, из-за обстоятельств непреодолимой силы: -500000 опыта и -50000 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

— Охренеть! — не сдержавшись, я вслух поделился своим впечатлением о прочитанном.

— Я так поняла, объяснять больше ничего не надо? — хмыкнула Слеза.

— Это че ж за жопа-то такая, если пять миллионов опыта и награда за исполнение, и штраф за отказ?

— Крутое задание для крутышей с уровнем, перевалившим за сороковник, — пожала плечами Слеза. — Твой крестник попал в число избранных, получивших уникальный Дар будущего Хранителя. Самому ему доковылять до Замка силенок не хватит. А в том, чтобы он, таки, добрался до Замка заинтересован сам Орден Хранителей. И нас с тобой, за опыт и разнообразные полезные абилки, выбрали в качестве его сопровождающих. Чтобы в будущем стать Хранителем, претендент обязан прибыть в Замок Ордена в течении месяца, с момента получения уникального дара.

— А мне написали двадцать девять дней… Это типа один день уже прошел?

— Типа да.

— А где Замок находится?

— Эту информацию ты сможешь получить от крестника после принятия задания.

— Ты-то уже приняла. Значит, знаешь где?

— Разумеется.

— Ну и???

— Далеко за пределами нашего региона.

— Вот дерьмо!

— Да брось, Рихтовщик, я ж тебя знаю. Ты тот еще авантюрист, и не откажешься от опасного приключения. Тем более, если речь идет о благополучии твоего крестника.

— Люди меняются…

— Люди — да. Рихтовщик — вряд ли.

— Черт! Пять миллионов штрафа! Как будто у меня есть выбор?! — фыркнул я.

— Не передергивай. Со своим читерским Даром ты прекрасно устроишься в любом стабе и низкоуровневым игроком. И опыт с кармой, не сомневаюсь, у такого везунчика быстро восстановятся до прежних величин.

— Ты че типа меня отговариваешь?

— Я ТИПА хочу, чтобы ты не прикидывался бедной овечкой, припертой к стенке невозможностью выбора. А, как высокоуровневый игрок, САМ принял решение.

— Черт!.. Ну так-то я Гале обещал, позаботиться о ней.

— Опять сливаешься, — хмыкнула Слеза. — Ради дочери Ртути ты женился. И Незабудка прекрасно сможет защитить и позаботиться о девочке в период твоего месячного отсутствия.

— Нужно предупредить ее о Скальпеле.

— Согласна. Но для этого вовсе не обязательно возвращаться в Вешалку. Надеюсь, ты еще состоишь с женой в общем чате?

— Да, она приняла меня в отряд. И даже недавно отправляла сообщения, когда…

— Рихтовщик, не надо мне ничего объяснять, — перебила Слеза. — Просто зайди в чат.

— Зашел… Есть аватарка жены. Но она серая.

— Потому что мы вне зоны действия чата. Сейчас подъедем к стабу, и ты легко сможешь связаться с Незабудкой. Разумеется, если примешь задание… Иначе, так уж и быть, довезу тебя, по старой дружбе, до ворот стаба. И высажу вместе с Жабой.

— А если Жаба захочет сопровождать друга? Так-то они прикипели друг к другу.

— Ты издеваешься? Мне бы с охраной Скунса справиться. А двоих новичков в одиночку я точно не потяну.

— Ладно, считай уговорила.

— Опять на чужие плечи решение пытаешься свалить! — возмутилась девушка.

— Да брось. Сама же сказала, что хорошо меня знаешь… В жизни себе не прощу, если откажусь от возможности увидеть Замок Хранителей.

И не откладывая больше ни на мгновенье принятие решения, я мысленно надавил «Да».

Судя по остекленевшим глазам Слезы, ей тут же поступило дублирующее уведомление.

— Я ничуть в тебе не сомневалась, — облегченно выдохнула девушка через пару секунд.

— У меня снова Дар откатился, — раздался сзади робкий голосок будущего Хранителя. — Пора целительские процедуры над пациентом обновить.

И мы с бывшей подругой одновременно расхохотались. Почти так же, как в старые добрые времена.

Интерлюдия 14

— Вот че, спрашивается, говнюку дома не сидится? — заворчал Гусь, заметив в окошко постовой будки появившийся из-за поворота знакомый фургон.

Раздавшийся через секунду требовательный гудок заставил дежурного привратника оторвать пятую точку от мягкого кресла и выскочить навстречу подъезжающему авто.

