Граф (СИ) - Дронт Николай

Слышу, внизу кто-то разговаривает на повышенных тонах, выхожу выяснить, что такое? Незнакомая женщина со следами былой красоты на лице что-то громко выговаривает Барри. Спрашиваю:

— Что случилось? Почему здесь посторонние?

— Я не посторонняя! — взвизгнула скандалистка.

— Молчать! — гаркнул я, добавив для убедительности чуточку Дыхания Смерти.

Женщина побледнела, а архивариус начал объяснять:

— Ваше превосходительство, извольте видеть — моя супруга…

— Этого никак одобрить не могу, — резко прерываю доклад. — Ладно, от Ленна, от вас я такой легкомысленности не ожидал. Даме захотелось нервы пощекотать, а она не защищена, да и характер, вижу, подходящий. Вырвется проклятие вновь, падёт на самую слабую цель и чего делать? Ей хорошо — церковники в подвал запрут и только, а нам месяц по инстанциям за пострадавшую отписываться? Вы этого хотите? Вам мало падшего с меховым хвостом и бараньими копытами?

— Она сама… — с каким-то садистским удовольствием вновь начал докладывать Барри.

— А вы объясните, где и кем работаете! Что ордена просто так не вручают! Больше посторонних здесь видеть не желаю! Только сегодня из гильдии доложили, что Леонард Камбизет с десятью ассистентами из Чёртова Камня не вышел, а тут ещё вы неподготовленных людей на службу таскаете! Так и знайте, помрёт ваша жена или, как прошлый, копыта, уши, рога и хвост отрастит — ко мне за пособием не обращайтесь, не подпишу! А в катакомбах, ещё до вас, помните, сколько из-за дурной лихости людей полегло? Боевики! Не чета дамам! Государь, как ругался, слышали⁈ Вспомоществование и пенсион семьям покойных Казна должна платить⁈ А идиоты друг перед другом красовались! Наставления нарушали! Супругу срочно домой! Сами в Заклинательный зал! И работать, работать, работать!

Глава 15

Чёртов Камень

Воскресенье выходной. Можно всё утро, до самого завтрака, валяться в постели, и целый день предаваться блаженному ничегонеделанию, прерываясь лишь только на умыться, одеться, потянуться и поесть. Другой вопрос — кто бы мне дал так побездельничать?

За утренним туалетом Балег просит посмотреть, кого жена ему подарит — мальчика или девочку? Посмотрел Взором — дочка. Всё! Пара на сегодня не работники. Заодно и Кидора с Мивдой к дискуссии о выборе имени привлекли.

За завтраком мои служащие Альберта и Эмон завели разговор о разборе платы за аренду этажа. Они дворяне, им прилично столоваться вместе со мной.

Библиотекарша рассказала о присланных книгах — два трактата по узким направлениям целительства. Один фолиант озаглавлен «О видах зубной боли» и посвящён челюстной хирургии, другой называется: «О лечении радикулита и нетравматических изменений позвоночника». Понятно о чём там?

Ещё лежат учебники магии, по которым учились лет эдак триста назад. Поучительно, но не слишком полезно, хотя к ним приложена стопа тетрадей с записями какого-то исследователя, лет пять изучавшего старые подходы к преподаванию магических дисциплин. Это делает книги резко интересней. Но где мне найти время на внимательное прочтение?

Эмон доложил о полученных артефактах — небольшом охранном големе, которого ещё надо активировать по приложенной инструкции, и нескольких полезных бытовых приборах. Тоже интересных, дорогих, но так же не особо нужных. Тем более с ними придётся, как следует разбираться.

С завтрака до обеда проводил военный совет с доверенными офицерами и Полуухим, главой лесников. Мы строили коварные планы в отношении будущих нападающих. Заодно прикидывали потребные ресурсы, чего успели сделать, что ещё только предстоит, и как скрыть приготовления от любопытных лазутчиков.

Вроде и наступило время обеда, вроде можно полакомиться и расслабиться? Ан нет! С поста при портале пришло сообщение о двух визитёрах, прибывших по неотложному делу. Оба дворяне, но я их не звал, а о деловых визитах принято сообщать за день или два, даже при срочном вопросе хотя бы накануне. Фамилии неизвестные, какое дело не понятно. Решил принять, но на обед не позвал. Пусть ждут и понимают, что посторонним здесь не рады.

