Угнетатель аристократов (СИ) - Старновский Антон

До меня дошло, что не из-за чего сейчас возникает небольшая проблемка, поэтому решил вмешаться. Я не без затруднений развернулся в сторону, свесил ноги, уткнувши их в пол, и полуприсел на лавке, на которой всё это время лежал.

– Не надо. Мне совсем не холодно… – Произнёс я юношеским голосом, который показался совершенно мне не свойственным. Хотя я и не помнил, какой он должен быть на самом деле.

– Хе-хе-хе, храбрится, пацан! – Выбросил мужик и я машинально посмотрел на него. С короткими волосами, чернющими, как уголь, усами, и в неброской сероватой робе он сидел на стуле рядом со столиком и перебирал какие-то инструменты. – Не холодно ему, хе-хе-хе. Да меня самого, если честно, потряхивает. – Он скрестил на груди руки и почесал плечи, как бы изображая зябкость своего положения. – Так что не ври!

Девушка, что стояла в метре от меня, еле слышно усмехнулась.

Хотя… какая она девушка, ещё совсем молоденькая ведь. Можно сказать, девочка. На вид ей не больше семнадцати.

– Чес слово! – Не задумываясь ответил я, и как бы дёрнул этим самым за верёвку, которая всё это время связывала одну из частей моих воспоминаний. Дошло, что такую фразу очень часто использовала моя мама. И я, попав в подходящую ситуацию, смог воспроизвести её.

Как собирающиеся паззлы, моё сознание начало складываться в определённую картину. Пока что вырисовывались лишь общие места, но и это было неплохо.

– Точно? – Поинтересовалась девушка, состроив недоверчивую гримасу.

– Да. – Ответствовал я.

– Хорошо! – Подхватил мужик. – Тогда потерпи ещё часок другой, а то нехило так промокли твои шмотки, – он положил руку на одежду, которая свисала с тоненькой батареи, – и можешь одеваться. Забились?

– Забились. – Подтвердил я.

Вдруг пришло ещё одно озарение. Я вспомнил, кто эти люди, и что происходило совсем недавно. Я очнулся на улице, лежал под дождём, потом пришла девушка, звонила в скорую, её послали, потом подошёл этот мужик и меня дотащили до гаража.

Это всё, конечно, хорошо, но что я делал без сознания на улице?

– Забились они. – Усмехнулась девушка. – Голодный?

Я сощурился, немного задумался. Да, определённо хочется жрать. И гудящий живот тому подтверждение. Поднял голову на девушку и кивнул ей, попутно изучив внешность поподробнее.

Она невысокая, в её теле не более 165 сантиметров. Пока анализировал это, вспомнил, что частенько любил на глаз определять рост человека – обычно выходило почти что безошибочно. Волосы её, чёрные, как и у отца, были собраны в хвост, что болтался за спиной. Глаза до приятности большие, в них проглядывалась некая юношеская бойкость, хотя не сказать, что чрезмерная уверенность; тем не менее, и добрых мотивов они не лишены. Ещё бы, ведь это именно она меня спасла.

Что касается фигуры, то тут однозначно пока что не понять. Преградой для того служит мешковатая одежда. Спортивная толстовка, словно снятая с кого-то, кто имеет туловище на несколько размеров больше, скрывает девушку, уходит ниже её попы. Дальше голубые джинсы, и вот они уже сидят в облипку. Как минимум, та часть бёдер и икры, что не прячутся под толстовкой – смотрятся довольно подтянутыми. Стало быть, и всё остальное у неё в порядке.

Её, без сомнений, можно назвать довольно симпатичной. Мысленно я уже представил, как она переодевается в облегающее красное платье, распускает волосы и плывёт по дорогому ковру. Постарался отмахнуться от этих мыслей, ведь мне то – двадцать пять, а ей – всего ничего. Некрасиво такому великовозрастному извращенцу засматриваться на старшеклассниц.

Тем временем девушка уже успела дойти до холодильника и вытащить из него картонную синюю коробочку с надписью "Снежок". Ох, от одного этого вида уже повеяло чем-то далёким, сладостным, давно забытым, потерянным в детстве. Я почти беспардонно выхватил амброзию из рук девушки и впился в щель, что прорезала картон.

"Твою мать, как вкусно!" – Подумалось и чуть не вырвалось наружу.

