Мастер Рун. Книга 3 - Артем Сластин

— Полоса препятствий? — переспросил я.

— Да. Стены, рвы и всё остальное что взбрело в голову сержантам. Весело, в общем. Но легче, чем дым. То есть вы ничего не ощущали, кроме того, что я рассказал? Точно?

Мы дружно сказали нет.

Он допил воду, усмехнувшись и видимо кивая своим мыслям, потер подбородок

— Ладно, хорошо, спасибо что ответили. И помните, главное — не сломайтесь. Первая неделя самая тяжёлая. Дальше привыкнете. Удачи вам.

Он встал и ушёл, оставив нас переваривать информацию.

— Значит, нас качают этером, — медленно сказал Алекс. — Специально.

— Похоже на то, — кивнул я неопределенно. Очень всё странно, этер у меня не поднимался выше единицы ни разу за неделю, хотя его естественный рост был гораздо больше. Систему не обманешь.

Внезапно всё обрело смысл. Боль, муштра, марш-броски, всё это было частью тренировок. Нас ломали, чтобы собрать заново. Вопрос только один, почему в тайне, от нас? Или никакой тайны и не было? Может стоит спросить у сержанта?

Вечером после ужина мы снова вышли на плац. Но вместо марш-броска Леви объявил:

— Сегодня без дыма. Строевая подготовка. Учимся ходить строем.

— Сержант! — Я поднял руку привлекая внимание.

— Говори… Корвин. — кивнул тот разрешая.

— Мы сегодня узнали, что этот дым, забвение, он специально шел, нас… нас вводили в бессознательное состояние и потом делали массажи? А зачем именно так? Это тайна?

— Ну раз ты спрашиваешь, значит тебе кто-то сказал, или ты видел что-то сам. — пожал плечами Леви. — Нет, это не тайна, всё действительно так. А нужно это было для одного — получения вашего полного истощения, в физическом смысле. Именно тогда, вы заготовки, получали дар секты Лазуритового Копья, они заботятся о своих будущих воинах, и помогают легче адаптироваться к тяжелым нагрузкам воинов Великой Степи. Ответ устроил?

— Да сержант! — рявкнул я максимально громко и четко.

— Хорошо. А теперь за дело.

Следующие два часа мы топали по плацу, учась держать шаг, равнение, повороты. Леви орал, поправлял, заставлял начинать сначала.

Потом отработка ударов копьём. Сто ударов вперёд, пятьдесят в сторону, пятьдесят вверх. Руки горели, но я делал, не думая.

В конце вечера нас вывели за северную стену казармы. Там была полоса препятствий, стены, рвы, Узкие длинные брёвна, по которым нужно проскочить, кольца на балках и верёвочные лестницы.

— Пройдёте по разу, — сказал Леви. — Для ознакомления. Завтра будет уже сдача на норматив.

Я пошёл первым. Подошёл к стене высотой с два человеческих роста. Деревянная, гладкая, с редкими зазубринами. Разбежался, оттолкнулся, поймал руками верх. Подтянулся, перемахнул. Спрыгнул, с другой стороны. Дальше был ров. Широкий, метра три не меньше, а отступать было почти некуда, сзади прижимала стена. Я прыгнул с места. Едва дотянул до края, зацепился руками, подтянулся.

За рвом стояла странная конструкция. Длинное деревянное бревно, рядом с которым были воткнуты столбы с вращающимися, прикреплёнными к ним палками. Они двигались сами, без видимой причины, описывая широкие дуги на разной высоте. Вращались они, скорее всего от рун, но я не заметил, где они были нарисованы.

— Механизм с рунами отталкивания, — коротко ответил Леви. — Ловит движение, реагирует на приближение. Надо пройти, не получив удар. Балки бьют в грудь или по ногам.

Я сглотнул. Балки крутились в разном темпе, хаотично. Одна шла снизу вверх, другая сверху вниз, третья по горизонтали. Предсказать траекторию было сложно.

Шагнул ближе, и ближайшая балка качнулась в мою сторону. Я отскочил, она прошла мимо, просвистев над головой. Попробовал снова, быстрее. Проскользнул под одной балкой, пригнулся под вторую, когда нижняя балка врезалась мне в голень.

Я рухнул, покатился по земле. Балка остановилась, вернулась в исходное положение.

— Вставай, — бросил Леви. — Дальше.

Я поднялся, прихрамывая. Нога ныла, но кость целая. Обошёл механизм стороной, вышел на следующий участок.

Там стояли брёвна. Узкие, гладкие, установленные на разной высоте. Нужно было пройти по ним, не упав. Я ступил на первое. Покачнулось под ногами, но я удержался. Шагнул на второе, выше. Потом на третье, ещё выше. Руки балансировали, тело напряглось. Одно неверное движение и полечу вниз на твёрдую землю.

Прошёл до конца, спрыгнул.

Дальше были кольца. Металлические обручи, подвешенные на цепях к высокой балке. Нужно пройти, перехватываясь руками. Я подпрыгнул, схватился за первое кольцо. Качнулся, поймал второе. Руки горели, пальцы соскальзывали. Третье кольцо далековато, пришлось раскачаться сильнее. Едва дотянулся. Четвёртое, пятое. Последнее кольцо провисло ниже, я отпустил и упал на землю, на четвереньки.

— Время вышло, — сказал Леви. — Следующий.

Я отполз в сторону, глядя, как Алекс подходит к стене. Он карабкался медленнее меня, но упорно. Перемахнул через верх, спрыгнул. Ров преодолел с трудом, едва зацепившись за край. На механизме с рунами его вышибло сразу. Балка въехала ему в живот, и он отлетел назад, рухнув на спину.

— Вставай! — рявкнул сержант. — Обходи и дальше!

Алекс поднялся, держась за живот, обошёл механизм и пошёл дальше.

Талир прошёл лучше. Он был лёгким, балансировал на брёвнах почти без качки. Дарн, наоборот, шёл медленно, но уверенно, продавливая препятствия силой.

Когда все закончили, Леви скомандовал построиться.

— Завтра утром после разминки вы пройдёте полосу на время, — объявил он. — Норматив пять минут. Вы будете проходить ее без остановки, пока не начнете выполнять норматив в течении всего тренировочного дня. Свободны.

Глава 10

Утро началось с привычного построения на плацу. Я встал в свой квадрат, чувствуя, как ноющая боль в мышцах стала почти родной. Семь дней адской муштры, и я всё ещё жив. Это уже что-то.

Сержант Леви вышел на середину плаца, остановился и окинул нас взглядом. Лицо его было непроницаемым, как всегда.

— В столовую, — коротко бросил он, удивляя нас. — Завтрак. А всё, первая неделя прошла, теперь вам положено трехразовое питание, как и написано в контракте.

Столовая встретила нас вечной кашей и хлеба, но на этот раз добавили еще и сало. Я уже давно не обращаю внимание на вкус. Еда — это топливо, ничего больше. После завтрака мы вернулись на плац. Сержант Леви уже ждал нас, неторопливо вышагивая по квадрату.

— Разминка! Тем более, что завтрак вы получили. Стоит получше поработать, чтобы его переварить — объявил он. — Сорок отжиманий, шестьдесят приседаний, восемьдесят прыжков. Начали!

Мне кажется, что я почувствовал, как даже мышцы запротестовали, услышав такие слова. Но то, что раньше казалось невозможным, теперь стало нормой. Я выполнил упражнения, концентрируясь на дыхании. Рядом Алекс тяжело сопел, но держался.

После разминки началась работа с копьём. Мы выстроились в