Осколки счастья - Лада Хрустальная

Мы медленно обходили «дно» чаши, а как только сделали круг, повернулись к центру, где были идолы.

– Теперь будь внимательна. Выбрав свечу, ты поднимаешься к Предкам, которые будут тебя ждать в статуях, и сперва идёшь в центр сцены, оставляешь там свечу и ждёшь знака, куда идти. Огонь сам перекинется на чёрную воду, и куда пламя, туда и ты. Сама поймёшь потом.

Тьма обвела меня за сцену, при этом рассказывая, как кланяться каждому из Предков, и остановилась у новой ниши. Вход в нишу был прямиком со сцены. Там не было света, и меня пугало неизвестное пространство, но, подойдя ближе, сгусток тьмы хихикнула и втолкнула меня вовнутрь.

Не удержав равновесия, я, конечно же, упала, больно ударившись о каменный пол.

Как только я осознала боль стёртых в кровь ладошек, снаружи помещения послышался удар, но криков или голосов я не услышала. Прихрамывая и шипя от саднящих ощущений в руках и коленках, я попыталась оглядеться.

Темно. Ни одного источника света нет. Что же это такое?!

– Эй? – тихо позвала.

Мой голос оказался жалким и дрожащим. Было от чего-то страшно, да так, что сердцебиение ощущалось в горле. Озираясь, я пыталась найти хоть какую-то опору, но её не было.

– Как же лихо твои телохранители подняли шумиху, – восхищённо рассмеялся сгусток тьмы.

И страшные, светящиеся белым глаза оказались очень близко ко мне, а затем на шее почувствовалась сжатая рука.

– Ох милая, как же мне неприятно осознавать, что ты понравилась Предкам! Они даже подумали, что мне нужна ученица, дабы со временем отправить на покой! И сами рассказали, что ты не та, кого Призвали.

Голос верховной жрицы был перемешан с безумием, злостью и счастьем. А у меня появился вопрос совершенно не по теме:

– Ты-то хоть потом не станешь моим телохранителем? А то один уже за шею подержал, – просипела, не понимая, что несу.

Видимо, это защитная реакция психики.

– Хах, как высокомерно! – по-своему поняла она. – А теперь слушай меня, девочка. Завтра, как только ты выберешь свечу и будешь подходить к статуям, требуй стать обычной жрицей. Или… – тут сгусток заклинило и «или» она повторила с разной интонацией несколько раз, пока не определилась с требованием: – Нет! Проси стать мне сестрой. Стать такой же телом. И тогда тот вампир станет моим, тогда ты будешь подчиняться мне. Тогда…

Её снова заело на одних словах, в этот раз на дольше, и хватка на горле ослабла.

– Что ты имеешь в виду под «как ты»? – уточнила, уловив момент тишины.

– Это наказание за обман. Я, как и ты, была самозванкой. Ненастоящим Голосом. И Предки сделали меня такой изменчивой, из песка и тьмы, наделив силой, но забрав постоянную телесность и смертность. Они перекроили моё сознание, заставив посвятить себя их народу, – грустно отозвалась она. – А ведь я была одной из самых красивых девушек Эллады. Пока по глупости не уплыла к персам… А скучая по дому, я стала возводить здесь храмы и строения, как помнила.

Сколько же скорби было в её словах, как же хотелось помочь. Но жалость к жрице была слабее желания сбежать.

– Ты так свободно говоришь мне что делать. Не боишься, что Предки услышат? – решила уточнить маленькую деталь.

– Нет. Это помещение их делает телесным, давая один раз пообщаться с Голосом Предков по-настоящему, обучая его и наставляя. Завтра ты узнаешь, как это. А сегодня призови их к свидетельству, что выполнишь мои наставления завтра.

Это был приказ, давящий ментально. Я колебалась, надеясь справиться с этим напором, но в конечном счёте пообещала. И как только обратилась к Предкам, новый зал озарил свет.

Проморгавшись, я мельком осмотрелась. Ещё одна пещера с зеркалами и озёрами. Но одно озеро было особенным, поскольку в нём росли кувшинки.

Увидев, как я рассматриваю обстановку, жрица вздохнула:

– Знаешь, этот ритуал очень красивый. Очень жаль, что красоту осознаёшь спустя несколько веков, когда злость на происходящее отходит. Идём, надо ещё раз повторить твой маршрут. Да и я много сил теряю здесь. Зеркала зовут домой, тянут к себе, и сопротивление истончает телесный облик. Запомни это сразу.

А я вспомнила голос Коннора во сне и, кажется, поняла, что валить надо сейчас.

Сгусток тьмы первой ушла. И только теперь я увидела, что она своим песком запечатала проход.

Медленно вернувшись в своим телохранителям, я осторожно покачала головой, сигнализируя, чтобы не буйствовали. Ррор неодобрительно сощурился, а вот Ал снова принял боевую трансформацию.

Сейчас мне нужно было немного потянуть время, чтобы улучить момент и поговорить с вампирами. Сперва я попросила воды и обработать мне ранки. А когда сгусток тьмы снова стала дружелюбной, я настояла, чтобы мои телохранители прошли пусть со мной, увидев, что всё безопасно.

– Хмм… Хорошо, пусть сейчас вы сами пойдёте. Завтра они не смогут войти в Пещеры с тобой, – с сомнением согласилась верховная жрица.

Ррор дёрнул уголком губ, услышав о пещерах, но никак более не обозначил свой интерес.

Предстоящий путь я репетировала осторожно, больше думая над побегом прямо сейчас и надеясь, что у сгустка не хватит сил за нами погнаться, а вампиры сумеют найти путь так, чтобы мы продержались до срабатывающего портала.

Как только мы оказались в системе пещер, я первой ринулась вперёд. Мужчинам ничего не оставалось, как последовать дальше. Видимо, они приняли мой манёвр за часть прохождения пути, так что бежали молча. А когда поняли, что мы одни и тут нет сейчас Жрицы, резко остановились.

– Что происходит? – спросил Ррор, нервно оглядываясь.

– Если коротко, то это единственный шанс сбежать. Завтра не получится, – отдышавшись после забега, сказала я.

Ррор указал нам на один из проходов и первым пошёл вглубь сети пещер.

– Расскажи подробнее. Что с тобой случилось?

– Жрица потребовала поклясться в том, что я попрошу Предков стать её сестрой и утратить телесность. А ещё