Сел покушать, но настроение, сами понимаете, уже не то. Аппетит не пропал, но ему мешают мысли о приехавших. Кто такие? Зачем приехали? Чего им от меня надо? Словом, расслабиться и отдохнуть душой не удалось, хотя Мивда расстаралась, видимо, в честь скорого появления внучки. Не! Вкусно! И мне, и сотрапезникам понравилось. Но настроение сами понимаете.

Посетители прибыли по поводу Леонарда. Не сообщили о визите, так как утром ждали в Везене. Типа, я примчусь посмотреть, что случилось в Чёртовом Камне. Вопрос «а оно мне интересно?» у них даже не стоял — ведь Леонард пропал! Что с ним ещё десять человек ассистентов было, визитёры даже не вспомнили. А после нескольких уточняющих вопросов стало понятно, что и глава экспедиции им не столь уж интересен, а вот его инструменты, и лучше с записями, просто необходимы.

Что я за этим лезть не собираюсь, визитёры уже поняли. Просят разрешить войти группе профессиональных искателей сокровищ. Обещают десять процентов от вынесенного. Обидно! Спрашиваю:

— У вас кошели с собой?

Не поняли, переглянулись, и старший ответил:

— Конечно! Как без кошелей?

— А давайте, я у вас их заберу и верну десять процентов?

— В каком смысле?

— То, что лежит в башне уже моё. А вы предлагаете мне долю от моего же.

— Так ведь Леонарду вы разрешили войти в Чёртов Камень?

— Разрешил. Но он меня уважал, а я его. У нас были общие дела. За экскурсию по арсеналу, он подарил мне кое-что очень полезное. Вас я не знаю, а признаться, и знать не хочу. Зачем мне вообще вести с вами какие-то дела?

— Но погибшие…

— Разрешаю убрать тела около башни и провести похоронный обряд. Но на свой страх и риск, никакой ответственности за могильщиков нести не собираюсь. Внутрь арсенала входить запрещаю. Сам туда отправлюсь, когда время найду. Занят я, знаете ли. К тому не понимаю, кем вам приходится Леонард. Вы же ведь не из Камбизетов?

Словом отправил просителей не солоно хлебавши.

Утром, уже на службе, получил срочный доклад: Вчера с самого утра около Чёртового Камня наблюдалась какая-то активность, о ней сообщил селянин, арендующий граничащий участок. Разъезд графской конной стражи подъехал, пусть не к самой башне, но к безопасной границе и оттуда подал сигнал. К ним подошёл один из пришельцев и заявил, что отряд наняли для захоронения трупов, чем собственно они и занимаются.

Стража подивилась такой смелости, но решила не препятствовать благому делу. Однако урядник, командующий разъездом, не уводил стражников, пока не убедился, что с проклятого места убраны неповреждённые повозки и карета, три тела возчиков из чужаков и лошадиная стервь, которую сразу сожгли.

У похоронной команды была лишь одна пароконная повозка, потому они попросили стражников передать в местный храм просьбу о присылке священника для участия в похоронах.

Перевозить тела никто не собирался — те уже начали разлагаться, да и сильно воняли.

Стража уехала в город и передала просьбу церковникам, но те резонно решили подождать утра. Ведь ничего срочного не случилось, лежали покойники с вторника до воскресенья, не восстали нежитью, значит и до понедельника спокойно долежат.

Однако ночью к городской заставе на повозке с тремя свежими покойниками приехал один из могильщиков. Признался, что их команда состоит из профессиональных искателей сокровищ, вскрывающих старые склепы, исследующих древние развалины замков и храмов. Их волшебник смог открыть первую дверь и начал было осматривать комнату, но неожиданно умер. Вторым умер его помощник. Остальные погрузились в повозку и помчались в Везен. Живым доехал один. Пока рассказывал, отправили гонцов к лекарю. Привели, но тот застал недолгую агонию.

Стража спрашивает — что делать?

И чего мне им отвечать? Делать — что положено! Трупы, включая вынесенные от Камня, сжечь. Селянина, сообщившего о чужаках, наградить за бдительность. Можно повозкой и вещами, оставшимися от чужаков. Немагическими, конечно. Все магические вещи, книги и записи оставить до моего приезда. Если лошади не сдохли, то и их разрешаю отдать информатору. Стражников разъезда похвалить за правильные действия. Внутрь башни за оставшимися трупами не заходить. Но если есть желающие, им не препятствовать, однако указать, что пенсион семьям самоубийц я платить не собираюсь. Посторонних, интересующихся произошедшим, брать на карандаш. В скором времени приеду, разберусь лично. Служите дальше, как положено. За Богами молитва, а за графом служба не пропадёт.