— Блоха! Твою мать! Всего ж час прошел! — возмутился Гусь, подходя к водительской двери. — Говорил же: Толстяк запретил мне народ из стаба выпускать! А он разъездился, млять, туда-обратно! Подставить меня задумал, сучара?! Разворачивай фургон свой к хренам! И вали отсюда, пока я…

Поток ругани резко оборвался, когда стало плавно опускаться тонированное стекло водительской двери.

— Че расшумелся-то, Гусь? — хмыкнул оказавшийся на водительском сиденье хозяин Блохи.

— Ска-кальпе-пель? — заикаясь, выдохнул охранник, разом сдувшись.

— Вот, мальчонку своего решил за периметр вывести, — как ни в чем не бывало, вполне по-дружески продолжил самый опасный убийца Вешалки, и даже подался в кресле чуть назад, давая стоящему у двери Гусю разглядеть мальчишку, на соседнем пассажирском сиденье. — Квант, поздоровайся с дядей.

— Здрасьте, — недовольно буркнул пацан.

— Здравствуй и ты, — откликнулся Гусь.

— Парню уже десять лет, — продолжил Скальпель. — А он, прикинь, не единой твари еще в живую не видел. Хватит, думаю, ему за мамкиной юбкой отсиживать. Самое время прогуляться по окрестному лесочку и кончить, под моим приглядом, разумеется, пару-другую подвернувшихся под руку бегунов… А ты, Гусь, как думаешь?

— Дык… Отчего ж не прогуляться-то, ежели под приглядом самого Скальпеля, — заискивающе закивал привратник.

— Ну, коли тоже одобряешь, то, уж сделай милость, ворота-то нам открой.

— Конечно-конечно… — пулей метнулся обратно в будку, Гусь и потянул за рычаг, активируя раскрытие тяжелых стальных створок.

Выразив благодарность коротким гудком, Скальпель направил фургон в открывшийся широкий проем. Но примерно на середине ворот был вынужден резко дать по тормозам, из-за вынырнувшего сбоку БТР-а, тут же полностью перекрывшего длинным бронированным боком уводящую из стаба грунтовку.

— Гусь, сука! Это че еще за подстава?! — взревел Скальпель.

Услыхавший его в будке охранник, со страху, тут же позорным образом обмочился.

Переключив передачу, Скальпель попробовал сдать назад, но тут же уперся арматурой заднего кенгурятника в бронированный передок второго БТР-а, на бешеной скорости подлетевшего из стаба и заблокировавшего фургон в воротной рамке.

— Не я это! — заскулил в будке Гусь.

— Заткнись, — оборвал трясущегося от ужаса труса, выбирающийся первым из второго БТР-а красномордый усатый мужик в камуфляже, из-за широченных плеч и каплеобразного объемистого пуза, похожего на большую бочку на коротких кривеньких ножках. И, обернувшись, к появившемуся в боковом люке следом двухметровому, худому, как жердь, верзиле, добавил: — Вот, полюбуйся, братан, с каким материалом приходится работать.

— И не говори, — откликнулся длинный. — Мельчает игрок в стабе нашем.

— Толстяк? Лом? — обратился к колоритной парочке тоже выскочивший из фургона Скальпель. — Братва, какого хрена?! Вы че, в натуре, беспредел творите?!

— Не гони, куманек, — раздался сзади знакомый женский голос, — беспредельщик, походу, тут ты один.

Незабудка, с сухопарым старичком (единственным, кстати, одетым не в камуфляж, а в классическую тройку, при галстуке и с тростью в руках), выбравшись из первого БТР-а, преградили Скальпелю пути бегства со второй стороны.

Затравленно озираясь, как зажатый в угол зверь, Скальпель прижался спиной к двери фургона.

— Граф! Ты ж всегда поддерживал нас с Ртутью! — бросил он обреченный взгляд на старика в костюме.

— Поддерживал, — откликнулся старик неожиданно молодым звонким голосом. — Потому как, при Ртути, ты был достойным бродягой, а не подставлял жопу ботам, как подстилка дешевая.

— Граф?! Братва?! Какие боты?! Я Стиксом клянусь…

— Оставь свои ублюдочные клятвы, — фыркнула Незабудка. — Рихтовщик выжил после падения в ботовском вертолете. Он рассказал, как ты, со своим ублюдком-помощником, устроил засаду в доме, и сдал его ботам. И Система признала его слова.

— Братва!..

— Не брат ты нам больше, а сука дешевая, — сказал, как плюнул, Толстяк.

— Задавим сучару! — поддержал товарища Лом.