Я опорожнил упаковку в несколько глотков и почувствовал небольшое облегчение. Снежок спустился вниз по моему телу, насыщая его. Появилась дополнительная энергия, но открылось что-то иное. Да, я получил какое никакое насыщение, но одновременно с этим почувствовал странного происхождения голод.

Абсурд?

Наверное.

Голод этот был не от недостатка еды, а от недостатка чего-то совершенно другой природы. Голодал я от недостатка…энергии? Но какой энергии? Жи́ва, недостатком которой я никогда в жизни не страдал (ещё бы, ведь как-то хватило её для победы в самом главном турнире страны), ощущалась по-иному. Хотя и было что-то схожее.

– Ну, рассказывай, – обратился ко мне мужик, крутя в руках большой молоток – как это тебя угораздило?

– В смысле? – Отвлёкшись от своих мыслей и не понимая, в чём состоит вопрос, спросил я.

– В коромысле! – С задором передразнила меня девушка и обменялась усмешками с отцом. – Каждый день, что ли, без сознания за гаражами валяешься? Или мы о тебе ещё многого не знаем?

Под тяжестью дум мои брови осели вниз.

– Если честно – первый раз такое. – Развёл руками. – Уже и не помню, как так вышло. – Признался я.

– Вроде особых повреждений на тебе я не нашёл. – Сказал мужик. – Может, сотрясение? Ты хоть помнишь, как тебя зовут-то?

– Саня! – На автомате выдал я и осёкся.

Что значит Саня? Ведь все последние минуты мои воспоминания вырисовывались, как воспоминания Антона. Антона Боголюбского, члена одного из самых влиятельных родов Петербурга.

– Стоп… – Как удар молнии, сознание вдруг поразило воспоминание последних секунд моей жизни. Перед глазами, прямо как в тот момент, всплыли чёрные силуэты и дуло автомата, из которого вылетает…

Я встал с лавки и взялся за голову.

– Где я? Какого хрена…

Появилась острая необходимость посмотреться в зеркало. Или не зеркало, чёрт возьми, мне срочно нужно увидеть своё отражение.

Я заметался по помещению, чем напугал девушку и её отца. Их лица сделались беспокойными, почти испуганными. В нескольких метрах, на стене, я увидел небольшое зеркальце, обрамленное пластмассовой оболочкой и приклеенное к твёрдой поверхности. Почти прыжками добрался до него и вперил в стекло свои глаза.

– Чего? – С раскрытым ртом я глядел на своё отражение и не понимал. А моё ли это отражение? С той стороны на меня потерянно смотрел какой-то пацан. Этим пацаном точно не мог быть я. Ведь мне ещё несколько месяцев назад исполнилось двадцать пять. А этот… совсем ещё мальчишка. – Что за чёрт… – Я наспех хватанул с полки, что была прибита рядом, небольшую салфетку и с огромным усердием начал оттирать покрытое пылью зеркальце.

Нет. Даже в очищенном виде в отражении не появлялся истинный я. Никакого Антона Боголюбского больше не было? Но…

Странное чувство овладело мной. Ещё некоторое время я поразглядывал себя, но быстро успокоился. Тревога почему-то исчезла, и я вернулся на лавку. Даже стало слегка стыдно за свои эмоциональные вспышки.

– Вот. – Ко мне подошёл мужик и протянул школьный пропуск с фоткой, ключи и потёртый смартфон. – Это лежало у тебя в карманах.

– Спасибо. – Поблагодарил я мужика и перенял от него дары.

На пластиковой карточке красовалось то же самое лицо, что было и в зеркале. Рядом с ним имя и фамилия – Александр Новиков. После увиденного в голове улеглись воспоминания и прежнего владельца тела. Конечно же, не все, но в общих чертах я теперь понимал, кем являюсь. Остальное вспомнится со временем.

Мозговой хаос закончился, и моя личность по кирпичикам сложилась в единое целое. Конечно, можно сказать, что я теперь был человеком два в одном. Антон Боголюбский и Александр Новиков в одном флаконе, но… на данный момент этого было совершенно достаточно.

После туманных, прошедших в забытьи минут я словно обрёл себя и от этого на душе стало спокойно. По крайней мере настолько, насколько сейчас это было возможно.

– Как ты себя чувствуешь? – Поинтересовалась девушка. Она присела на лавку в метре от меня и, стараясь сильно не глазеть на моё щуплое тельце, перебирала в руках опустошённую упаковку из-под снежка, которую я выронил из рук, когда пытался найти зеркало.