Художник, что рисует... - Алекс Войтенко

Последнее письмо настолько взволновало меня, что я уже не мог ни о чем другом думать, переживая за то, что произошло. Возможно именно это, а так же моя самоуверенность, когда я распаренный после отмывания холстов, выскочил под дождь, и стало причиной того, что с сильнейшей простудой и воспалением легких попал в местную больницу, где и пришлось отлеживаться до конца месяца. Здесь-то меня и застала вторая инициация.

Еще из первого бабушкиного письма, я узнал о том, что мама, оказывается тоже была одаренной, правда очень слабой, из-за чего ей и разрешили выйти из клана Демидовых, а позже выйти замуж за моего отца. Бабушка не знала точного определения ее способностей, называя ее – Видящей. Хотя это определение больше касалось предвидения, как бы сказали в моем мире – Вангованию. На самом деле, мама при проявлении своих способностей могла видеть, например проходящий за стеной провод, спрятанную в стене трубу, или оброненную в траве монету. Правда учитывая, что уровень ее способностей был ниже минимальной планки, она не могла претендовать на звание одаренной, скорее можно было назвать ее способной к работе. Оказывается среди одаренных есть и такие. То есть они могут пользоваться некоторыми приборами, для которых необходимы, хотя бы зачатки дара. Именно поэтому ее в свое время взяли лаборанткой в НИИ Космонавтики.

И вот сейчас, стоило мне только начать оживать после болезни, как мое зрение затмило мельтешение разноцветных красок. Вообще-то мое восприятие мира, все же отличается от обычного человека. Еще до того момента, как я был инициирован как художник, я воспринимал окружающее меня, как обычный человек. После инициации, многое изменилось. Если раньше я воспринимал, например зеленое просто зеленым, деля его на скажем светлые тона, или более темные, то после инициации, при желании мог различить и полутона, и подобрать максимально похожий цвет с помощью обычных красок или карандашей. Например, как в будущем подобным занимался компьютер, подбирая нужный цвет для покраски автомобиля. Поэтому в принципе мельтешение красок, я воспринял просто как продолжением своей недавней болезни, вполне резонно рассчитывая, что все это в скором времени, пройдет. Но еще большим изумлением стало то, что теперь я видел не просто цвет, я видел как бы суть окрашенной поверхности. Например железные водопроводные трубы, виделись мне чуть голубоватым оттенком, чугунная раковина отливала, серо-голубым, а от обычной укрепленной, на кирпичной оштукатуренной стене розетки, вверх поднималась ярко красная тонкая нить скрытой проводки. В самой же розетке я видел время от времени, проскальзывающие искры, из-за плохого контакта вложенного в нее штепселя. Еще не веря в то, что у меня появилась вторая специализация, я зажмурился и встряхнул головой.

После того, как открыл глаза, все пропало. Мне стало интересно, смогу ли я вызвать подобное еще раз. Но сколько бы я не тряс головой, ничего подобного не происходило. Может я что-то делаю не так, подумал, и зажмурившись, повторил попытку, после которой комната вновь заиграла разноцветными красками. После нескольких проб и ошибок, постарался запомнить цвета определяющие состоянием предмета, или его суть. Например лежащий со мной паренек, всегда хвастался, что колечко доставшиеся ему от бабки, золотое, в то время, как я видел его скорее белым, что указывало на серебро, похожее на то, что в виде цепочки находилось на шее нашего врача. В тоже время, как обручальное кольцо на ее пальце, отливало ярко-оранжевым, говоря о высокой золотой пробе. Медь, была слегка красноватой, во время прохождения по медным проводам тока, они становились ярко-красными. Бронза в любом изделии хоть и отдавала красным, но с некоторым зеленоватым оттенком. Алюминий вообще был блекло-серым, а под штукатуркой или бетоном выглядел, как пустое место. Тот же бетон имел похожий цвет, но если в нем проходил алюминиевый провод, то казалось , что в этом месте пролегает трещина, или зазор. Но стоило только там появиться напряжению, как провод тут же отдавал красным. Все это было интересно и очень занимательно. Весь следующий день, я или разглядывал окружающую меня обстановку в палате, мысленно отмечая к чему относится тот или иной цвет, или же гулял во дворе делая то же самое. И первый же выход в больничный скверик, ознаменовался находкой. Сам того не ожидая, я заметил монету лежащую в густой траве, и ею оказался юбилейный рубль, с изображением вождя революции. Подобное меня очень обрадовало, и я с нетерпением ожидал выписки из больницы. Что интересно, все это разноцветье совсем не мешало мне в обычном восприятии мира, хотя, я все же опасался бы выйти со включенным даром на проезжую часть улицы.

Еще в первом письме бабушка говорила о том, что мне стоит зайти в местную коллегию одаренных и отметиться, как имеющего дар. Она была, разумеется права, тем более, что это сразу же давало некоторые льготы. С другой стороны пока меня все устраивало и мне не хотелось вешать себе на шею дополнительные обязанности. А они, как я понял, появлялись сразу же после проверки на одаренность. И первая же из них, обязывала одаренных проходить обучение в специализированных учебных заведениях. Мне же пока нравилось то место, где я сейчас находился, и не хотелось ничего менять, и уж тем более вешать на себя дополнительные обязанности. Хотя с другой стороны это было и правильно, особенно учитывая проявление боевого дара, и отсутствие контроля у только что инициировавшегося адепта. Заденешь такого случайно, а он разозлится и оставит от тебя выжженное пятно, или глыбу льда, и скажет, что так и было. Поэтому контроль все же нужен, как и знак того, что ты принадлежишь гильдии и трогать тебя чревато.

Ради интереса, я купил брошюрку, где рассказывалось в общих словах о талантах местных волшебников. О том, что правильное их название – одаренные, а все эти – волшебники, колдуны, ведьмы и маги все это сказки и даже в какой-то степени оскорбление в адрес советских одаренных делающих все… Далее шли бесконечные лозунги, цитаты из материалов съездов и выступлений руководства страны. Ну не могут обходиться здесь без того, чтобы лишний раз не упомянуть роль партии в становлении советского общества.

Продравшись сквозь всю эту галиматью я наконец оказался в том месте, где описывались таланты местных одаренных. Но и здесь не было сказано ничего сверх того, о чем я и так догадывался. Но так или иначе мною было вычленено из всего сказанного, что основных направлений всего шесть. То есть четыре основных стихии: Воздух, Вода, Огонь, и Земля, а