— Да пошли вы, чистоплюи гребаные! — в руке у Скальпеля материализовался верный нож. — Я и в одиночку всех вас на ремни…

Договорить он не успел, отчаянно пытаясь отразить объединенный удар четверки высокоуровневых игроков.

Неравный бой продлился не долго. Пригвожденный к месту точным выстрелом паучьей сети Незабудки, намертво запутавшим ноги, Скальпель успел увернуться от просвистевшего над головой пудового кулачища Толстяка, принял в подставленную левую ладонь нацеленный в сердце удар кинжала Лома, и ценой нескольких отрубленных пальцев смог отвести смертельный удар в сторону, сам же, в ответку, успел пару раз пробить ножом в печень подставившегося великана, и тут же пропустил по затылку крушащий череп удар тяжеленной чугунной трости от подоспевшего графа.

Всего три секунды, и все было кончено.

Для двух низкоуровневых свидетелей схватки: сидящего на переднем сиденье Кванта и прячущегося в будке Гуся, действо промелькнуло одинаково безлико. Из-за запредельной скорости дерущихся, они наблюдали только начало конфликта, пока длилась словесная перепалка, дальше пять фигур вдруг исчезли из поля зрения, и через три секунды, когда схватка закончилась, снова стали видимыми.

Практически обезглавленный труп отца, на глазах шокированного сына, фонтанируя кровью, рухнул на землю (страшная трость снесла Скальпелю две трети черепа, и оставшиеся на шее окровавленные ошметки уже сложно было назвать головой). Скрючившийся Лом, опираясь одной рукой на фургон, второй зажимал болезненную рану в окровавленном боку. Промахнувшийся Толстяк досадливо прикусил ус и неспешно стаскивал шипастый кастет с внушительного кулака. Граф, с брезгливой миной на холеном лице, стряхивал с трости кровавые ошметки мозгов, и вытирал ее об одежду убитого Скальпеля. А по-прежнему стоящая дальше всех Незабудка трясла руками, сбрасывая остатки напряжения.

— Че с пацаном будем делать? — спросил Толстяк.

— Да удавить ублюдка, к хренам, — прошипел раненый Лом.

— Поддерживаю, — кивнул Толстяк. — Вон, как люто звереныш на нас пялится. В силу войдет, точно мстить рыпнется. Лучше прям ща вышвырнуть его из Вешалки с волчьим билетом, следом за отцом.

— Те мало одного кровника? — фыркнула Незабудка. — Хочешь еще и мать его на себя натравить?

— И ее, к хренам, в расход, — рыкнул Лом.

— Так-то, вообще-то, Белка моя подруга.

— Скальпель тоже еще час назад был нашим другом, — хмыкнул Толстяк.

— Не горячись, уважаемые, — поморщился Граф. — Че мы дикари какие, чтоб жена у нас за мужа отвечала, а сын за отца? Белка — достойный гражданин стаба. Дама она правильная, без загонов и косяков. Предлагаю вернуть ей мальчишку. Уверен, она сможет вырастить из Кванта достойного гражданина Вешалки.

— Поддерживаю, — кивнула Незабудка, приближаясь и вставая рядом с Графом.

— А я остаюсь при своем, — набычился Лом.

— И я, — кивнул Толстяк, становясь рядом с раненым другом.

— Что ж, выходит, голоса наши разделились пополам, — хмыкнул старик, и как бы невзначай отвел трость в сторону, приготовившись нанести очередной костедробильный удар.

— Думаешь, рана заставит меня поменять мнение? — зло прищурился Лом и, оттолкнувшись от фургона, плавным движением тут же перетек в боевую стойку, одновременно призывая в правую руку верный кинжал.

Пожавший плечами Толстяк, снова нацепил на пальцы снятый кастет.

— Стопе, братва, — в примирительном жесте вскинула руки Незабудка. — Не забывайте, на месяц своего временного отсутствия Рихтовщик, будучи официально признанным Системой наследником Ртути, поручил мне, как законной жене, распоряжаться своим голосом на голосовании. И вы все трое приняли соответствующий системный запрос. Так?

— Все верно, — кивнул Граф.

— Твою мать, — фыркнул Толстяк, снова стаскивая кастет.

— И на правах супруги Рихтовщика…

— Да всё-всё, заканчивай этот цирк. Все всё уже поняли, — перебил Лом, возвращая кинжал в ячейку, и снова кривясь от боли в боку, кровавое пятно на котором за секунды предыдущего противостояния увеличилось вдвое. — Но, когда этот крысеныш в силу войдет и, как отец, глотки направо-налево резать начнет, не говорите, что я вас не предупреждал…